Алексей Романенко – Ассамблея неформального искусства (страница 3)

Я должен, я найду, и я спасу,

Не узнают,

Маляр треклятый и шутливый,

Что ты?

Что ты делал там тогда?

Кольца видел,

Да в полицию донес,

Да повесился,

Затем испарина сознанья,

Раскололась пополам,

В горстке пыли мыши шепчут,

Знают слово,

Прав ведь я тогда,

Справедливости испил,

Жёлтым небом,

Над главой больною.

– -на сцену один за другим выскакивают , и  () и, взявшись за руки, скачут вокруг  – — Евгений Онегин Бомбист Карамзин Тартюф Фёдора Михайловича Достоевского

: Ом! Евгений Онегин

: Мане! Бомбист

(): Падме! Карамзин Тартюф

: Хум! Евгений Онегин

: Раскололся! Бомбист

(): Федин! Карамзин Тартюф

: Ум! Евгений Онегин

: Крыша! Бомбист

(): Съехала! Карамзин Тартюф

: Совсем! Евгений Онегин

(): Семь! Семь! Семь! Евгений Онегин, Бомбист, Карамзин Тартюф

– -появляется , одетый так же, как и  – — Второе сознание Достоевского Фёдор Михайлович Достоевский

: Федя! Федя, что у тебя творится в голове?! Там же и Евгений Онегин, и Карамзин (Тартюф), и бомбист-революционер… Всё у тебя в сознании перемешалось! Что с тобой творится?! Хотя… Они сами тебе всё объяснят. Второе сознание Достоевского

– -замирает, () стоят на своих местах свободно, совершая характерные каждому движения – — Второе сознание Достоевского Евгений Онегин, Бомбист, Карамзин Тартюф

: Ленский! Кто сказал: «Ленский?» Кто звал его?! О, я прекрасно знаю, что если его позвать, он придёт. Он и сейчас где-то здесь! Следит за мной, ждёт, когда я повернусь к нему спиной. И тогда… Ну же! Выходи! Покажись мне, друг мой! Евгений Онегин

Осточертело всё, устал.

Вокруг лишь платья, фраки, лица.

Считаешь за полночь до ста,

Да только всё равно не спится.

Бутылку каберне принять

Неторопливою рукою.

Россия! Вспомнишь ли меня,

Первостепенного героя

Попоек, сплетен и интриг?..

И снова в вихре всё кружится.

Но нужно на какой-то миг

Остановить. Остановиться.

Да, мной жестокий правит век,

Жестокий век, тысячеглавый.

Но я не тварь, я – человек!

На многое имею право!

– - снимает с головы цилиндр и одевает его на голову , отходит в сторону – — Евгений Онегин Второго сознания Достоевского

: Да, я грязь, люмпен, пролетарий, но я – ре-во-лю-ци-о-нер! А ты… Бомбист

Ты будешь, как тварь, в грязи прозябать,

Искать своё право на хлеба кусок,

Будешь червём дождевым, и опять

Целовать раболепно барский сапог!

К чертям все надежды на лучшую жизнь,

В костёр все стенанья о слабости, боли!

Сожми кулаки и страхи отринь!

Пришло время силой насаждать свою волю.

Зажравшийся мир богачей и царей

Получит удар булавою народной.

Кружись, хоровод справедливых смертей!

Труби же, горнист новой эры свободной!

Рабами не быть нам вовек никогда.

Эксплуататоры, скоро ваш Ад.

Для красных чертей нет задорней труда: