Алексей Пыжов – Ведьма. Книга вторая (страница 12)

– Это будет самым правильным. – Согласился Хаки и указал на овраг. – Нам туда.

Место для нашего перехода, оказалось не совсем удобным. Если берега были вполне твердыми, то дно, с красивой травкой, буквально «дышало» под нашими ногами. Приходилось очень медленно и плавно переставлять ноги, наступая на травяной покров и так же медленно, убирать ногу. В какой-то момент, под Курми начала чавкать вода, а Хаки посоветовал.

– Ты попрыгай…. – На очередном шаге, у него самого нога провалилась по колено, и он замолчал. Советчик…, мать его. Не дергая ногой, Хаки опустился на четвереньки и продолжил, но уже другим тоном. – Я, пожалуй, так пройдусь.

Весьма хороший способ передвижения. Особенно, если учесть, что приходилось отворачивать голову в сторону, чтобы при каждом шаге, не окунаться в воду. Идти пришлось недалеко, но след после нас, оставался не хуже, и не меньше, чем от улитки в овраге.

Лично я, покинув овраг, вздохнул с облегчением и не только потому, что выбрались, а больше из-за чувства опасности. Мне почему-то постоянно казалось, что сейчас появится «большая рыба» и схарчит нас, как комариков.

Долго, после оврага, нам скучать не позволили. С участка высокой травы, поднялась стая…, все тех же «комариков», правда, величиной с ладошку и пригласила нас, побыть у них обедом.

Вначале я отмахивался и отказывался, но они были настойчивыми, и наседали со всех сторон. Я ударил по стае щитом, завернув края и прижал всех попавшихся к земле. Хорошо прижал, так, чтобы не одна тварь не ушла…, не уползла. Еще с десяток, самых настойчивых, пришлось уничтожать нам, самим. Не знаю, насколько была ценной наша добыча, но памятуя претензию купца в отношении жуков, я предложил собрать всех и не только целых.

Как мы не старались, сбор «урожая» продлился долго и меня не только раздражало «сидение» на одном месте, но и беспокоило, заставляя постоянно осматриваться по сторонам. Так-то, я не чувствовал поблизости врагов, но по опыту уже знал, что забарьерные твари очень чувствительны к чужой смерти. А мы надавили этих комариков….

Очередная пробежка, местами с препятствиями и мы присмотрели местечко для отдыха и ночевки. Рядом имелся ручеек и почти завал сухого кустарника. Невдалеке росло с десяток деревьев, но нам что-то не хотелось туда идти…, подходить. Нас вполне устроили кусты и костерок запылал между трех кустов.

Во время дежурства Курми, он очень заботился о нашем сне и два раза поднимал нас проветриться, так сказать, сходить до ветра. Оно, конечно, не плохо, но после его побудок, уснуть было не просто. И заступив на свое дежурство, я поступил несколько иначе. Пусть обо мне думают мои товарищи что хотят, а я пробежался по расширяющейся спирали и не упустил случая, «поохотиться» на травки. На мои «развлечения» товарищи смотрели снисходительно и посмеивались…, типа, чем бы дитя не тешилось…. Как-то раз, заведя разговор о сборе травок, я понял, что мои товарищи не просто кривятся и не одобряют мое занятие, но и считают его блажью и пустой тратой времени. Тогда я немного психанул, а Курми примирительно успокоил.

– Ты вот что, можешь собирать свои травки, сколько тебе влезет. Мы, на доход от них, претендовать не будем. – Он при этом скривил такую мину…, что в пору было бросить это занятие. К его мнению присоединился Хаки.

– Не сомневайся. Не будем. – Хаки смотрел на меня с насмешкой и от части, как на немного «бального».

Вот я и развлекал себя сбором травок и мелкой живности. Где жучка поймаю, где паучка или червячка – все шло в мою «коллекцию». Однажды, на выходе из очередных зарослей кустарников, я обратил внимание на высокий цветок с кучей лепестков. Цветок был ярко желтого цвета, с большими листьями и на высокой плодоножке. Сам цветок был размером с две ладошки и привлекал внимание. Я, усмехнувшись, направился к нему, но не успел сделать и пяток шагов, как меня предупредил Хаки.

– Это не цветок. – Предупреждение прозвучало буднично, и я бы сказал, немного вяло. Так предупреждают о мокрой воде в луже. Я посмотрел на него удивленно, а Хаки трансформировал свое оружие в копье с широким наконечником и без слов, лихо рубил цветок.

Сколько было крика и визга. А само растение быстренько выкопалось из земли и убежало. Я следил за ним, чуть ли не с раскрытым ртом. Хаки подцепил наконечником копья срубленный цветок, который получается, вовсе не цветок и поднеся, почти к моему носу, пояснил.

– Похожий цветок отравил моего напарника. Сожрать он его не смог…, не успел, но напарник помер. Ты поосторожней с цветками в Пустошах. Если найдешь что-то похожее, вначале ткни его в корень, и если оно не закричит…, или не начнет плеваться, тогда можешь выкапывать.

Совет был не плохой, особенно для Пустошей. И после такого показательного совета, я, каждый кустик, который собирался выкопать, не зависимо от наличия у него цветка, вначале проверял на «живучесть», а потом выкапывал.

Наша «прогулка» по Пустоши закончилась, можно сказать, неожиданно. Мы шли в направлении к городу, а наткнулись на крохотное поселение в небольшом котловане. Подземелий у них не было, а после продажи, местному купцу, пары комариков, нас приняли хорошо. Накормили, предложили выпить и указали место ночлега.

Местный купец, он же хозяин постоялого двора, после ночевки, рассказал нам как лучше пройти в более крупное поселение, где обитал его брат. А вот в местную Яму, если нам так неймется, придется добираться еще, в лучшем случае, еще три-четыре дня. Яма находилась почти на окраине леса и новички, типа нас, там долго не задерживались. Купец посоветовал зайти за Яму, за тот участок леса и там…, уже. За лесом, по рассказам купца, имелось огромное поле и на нем расположился поселок под названием Жулк. Но местные его переименовали и как Жук, его никто не именовал. Вот от того поселка, легче всего добраться до местного города или сходить на охоту в горы.

Вообще-то, это были не горы, а ряды больших холмов, но по разговорам и заверениям, тех, кто ходил под Купол, это были именно Горы. И тем не менее, даже в Пустошах, эти холмы считались не безопасным местом. Как будто в лесу или в голом поле, в Пустошах было безопасней. Лично я, до сих пор помнил тот «безобидный» цветок и с содроганием представлял, как дотрагиваюсь до него рукой. А комарики? Такие милые и безобидные насекомые…, красавцы. Но упоминание купца о большом городе, меня заинтересовало, и я спросил.

– Почему из поселка удобней добираться до города, чем из Ямы?

– Удобней? Это не совсем правильное слово. – Усмехнувшись, поправил купец. – Я бы сказал выгодней. Между тем поселком и городом, имеется небольшое поселение людей. Та находится постоялый двор и дорога от города к Жуку, кажется короче.

– Получается, сам поселок далеко от Барьера?

– Дальше Ямы. – Согласился купец и скривился. – Я уже упомнил о горах. Они тянутся дальше поселка и некоторые охотники, дальше этих гор не ходят. Я сам там не бывал, но бывалые люди утверждают, в горах Барьер слабее, и различной живности, там, в горах, больше.

Интересное утверждение, но меня больше заинтересовало, почему в Яме новички не задерживаются? Лес рядом? Так это не помеха для меня. Я лес больше люблю, он для меня привычней. А если в Яме мало новичков…. В нашей Яме, тоже новички не ходили толпами. И получается, что там большинство серьезных команд и они ходят за Барьер. А все остальные, которые послабей, перебрались за лес, в поселок.

Нам без особой разницы, где осесть, где задержаться – Яма это или Поселок.

Несколько дней спокойного перехода, нам добавили трофеев и убедили, что не всем словам можно верить без оглядки. Лес от Ямы находился почти на горизонте, а сама Яма, и было огромной ямой. По моим прикидкам, размеры этой Ямы, раза в два-три больше первой моей Ямы. Домов в этой Яме было гораздо больше и со стороны, она походила на достаточно большой поселок. С барьера котлована можно было рассмотреть не только дома, но и огороды, плодовые деревья около домов и кусок зелени на краю поселка. Если этот поселок отнести подальше от Диких Земель, то со временем, он перерастет в город.

Но эта Яма была рядом с Барьером, на территории Пустошей и это был поселок охотников, поселок бродяг и любых других мастей авантюристов. Если эта не уступала размером поселку Жука, то мне одолевали сомнения в целесообразности нашего приходя сюда.

Наш приход в Яму никто не заинтересовал и только хозяин постоялого двора под названием «Кузнечик», заселяя нас в комнату с четырьмя лежаками для отдыха, потребовал с нас плату за четыре места. Если он надеялся нас испугать, то ошибся. Мы с удовольствием заняли большую комнату и пару дней отдыхали, приходили в себя и приводили все наши вещи в порядок.

По рекомендации бармена из общего зала, на второй день нашего отдыха, я направился к купцу. Купец-Колдун принял меня почти радушно, и, как и ожидалось, вместо «здрасте», задал весьма вежливый вопрос.

– Чего приперся?

И как мне надо было ему ответить? Если я припер самого себя и свое любопытство. Я положил на прилавок перед Колдуном немного придавленного комарика, а купец, скривив недовольную мину, сообщил.

– Такого добра, мне приносят мешками. И что мне с твоим одним Пушком делать?

В отношении мешков, я как-то засомневался, если судить по нашей встрече с Пушками-комариками. И вообще, в книге он назывался «Прусток», но как я уже заметил, здесь любят переименовывать, да и название «Пушок», мне больше понравилось.