Алексей Пыжов – ШАМАН. Дикарь (страница 16)

– А если нагреть браслет у костра? – Поспешно вылетело из меня. Я сообразил, что ляпнул лишнее, но уже было поздно. Шаман посмотрел на меня удивленно и переспросил.

– У костра? – Его брови приподнялись, как будто до этого момента он не мог даже предположить такого способа зарядки энергией. – Огонь? А в этом что-то есть. При сгорании дерева выделяется энергия в виде тепла. Эту энергию дерево накапливало в течении свой жизни и вполне возможно, часть энергии от огня, может перейти на браслет. Но этого будет мало для нормальной работы браслета, крайне мало. Понимаете, разные материалы по-разному принимают энергию, а тем более от огня. Одни материалы принимают много и активно, другие чуть меньше или совсем не принимают, они совсем пассивны. Материал пластинок в браслете совершенно разный и поэтому, по-разному настроены на работу. Я приведу вам пример, но это не значит, что все так и есть. Взять дерево, оно быстро нагревается и быстро остывает. Камень, не в пример дереву, нагревается значительно дольше, и остывает дольше. Если о камень, положенным в костер, утром еще можно греть руки, то дерево прогорит за это время все.

Браслет не надо носить в мешке. Наденьте его на руку и он постепенно будет брать от вас крохи вашей энергии, как от огня. По мере зарядки пластин, могут проявляться некоторые его особенности.

"Этот браслет, закрыл Норса от моего взгляда. – Подумал я. – И пока, для меня этого достаточно. А со всем остальным, я буду разбираться позже…"

Шаман протянул мне браслет и немного с сожалением посоветовал.

– Постарайся никому его не показывать. Мой совет, обтяни его тонкой кожицей, чтобы чужим, не бросался в глаза.

Половину ночи я обдумывал слова шамана, а вторую половину ворочался и страдал от дурных снов-видений. Проснулся очень поздно и еще долго в мой голове перекручивались варианты драк, всплывали отрывки видений, и я ловил себя на мысли, что виденные мною видения во сне, не мои. Так то, они были мои, но одновременно осталось ощущение, что мне все это показывали со стороны, но одновременно и я сам участвовал во всей этой кутерьме. К примеру, у меня осталось стойкое убеждение, что показанные мне в пещере шаманом люди-звери и есть настоящие Бухи. Ну, не совсем Бухи. Они пока еще люди, но обязательно в будущем должны одичать, поддаться зверю внутри себя, обрасти шерстью и стать настоящими Бухами.

Глупость, конечно, но…

Вторую половину дня я помогал по хозяйству и старался подальше держаться от шамана. К концу дня, во мне поселилось беспокойство, и я сказал, что утром собираюсь уходить. Меня никто не удерживал и не отговаривал. Собрался…, и иди.

Вечером, когда наступала настоящая темнота, шаман вызвал меня на улицу и предложил посидеть на скамеечке у стены дома.

Почему бы не посидеть, если не будет лезть в душу.

Сидение на холоде затягивалось, шаман молчал, а я просто не представлял, о чем можно поговорить с шаманом. Рассказывать о себе я не просто не хотел, а считал это опасным. Чего-либо просить у шамана, опасался. Вот и приходилось молчать и просто ждать. Ведь он меня вызвал на улицу, значит это зачем-то ему нужно, вот пусть первым и начинает разговор.

И он начал.

– Мне жаль, что ты собрался уходить. Я давно подыскиваю себе ученика. Ты как никто другой лучше всего подходишь для него. Останься и тебе не придется никого бояться.

– Я никого не боюсь. – Заверил спокойно его, а сам у себя мысленно спросил. "К чему он заговорил о моем страхе? Кого или чего мне надо бояться? О своих поступках, совершенных ранее, я не сожалею и не считаю себя виноватым. Убил двух братьев. Так никто не звал их в мой дом, они получили по заслугам. Шаман? Шамана, может быть, я и зря убил, но он сам нарывался. Тыкал в меня копьем, издевался и если бы не его упоминание о Мауре… Я не намерен задумываться, что могло бы быть или не быть. Случилось, как случилось и шаман умер за дело. Норса? Да, эта смерть случайная, впрочем, как и смерть Варлона, но за обоих, я вины не чувствую. Я с самого начала не собирался убивать охотников, хотел предупредить и миром разойтись. Вмешался Норса и в результате два трупа. Глупо получилось, случайно".

Шаман вздохнул и спросил.

– Скажи, кем для тебя была та женщина?

– Женщина? – В моей жизни была только одна женщина, которая для меня чего-то значила, но откуда о ней может знать шаман?

–Да, женщина. – Подтвердил шаман. – Ты оставил ее одну…

"Получается не зря во мне появилось беспокойство. Шаман знает о Мауре и скорее всего, знает об убийстве шамана. Но откуда?"

– Она не захотела пойти со мной. Я несколько раз предлагал, но она постоянно отказывалась.

– Ее убили, а твой дом сожгли.

Я тяжело вздохнул, переваривая услышанное, помолчал, но ничего говорить не стал. Мауру было жалко, она погибла не за что. Она же пострадала и ее же убили. Почему люди такие злые?

– Чего молчишь? – С вызовом спросил шаман.

– Чего ты от меня ждешь?

– Меня тоже убьешь? – Неожиданно спросил он и я удивленно посмотрел на него, хотя ничего в темноте не увидел.

– Есть за что? Ты убил моих родителей? Изнасиловал перед смертью Мауру или моих сестер?

Шаман отрицательно дернул головой и со вздохом спросил.

– Куда пойдешь?

– Раньше собирался в город, а теперь и не знаю куда идти.

– В город далеко.

– Далеко. – Согласился я и спросил. – Хочешь отомстить за шамана? Можешь попытаться убить меня ночью, во сне.

– Ты гость в моем доме, и я не опущусь до такого.

Он протянул ко мне руку и разжал кулак. На ладони лежала деревянная плошка в виде ладони человека с плотно сжатыми прямыми пальцами. Совсем не большая, размером с две фаланги пальца. В верхнее части у нее была дырочка и через нее был продет шнурок.

– Это тебе, подарок, за сына. – сказал шаман и посоветовал. – Носи на груди.

От подарков отказываться не принято. Я поблагодарил и взял с ладони. Шаман вздохнул и поднявшись ушел. Я покрутил в руках подарок и накинул шнурок на шею.

О Х О Т А

Рано утром я покинул поселок по дороге, ведущей в сторону города. Дома еще не скрылись с виду, а на меня неожиданно накатила тревога. Я поспешил достать свой браслет и защелкнул его на запястье. Тревога не ушла, но притупилась настолько, что стала почти не ощутимой и если бы раньше я ее не ощущал, то сейчас бы и не придал ей значение. По первой попавшейся тропинке я ушел с дороги и прибавив шага, начал удаляться в сторону.

Тропинка вывела меня еще на одну дорогу, уходившую от поселка, через поле, к дальнему лесу. Я перешел на бег и остановился только за первыми деревьями леса. Сердце колотилось как сумасшедшее и мне пришлось некоторое время отдышаться. Потом я направился по краю леса в обход поселка. Несколько раз попадались протоптанные тропинки, уходящие в лес, но я, постояв перед каждой, неизменно шел дальше.

Через некоторое время, я узнал перелесок, через который вел меня сын шамана. Я свернул к перелеску, пересек небольшую поляну и углубился в лес. Тревога в мой душе успокоилась, и я задал себе вопрос. "Куда мне идти?

Было у меня на примете укромное местечко в стороне Дальней заставы. Там имелся ручей и небольшая пещера, но о том месте знали несколько охотников. Тем более возвращаться на охотничьи угодья собственного племени не хотелось. Все же придется идти в город, но прежде надо запастись окатышами с моей речушки. Зимой искать будет их сложнее, но…

К вечеру я нашел укромное местечко, между двух упавших деревьев, вытоптал снег, в результате, если подкатиться под одно из деревьев, получилась небольшая пещерка. Уложил ее лапником и не разжигая костра, улегся спать.

Посредине ночи меня вырвал из сна сам сон. Я проснулся от того, что мне в горло вцепился верак. Сон был настолько реалистичный, что в первое мгновение я проверил целостность горла, а потом перевел дух. По спине пробежал озноб, заставивший меня вздрогнуть всем телом и распутав одеяло, я собрался развести костер и вскипятить воды.

До рассвета я больше не ложился. После горячего отвара слегка подремал, привалившись спиной к бревну, и когда стало видно куда идти, собрался в дорогу.

Легкое беспокойство появилось к средине дня. Пришлось подыскивать подходящее местечко, сосредотачиваться и определять причину беспокойства. Причин нашлось аж две, по разным сторонам от меня. Если это случайность и идут простые охотники, то беспокоится не о чем. А если это объявили охоту на меня…

Идти к своей речушке мне сразу расхотелось. Поразмыслив о своем беспокойстве, я пришел к выводу, что эти люди идут за мной. Так как предполагаемые группы охотников, были приблизительно на одинаковом удалении от меня и ближе к поселку. Я решил идти между ними, постепенно заворачивая в сторону цепочки лесных озер. Оставалась надежда, что охотники вышли на простую охоту и могут отстать от меня или свернуть в сторону.

Остаток дня я придерживался своего плана, а к вечеру ситуация изменилась и у меня уже не было сомнений, что охота идет именно за мной. Правая групп, которую я собирался обойти, ускорила движение и чуть сместившись в сторону, перекрыла мне дорогу в сторону лесных озер. Одновременно, левая групп подтянулась и уже находилась позади меня. Мне срочно пришлось менять направление, чтобы оставаться для обоих групп, как бы на острие треугольника. До темноты я ломился через лес и через снег, как дикий Бух, пока не провалился в яму по самую грудь. Решив остаться в ней на ночь, я опустился на корточки, выжал в одной стороне лежанку, погрыз сухой лепешки и уснул.