Алексей Пыжов – Охота. Хранитель ключа. Часть 1 (страница 11)

– Пользоваться умеешь?

– Не очень. – честно признался я.

– Я так и подумал. Лучником в замке был?

– Лучником. – Согласился я.

– Учил злобный худышка с палкой? Значит, ножи тоже метать умеешь? – Спросил он, но в голосе послышалась уверенность и можно было на вопрос не отвечать, но я кивнул головой, а он продолжил. – Я тебе вместо этой железяки перевязь с ножами дам.

– Без меча ни как не получится. Стрел у меня не много, только те, что в колчане.

– Ладно, пользуйся моей добротой. Ножи подарю и стрел добавлю. Мальчишку учили из лука стрелять и мечом махать, но под его руку лука нет. Вместо меча могу предложить хороший нож для него. Второй нож, зачем?

– Хозяйке повешу.

– Значит небольшой нужен. – Он с хитрецой посмотрел на меня.

– Если не жалко, давай нормальный, как у меня.

– Хитришь, безродный.

– А хоть бы и хитрю? Дашь, что прошу?

– Куда я денусь? – Криво усмехнулся он.

Глава 7

Заря еще не занялась, а из ворот слободы выехала телега с тремя спящими детьми в ней, накрытыми плащами, женщиной на передке и мужчиной идущим рядом. Их ни кто не провожал и ни кто не пожелал счастливого пути. Воротина скрипнула, закрываясь за их спинами и буквально через несколько шагов, предрассветная серость поглотила телегу и людей.

Куда они поехали, ни кто не спрашивал, но буквально через час, после рассвета, из ворот выехали еще две повозки и за каждой, в поводу тянулась дополнительная лошадка. Они двинулись в след первой, забивая ее следы. Куда направили возчики свои телеги и кто придумал подобную хитрость, что бы скрыть следы самой первой повозки, ни кто не знал, а если и знали, то помалкивали. В слободе не любили чужих, но и болтливые в ней долго не задерживались.

Через три дня, после описанных событий, в поселок Леток въехала повозка с семьей наемника. На передке восседал мальчишка, еще один мальчишка и маленькая девчушка ютились на повозке, а рядом шли женщина и вооруженный мужчина. Стражники на воротах не особо обратили на них внимание. – "Шляются тут всякие". Одного взгляда хватало, что бы понять, перед ними перекати-поле, у которого за душой ни чего нет кроме скрипящей телеги. Один из стражников вяло потребовал мужчину показать свободную Паху наемника, но лишний медяк, смог его убедить в правдивости слов мужчины, а его воинственный вид только подтверждал его слова. Да и какая разница для стражников, есть у прошедшего Паха или нет, подобных ему, по империи много шастает в поисках работы или найма и естественно, не у всех имеется Паха, а этот ко всему еще кинул лишний медяк. Да и семья у него. Молодой еще, а детей успел настрогать много.

Стражник скучающим взглядом проводил женщину, кивнул на нее своему напарнику, который даже не пожелал посмотреть на проехавших и сплюнул на дорогу. Дальше его рассуждения не пошли. К чему ему заумности(?), получил лишний медяк и хорошо. Вон на подходе другая телега, наберется десяток медяков, можно будет послать молодого за вином. День только начинался, а у него в кармане уже насобирался пятачок не казенных денег. День начинается хорошо и слишком придираться к проезжающим причины нет. Проехал молодой наемник и проехал себе. Сколько таких раньше прошло через ворота города? Сколько еще пройдет? Кто их упомнит или сосчитает всех, да и кому они вообще нужны. Проехал, и из головы вон.

Поселок Лешток принял меня как родного. На воротах шустрый стражник потребовал Паху, объяснил бы, что такое, а потом требовал. Я скривился больше от не понимания и сунул ему лишний медяк. Он хлопнул по крупу лошадку и отвернулся. На всякий случай надо будет разузнать, что такое Паха. Мальчишка смотрит на меня усмехаясь, явно знает о Пахе.

– Чему улыбаешься? – слегка недовольно интересуюсь я, больше недовольный потерей лишнего медяка.

– Ты не знаешь, что такое Паха. – Он обернулся на стражников, проверяя смотрят они или нет.

– Не знаю, – согласился я – а ты знаешь?

– Конечно. – Уверенно, с некоторым превосходством произносит он. – Если бы ты отслужил у моего отца десять лет, ты бы получил Паху.

– Бляха или бумага? – На всякий случай уточняю я.

– И то, и другое бывает. Бумага дает право вольного поселения на землях хозяина, а бляху используют вольные наемники, что бы не трепать бумагу.

– Спасибо. – буркнул я чувствуя свою ущербность.

Малец знает о Пахе, знает больше меня об окружающей жизни, а я … Из-за такой мелочи, как незнание, можно огрести кучу неприятностей. Хорошо хоть стражник не придирчивый попался. Паху ему подавай. По моему виду не видно, что ли? Наемник я, ищу найма и семья при мне. Ну семья, чего здесь необычного? Дети, правда, великоваты для моего возраста, но кого это должно волновать?

Колесо у телеги начало противно скрипеть, хотя бородатый заверял, что повозка надежная, наверное не досмотрел. Я шел по улице и глазел по сторонам. Этот Лешток, чем-то похож на поселок у монастыря, но одновременно и отличный. Нет такой грязи, домики жмутся один к другому, образуя сплошные кварталы, разномастные по размерам, цветам и высоте домов. Время от времени попадаются подворотни, в которые с трудом протиснется повозка. Редко, мы проезжаем большие, добротные ворота, но они в основном закрыты. Узкие проходы встречаются между домами достаточно часто, в некоторые из них с трудом протиснется человек и то боком, но это ни кого не смущает и судя по обтертости стен в них, этими проходами пользуются довольно часто.

Повозка дернулась и остановилась, я вопросительно глянул на мальчишку. Он снисходительно, взглядом указал на вывеску перед входом в здание. Ярко-красные буквы на вывеске для меня остались тайнописью, но нарисованная кровать рядом со столом, говорили о возможности поесть и заночевать. Впрочем, именно гостиницу мы и искали. Я соглашаясь кивнул головой и направился ко входу, но не успел я подойти вплотную, как дверь распахнулась и из нее вышел прилизанный молодой мужчина.

– Чего изволите? – Его противная, скользкая улыбочка сразу показывала его отношение к нам, как к возможным постояльцам. (Он что, подсматривал в щель? Почему выскочил навстречу? А впрочем плевать.)

– Нам переночевать надо. – Не сразу нашелся я что ответить и поспешно добавил. – И пару дней отдохнуть.

Молодой человек не спеша, даже демонстративно осмотрел меня, повозку, каждого из моей семьи и не меняя улыбочки на лице поинтересовался.

– Расплатиться есть чем?

Я сразу вспомнил о своем серебряном и оставшихся медяках в кармане. Моя добыча от нападающих подходила к концу. Я скривил задумчивую рожу, а молодой человек продолжил улыбаться и я спросил.

– Дорого на один день?

– За всех, – он окинул нас взглядом – серебряный. Одна большая комната, еда два раза в день и уход за лошадью.

– Папа! – раздался голос мальца с повозки – Ты обещал! – В голосе слышался упрек, но что я мог ему обещать(?) и денег у меня только на один день. Что именно хотел сказать малец я не понял, но на всякий случай кивнул головой и ответил прилизанному.

– Хорошо. На это у меня денег хватит.

– Сяка! – Крикнул прилизанный не собираясь уступать мне дорогу, а из-под его руки выскочил малец лет восьми. – Проводи гостей, покажи, как заехать, комната угловая. – Молодой мужчина продолжал улыбаться, а взгляд говорил об обратном. "Понаедут оборванцы, медяка с них не получишь".

Я не двинулся с места, а за спиной послышалась возня и возмущенный голос Сяки.

– Подвинься! Не то, сам править будешь.

Угроза конечно детская и рассчитанная на сверстника, но мне это не понравилось и я обратил свое раздражение на прилизанного.

– Чего застыл? Показывай комнату.

Он недовольно развернулся. Не приглашая и не придерживая двери скрылся внутри. Я за ним. Сразу за дверью большой, широкий коридор, с левой стороны от входа, у окна, стоит кресло и небольшой столик и я сразу смекнул, почему прилизанный выскочил раньше, чем я подошел ко входу. Прилизанный уже гордо вышагивал на средине коридора и вещал.

– … Здесь обеденный зал только для постояльцев со второго этажа … – его рука повольно пошла в правую сторону – … имеются отдельные кабинеты для приглашенных … Это проход в гостевые комнаты … – его голова повернулась и он скосил глаза, проверяя иду я за ним или нет. Он пошел мимо еще одного коридора не прокомментировав его и свернул в другую половину здания, минуя несколько дверей и лестницу на второй этаж. Через проход вывел меня в менее богатую часть гостиницы и указал на одну из дверей. – Эта комната ваша. Обедать можно в комнате или … – небольшая задержка, скривленные губы и тут же дежурная улыбка – … или в малом зале, первая дверь по коридору на право.

Мне стало одновременно смешно и досадно. Мне, бродяге, не состоявшемуся войну и безродному, он затрудняется указать место на кухне. Не понятно откуда накатила обида, но я не мог разобраться в ее причине. Дверь в комнату мне пришлось открывать самому. Указав на дверь, прилизанный развернулся, собираясь уходить, но я остановил его словами.

– Я хочу осмотреть комнату.

Он небрежно взмахнул рукой, предлагая войти, но выдавить из себя приглашение не посчитал нужным.

Комната достаточно большая, три кровати, одно окно, стол посредине и большой сундук в углу комнаты. Вполне может сгодиться как кровать. По моим деньгам, то, что нужно, но меня неожиданно передернуло. Пусть я и видел все прелести хозяйки и ее старшей дочери, это не повод спать с ними в одной комнате. Мне плевать было на их стеснение, но я привык спать в кровати без кольчуги и штанов один и сверкать перед ними, не совсем чистым своим исподнем, я не собирался.