Алексей Рудь – Архив миров №33:Чужой код. Проводник (страница 8)

Внезапно светящаяся точка в сфере изменилась. Ее белый свет затрепетал, в нем замелькали проблески других цветов: ядовито-зеленого, гнилого фиолетового. Форма точки исказилась, на мгновение превратившись в нечто угловатое, многогранное. Из сферы донесся тонкий, высокий звук, похожий на скрежет кремния по стеклу.

— Нестабильность! — крикнула Шиша. — Прерывай!

Но Лев уже действовал. Он не стал рвать связь. Он послал новый запрос. Не на удаление, а на исправление. Он нашел в своем ментальном взоре ту самую измененную строку и внес в нее поправку: добавил ограничивающий параметр — «изолировать эффект от фоновых процессов, установить приоритет: низкий».

Скрежет стих. Свет снова стал ровным и белым, хотя и чуть более тусклым. Утечка данных прекратилась. Но Лев чувствовал, что артефакт теперь работает на пределе. Поддерживать эту крошечную аномалию было все равно что держать открытым туннель между мирами размером с булавку.

— Отключай, — скомандовала Шиша, и на этот раз в ее голосе не было споров.

Лев мысленно отправил команду на прекращение. Светящаяся точка исчезла, не оставив после себя ничего, кроме легкого запаха озона. Серебряные нити потухли. «Сновидение Гебы» снова стало холодным, инертным шаром камня и металла.

Наступила тишина, густая и тяжелая. Лев открыл глаза. Его руки дрожали, с них капал пот. Во рту был вкус железа. Он чувствовал себя так, будто только что провел трое суток без сна, отлаживая критический баг в ядре операционной системы.

Шиша медленно подошла, села на корточки перед ним, глядя на артефакт, а потом на него.

— Объясни, — тихо сказала она. — Объясни так, чтобы я поняла. Что это было?

Лев с трудом подобрал слова.

— Ты была права. «Сновидение» — шлюз. Но не для магии… а для чего-то более глубокого. Мир… он не просто подчиняется магии. Он сделан. Из информации. Из кода. Магия — это высокоуровневый язык для работы с ним. А я… — он показал на свой лоб, — у меня есть доступ к низкоуровневым командам. К тому, на чем все держится. «Сновидение» усилило этот сигнал, позволило мне что-то изменить напрямую. Но система это заметила. И попыталась… исправить сама себя. Это был конфликт. Я заставил ее принять новое правило в одном маленьком месте.

Шиша долго молчала, переваривая сказанное. Ее лицо было бледным.

— Ты говоришь, как еретик из древних легенд. О Творцах и Первокоде. Этого не может быть.

— Это есть. Ты сама видела. Эта точка… она не должна была существовать по законам физики твоего мира. Но она существовала, потому что я изменил правила для этого конкретного объема.

— И что теперь? — голос Шиши стал резким, практичным. — Ты создал маяк? Те утечки данных?

— Возможно. Запрос был слишком… чистым. Он отличался от фонового шума. Если у Хранителей есть инструменты для мониторинга целостности системы… они могли это засечь. Как всплеск на ровной линии.

Шиша выругалась, вскочила и начала метаться по мастерской, хватая какие-то приборы, свертки, инструменты.

— Тогда мы обречены. Они уже сканировали район. Теперь у них есть конкретный след. Они придут. Быстрее, чем мы думали.

— Не обязательно, — сказал Лев, и в его голосе зазвучала новая нота — не страха, а расчета. — Мы создали не только маяк. Мы создали инструмент. Если я могу изменять правила в малом объеме… я могу создать помеху. Маскировку. Изменить наш с тобой «сигнатурный отпечаток» в системе, сделать его похожим на что-то обычное. На… на фоновый шум города. На скопление грибов. На что угодно.

Шиша остановилась, уставившись на него.

— Ты можешь это сделать?

— Теоретически. Но для этого нужен другой запрос. Не создание, а… модификация существующих данных. Это сложнее. И опаснее. Можно стереть не только наш след, но и… нас самих из реальности. Частично.

Он посмотрел на свою правую руку. Синие линии под повязкой пульсировали в такт его сердцебиению. Он был ходячей нестабильностью. Но теперь у него был рычаг. Крошечный, но настоящий.

— Нужно провести еще один эксперимент, — сказал он. — На этот раз не на артефакте. На мне. Я попробую изменить собственный «системный лог», свой отпечаток в реальности. Если получится… мы сможем скрыться. Если нет… — он пожал плечами, — ты знаешь, где аварийный выключатель.

Шиша смотрела на него, и в ее золотых глазах боролись страх, восхищение и чистая, безумная жажда знания. Она была Отверженной. Хакером. И перед ней лежала величайшая из всех возможных взломов — взлом самой реальности.

— Договорились, — наконец выдохнула она. — Но не сейчас. Ты еле держишься. Артефакту тоже нужно остыть. И… мне нужно кое-что проверить в старых записях. Есть легенды… об «Исправителях Кода». Безумцах, которые пытались говорить с миром на языке его создания. Их стирали Хранители. Быстро. — Она подошла к заваленному свитками сундуку. — Если мы будем делать это, то нужно знать, против чего именно мы идем.

Лев кивнул, чувствуя, как на него накатывает волна источения. Он откинулся на спинку стула, глядя на потолок. Внутренний интерфейс выдал новое сообщение, но на этот раз не текстовое. Это была простая, четкая диаграмма. График расхода системных ресурсов во время эксперимента. Пик. Спад. Область нестабильности. И едва заметный, но присутствующий след — запрос, ушедший куда-то за пределы локальной зоны. В лог высших уровней мониторинга.

Хранители знали. Или скоро узнают.

У них было время. Несколько часов? Может, сутки.

>> ПРОЦЕСС ПЕРЕКОДИРОВКИ: 22%.

>> ОБНАРУЖЕНА НЕСАНКЦИОНИРОВАННАЯ МОДИФИКАЦИЯ ЛОКАЛЬНЫХ ПАРАМЕТРОВ.

>> ВЫСШИЙ УРОВЕНЬ МОНИТОРИНГА УВЕДОМЛЕН ОБ АНОМАЛИИ (УРОВЕНЬ УГРОЗЫ: НИЗКИЙ, ПРИОРИТЕТ: ФОНОВЫЙ).

>> РЕКОМЕНДАЦИЯ: ПОВТОРНАЯ МОДИФИКАЦИЯ С ЦЕЛЬЮ МАСКИРОВКИ ДО ПОВЫШЕНИЯ ПРИОРИТЕТА СКАНА.

Лев усмехнулся в темноте. Даже его внутренняя система понимала — нужно спешить. Он посмотрел на Шишу, которая, склонившись над хрупкими пергаментами при свете кристалла, что-то бормотала, сверяя символы.

Они перешли черту. Из беглецов и ремонтников они стали… чем-то другим. Взломщиками фундамента. И следующий шаг будет самым опасным. Не изменение кусочка пустоты в сфере. Изменение самих себя в ткани бытия.

Первая сборка прошла с ошибками, но она работала. Теперь предстояло выпустить патч. Патч для собственного существования.

Глава 7. Эксплойт для реальности

Тишина после эксперимента была громкой. Она звенела в ушах Льва навязчивым писком перегруженного конденсатора. Перед глазами все еще стоял образ той идеальной, белой точки — язвы на теле реальности, которую он прорезал и тут же залатал.

Шиша не теряла времени. Пока Лев сидел, пытаясь вернуть дрожь в рукам подобие контроля, она рылась в сундуке, разворачивая хрустящие пергаменты, испещренные выцветшими чернилами и странными, угловатыми схемами, которые не были ни рунами, ни чертежами. Это выглядело как попытка слепого нарисовать архитектуру небоскреба.

— Нашла, — ее голос прозвучал приглушенно, словно из колодца. Она вытащила ломкий свиток, почти рассыпавшийся в руках. — Отчет. Вернее, предсмертные каракули одного из тех, кого ты назвал «Исправителями». Его нашли в Старых Канализациях. Весь покрытый… кристаллическими наростами. Как твоя рука, но по всему телу. В тексте бред, но есть паттерны.

Она положила свиток на стол рядом с «Сновидением», осторожно разгладив его обломками кристаллов.

— Смотри. Он описывает не магию. Он описывает… структуру. Слои. Он называет мир «Глиной», а магию — «Резцом». Но потом говорит о «Ткачах», которые вплетают нити в Глину, и о «Сторожах», которые отсекают лишнее. — Она провела пальцем по строке, где значки складывались в подобие решетки. — Здесь он пытался нарисовать то, что видел. Иерархию доступа. Внизу — «Глина» (физический мир). Над ней — «Узоры» (магия, как мы ее знаем). Еще выше — «Ткачи». И на самой вершине… «Стражи Порядка». Хранители.

Лев подошел, превозмогая слабость. Его взгляд скользнул по древним каракулям. И снова, сквозь призму своего нового восприятия, он увидел. Это была не метафора. Это была буквальная, коряво изображенная архитектура. Многоуровневая система управления. API с разными уровнями доступа.

— Он был близок, — прошептал Лев. — Он чувствовал систему, но у него не было языка, чтобы ее описать. «Ткачи»… это могут быть автоматические процессы поддержания реальности. А «Стражи», Хранители — это системные службы мониторинга и исправления ошибок. Выше их, наверное, только… — он запнулся, не решаясь выговорить «программисты» или «администраторы».

— Он пишет, что пытался «поговорить с Ткачами», минуя Узоры, — продолжила Шиша, ее голос стал жестче. — И Сторожа пришли за ним. Не сразу. Сначала был «зуд в костях», потом «глаза видели числа», потом… — она перевела взгляд на Льва, — «кожа стала записной книжкой для чужих мыслей». Его стерли. Медленно. Системно. Как вредоносный процесс.

Она отложила свиток.

— Твой след, Лев. Он чище. Ярче. И ты использовал усилитель. — Она кивнула на «Сновидение». — Они уже в пути. Не патруль. Спецгруппа. У нас не часы. Минуты.

Холодный ком сжался у Льва под ребрами. Страх вернулся, но не панический, а холодный, расчетливый. Данные получены. Угроза оценена. Время: минимально. Нужно решение.

— Маскировка, — сказал он. — Нужно не просто скрыть след. Нужно переписать наш идентификатор в системе. Сделать нас… фоновым шумом. Частью легитимного процесса. Как?