Алексей Ракитин – Все грехи мира. Книга IV (страница 3)
Детектив Гент, отправившийся в Огайо на розыск любовников Энн Хадсон, в течение недели выполнил поставленную задачу. При поддержке местных «законников» он отыскали одного из авторов любовных писем – некоего Роя Адамса (Roy Adams), известного также под кличкой «Хуки» (Hookey). «Хуки» оказался заводным и крепко пьющим парнем с репутацией «опасного человека». Он бы вполне подошёл на роль безбашенного убийцы, но у него имелось непробиваемое alibi, подтверждаемой чуть ли не тремя десятками свидетелей – начиная с 1 июня он находился в городе Кантоне (Canton), штат Огайо, где работал на строительстве дороги. Всё время он оставался на виду людей, спал с другими рабочими в большой палатке и незаметно для окружающих уехать за тысячу с лишним километров в Паолу, а потом также незаметно вернуться он никак не мог.
Заметка в газете «The Topeka state journal» в номере от 10 июня 1912 г. перебрасывала прямой мостик от загадочного убийства семьи Шоумен в октябре 1911 г. к событиям в Паоле в начале июня 1912 г. Суд, походивший в те дни в Эллсворте, штат Канзас, признал alibi подсудимого Чарльза Марзика достоверным и констатировал, что этот факт необходимо принять во внимание при дальнейшем движении дела. Журналист предполагал, что освобождение Марзика из-под стражи состоится уже в ходе следующего заседания суда. Заметка с говорящим названием «Марзик невиновен» заканчивалась неожиданным, хотя и логичным выводом: «Теперь, когда Марзик практически очищен от подозрений, тайна убийства этой семьи [Щоумен – прим. А.Р.] остается такой же полной загадкой, как и другие преступления убийцы топором, и укрепляет уверенность в том, что это был тот же человек, который убил Роллина Хадсона и его жену.» (Дословно: «Now that Marzyck virtually has cleared himself, the mystery of the murder of this family remains as complete a mystery as the other axman’s crimes, and strengtnens tne belief tnat it was the same man who killed Rollin Hudson and his wife.»)
Во время обстоятельного допроса Рой Адамс без особых запирательств рассказал о своих отношениях с Энн Хадсон, но показания его мало что дали следствию. «Хуки» признал, что Энн была очень сексуальной и нравилась ему, он планировал с нею обязательно встретиться, если бы только она появилась в Огайо [у неё в этом штате проживали родители и многочисленная родня], но сам он в Паолу никогда не приезжал и не планировал это делать. О существовании Роллина Хадсона он, разумеется, знал, но никогда с ним не встречался и никаких негативных чувств к нему не испытывал, Адамс относился к мужу любовницы скорее с иронией, нежели ненавистью.
Разумеется, Роя Адамса спросили о других любовниках Энн и мужчина честно признался, что по его мнению таковые должны были быть. Но он не был знаком ни с одним из них и Энн в силу понятных причин не упоминала этих людей.
Таким образом, детектив Гент не услышал фамилию человека, написавшего Энн Хадсон угрожающее письмо. С тем и возвратился в округ Майами.
Несмотря на все усилия служба шерифа так и не выяснила, с кем и где именно Энн встречалась за городом в последнюю субботу своей жизни. Предположение, согласно которому именно этот человек явился убийцей четы, сделалось превалирующей версией. Ну а гипотеза о причастности к убийству Хадсонов таинственного «продавца журналов» в синем пальто и соломенной шляпе на голове, всерьёз не рассматривалась и это ограничение области поисков представляется неоправданным. Убийство незнакомым человеком следовало считать приоритетной версией и по крайней мере в первые дни расследования именно на этой версии следовало сосредоточиться. Службе шерифа при поддержке коллег из соседних округов и служб охраны железных дорог надлежало бы провести массированные облавы на «хобо» – бродяг, путешествующих по стране в товарных поездах. Поскольку «продавца журналов» видели многие жители Паолы, имело бы смысл предъявить задержанных свидетелям и при некотором везении этого человека можно было бы надёжно идентифицировать. А там, глядишь, нашлись бы и улики – запачканная кровью одежда, мелкие предметы, взятые с места преступления или нечто подобное.
Статья из номера» Greene County herald» от 14 июня 1912 г. с изложением версии о возможной причастности к убийству супругов Хадсон того же самого преступника, что в декабре 1910 г. совершил массовое убийство на ферме Банрхардтов. Об этом нападении было рассказано в конце 4-й части настоящей книги. Расстояние от Олате, где находился участок Барнхардтов, до Паолы, где проживали Хадсоны, составляло менее 30 км., так что аналогия между двумя случаями напрашивалась совершенно очевидная.
Кроме того, не следует упускать из вида то обстоятельство, что при расследовании преступлений, совершенных «Убийцей топором» годом ранее [т.е. в 1911 г.], были получены отпечатки пальцев нападавшего. Криминалисты гарантировали возможность надёжной идентификации убийцы, если бы только тот попал в число подозреваемых и был дактилоскопирован. Наличие таких прекрасных улик предоставляло отнюдь ненулевой шанс провести успешное расследование – для этого канзасским «законникам» следовало побыстрее поворачиваться и плотнее взаимодействовать с коллегами из соседних округов и штатов.
К сожалению, необходимая работа не была проведена. Версия о расправе ревнивого любовника засела в головах «законников» подобно ржавому гвоздю в трухлявой доске, который если и следует выбросить, то только вместе с самой доской. Время было упущено, причём совершенно бездарно!
Как показали события последующих дней, убийца не особенно боялся погони и далеко не уехал. Не прошло и недели, как он заявил о себе в поселке Виллиска, в штате Айова, удаленном от Паолы на 260 км. Там он совершил самое известное своё преступление.
9 июня 1912 г.
Каким бы закрученным ни был сюжет детектива, читатель подсознательно всегда будет ждать кровавых сцен убийства и загадочных мотивов преступления. Больше крови и больше загадок – вот основной рецепт успешного детективного произведения со времён Эдгара По. Но жизнь каверзная штука – и потому порой реальные события оставляют далеко позади самый изощрённый детектив как количеством пролитой крови, так и таинственностью случившегося.
Айова – сельскохозяйственный штат на среднем западе США с жарким и даже засушливым климатом. При наличии должной мелиорации эти земли способны прокормить всю страну. Это край истинных «реднеков» (redneck) – американских фермеров, людей малообразованных, но любящих виски и притом сплошь вооружённых. «Реднеки» во все времена не без оснований служили источником многочисленных острот – уж больно своеобразно было это исконное население «одноэтажной Америки».
При числе жителей в 2,5 тыс. человек город Виллиска (Villisca) в этом фермерском море представал эдакой скалой цивилизации – его железнодорожная станция в те времена пропускала ежесуточно более 30 поездов дальнего следования, а расположенный на окраине арсенал сухопутных сил армии США являлся одним из крупнейших в стране. Город был телефонизирован и у некоторых его жителей уже имелись легковые и грузовые автомобили – это ли не лучшее свидетельство прогресса!
Ранним утром 10 июня 1912 г. Мэри Пэкхам (Mary Pekham) обратила внимание на странную тишину в доме соседей, находившемся по адресу 2-ая стрит, дом №508, где проживала чета Джозии и Сары Мур (Josiah Moore, Sarah Moore) и их четверо детей. Эта семья считалась в Виллиске одной из зажиточных; Джозии Муру принадлежал самый большой магазин в городе. 10 июня было понедельником, а начало трудовой недели, как известно, обычно сопровождается всеобщей активностью.
Мэри Пэкхам в тот день поднялась около 4 часов утра, занялась работой по дому и в интервале от 5 до 6 часов неоднократно выходила во двор, развешивая стираное бельё. В доме Муров, до которого было, всего-то, 8—10 метров, царила полнейшая тишина, что выглядело несколько странно для семейства, имевшего четырёх детей. Но настоящую тревогу Мэри испытала после 7 часов утра, когда услышала шум из скотного сарая – это напомнили о себе недоенные коровы.
Пэкхам приблизилась к дому Муров – двухэтажному деревянному зданию, выкрашенному в белый цвет – и попыталась разбудить соседей. Однако, сделать это оказалось невозможно – дверь оказалась на замке, а окна первого этажа плотно закрывали жалюзи и шторы. Жарким летом в Айове люди обычно поступали прямо наоборот – открывали окна и двери, поскольку духота делала невозможным пребывание в помещении. Закрытые окна и двери заставляли думать, что семья уехала, не предупредив соседей, но вставал вопрос, что же делать с домашней живностью?
Мэри Пэкхам отправилась в скотный сарай, выпустила в специальный загончик цыплят, убедилась, что коровы действительно недоены, а лошади стоят в стойле привязанными, из-за чего не могут есть и пить. Животным явно надо было помочь, но Пэкхам не могла этим заниматься, потому что её никто об этом не просил. Женщина поступила мудро – она позвонила по телефону Россу Муру, одному из семи братьев Джозии, и рассказала о происходившем.
Росс, услыхав странное во всех смыслах сообщение соседки брата, приступил к розыску Джозии.
Как было сказано, семейство Муров было одним из самых зажиточных и уважаемых в Виллиске. Помимо Джозии в этом городе проживали четыре его родных брата – Джеймс, Чарли, Гарри и Росс – а также родители. Некогда в Виллиске проживала и одна из сестёр, но ко времени описываемых событий она умерла от болезни почек, умерла также и старшая из её пяти дочерей. Другие три брата и сестра проживали далеко от Виллиски – в других городах и даже штатах – и никакого участия в описываемых событиях не принимали.