Алексей Птица – Приключения байкера Коли (страница 7)

К сожалению, цепляться удалось лишь за кору и немногочисленные пеньки, которые больше обдирали меня, чем останавливали, и вот миновав развилку в которой я заночевал и не в силах больше держаться за дерево, я свалился вниз, практически плашмя, чудом миновав свой собственный мотоцикл и упал на что-то не слишком мягкое, но и не твёрдое, скорее резиноподобное. Это как раз и оказались те самые человечки с факелами, которых подо мной оказалось, как бы не с десяток.

А увидев сквозь туман их вблизи, я так перепугался, что вскочил, казалось всем телом. Да и было с чего испугаться, больше всего эти маленькие исчадия ада напоминали уродливых крыс с длиннющими голыми хвостами и ушами, как у гремлинов из небезызвестного американского фильма ужасов. Этакие крысочебурашки, но не плюшевые, а очень даже костистые, с горящими красным огнём огромными глазами и, как я уже сказал, огромными, облезлыми ушами.

– ААА! ААА!!! – завопил я вне себя от страха и бросился бежать, но совсем недалеко, ровно до своего байка, что стоял от меня прислонённый к дереву буквально в пару шагов.

Не знаю, что на меня повлияло, но руки сами собой схватились за руль, как за наиболее привычное и родное для меня, пальцы тут же коснулись в несколько секунд кнопки подсоса, дальше нажав на кнопку «свич-офф» и тут же на стартер.

На удивление двигатель не стал артачиться, а завёлся в то же мгновение, оглушив всех громовым рокотом и выпустив из глушителя целое облако отработанных чёрных газов. Также машинально я включил фару, почти сразу переключив её с ближнего на дальний свет.

Световой столб проник сквозь темноту и густой туман, и ослепил всех, кто находился впереди меня, убрав подножку, я отпустил сцепление, добавив газу, после чего включив первую передачу резко стартанул. Помня, что я на острове, я просто поехал вокруг дерева и стал нарезать возле него круги сшибая мотоциклом всё, что встречалось у меня на пути.

Дикий визг тонкой тональности, проник в уши оглушив начисто, выбивая из меня всяческое желание думать. Да я и не думал, а действовал согласно раз и навсегда вбитым рефлексам поведения на дороге. Я много чего испытал, учась езде на байке, и вот теперь все эти испытания прочно въелись в меня на уровне безусловных инстинктов, что сейчас и работали, спасая своего носителя.

Кажется, меня хотели чем-то убить, но скорость и тяжесть моего байка, а также неотвратимость его движения, эти попытки смели напрочь, и вскоре, все кто остался в живых бросились бежать в разные стороны с острова, больше не пытаясь как-то меня остановить. Чем бы ни владели эти существа, хоть холодным оружием, хоть огнестрельным, хоть магией, хоть проклятиями, они просто не успевали их произнести и прицелиться по мне всем, чем можно было прицелиться, и всем, чем могли бы нанести удар.

Я ещё долго носился кругами по острову, пока не понял, что всё, мы, то бишь я, победили, и дальше жечь бензин и издеваться над байком нет никакой необходимости. А осознав, остановился и заглушил его. Дальше, действуя в какой-то прострации, принялся за поиски продуктов и найдя пакет с оборванными ручками, схватил его в горсть и как та обезьяна, помогая себе одной рукой и хвостом, то бишь, руками и ногами, вскарабкался обратно на дерево, где, усевшись в той же развилке застыл, приходя в себя.

Рука сама по себе нашла банку с чудом уцелевшим пивом, которую я опустошил в течении одной минуты, после чего застыл на дереве крепко обхватив одну из его толстых веток.

– Хрен вы меня поймаете! – сказал я жалким клочкам тумана и стал терпеливо дожидаться рассвета, надеясь, что эти крысочебурашки больше сюда не вернуться.

Так оно и случилось, ещё некоторое время в округе слышались дикие завывания, пронзительный свист, да нехороший гомон, пока не стал удаляться и вскоре затих среди мрачного, густого леса. Видимо потери оказались велики, и не зная, что от меня ожидать дальше крысочебурашки не рискнули на повторную атаку и исчезли с первыми лучами солнца.

Ещё некоторое время вдалеке горел неизвестный огонь мерцая то синим, то алым, то жёлтым, то зелёным с фиолетовым, пока внезапно не переместился гораздо левее, а чуть и позже и вовсе пропал. А через полчаса пришёл рассвет. Небо сначала посерело, затем стало светлеть, и, наконец, первые лучи солнца стали пробиваться сквозь низкие тёмные тучи.

– Фух, ещё одну ночь пережил! – только и смог сказать я, и прислонившись лбом к стволу дерева мгновенно уснул.

Очнулся я поздним утром, когда время на моих ручных часах, продолжающих исправно работать, показало начало двенадцатого. Однако я никуда не тороплюсь, когда захочу, тогда и встаю, тем более после подобного. Резко захотелось отлить, видимо пиво дало о себе знать. Я даже спускаться не стал на землю осторожничая, поливая сверху землю, развороченную ночной битвой байка с крысочебурашками.

Однако, я же не обезьяна и жить на деревьях не привык, к тому же в средней полосе России, если это Средняя полоса, а не тайга, и уж тем более не Сибирь, никаких банан на деревьях не росло отродясь, а значит, питаться мне будет здесь нечем. Да и дерево – это совсем не дуб, а если и дуб, я же жёлуди всё равно не ем, они же горькие.

Кончив себя уговаривать и с опаской рассматривая размазанные по земле мелкие трупы, которых я заметил не меньше десятка, я стал спускаться вниз, никуда не торопясь и отслеживая каждый сучок, на который ставил свою ногу или держался руками. А спустившись, приступил к изучению поля битвы.

Глава 4. Второй день

Быстрый осмотр моего ночного страха показал, что если я и ошибся в оценке своих визитёров, то совсем ненамного. Да, при солнечном свете они оказались несколько бледнее и безопаснее, чем ночью, но… Но вид их заставлял меня поломать голову, с чем же я всё-таки столкнулся, особенно мне не нравился их запах.

От этих существ разило чем-то насквозь омерзительным, а их оскалившиеся пасти с огромными, кривыми, жёлтого цвета зубами, весьма острыми даже на вид, вызывали стойкое чувство отвращения.

А ещё эти уши, как будто покрытые облезлым плюшем весьма отвратного вида. Глаза этих существ оказались прозрачными, как будто бы из стекла. В общем, брр, вот, что я хотел бы сказать о внешнем виде этих крысочебурашек.

Подойдя к байку, я обнаружил, что он весь заляпан какой-то противной слизью напополам с кровью зеленоватого цвета. Что уже намекало мне на то, что это уже совсем не Россия, а совсем другая страна, а то и мир. Может быть, я попал в будущее или в прошлое? А может быть это очередная мерзкая шутка англосаксов?

Устроили себе тайный полигон, где-нибудь в Подмосковье, пользуясь нашей добротой и вовсю эксплуатируя кредо «уважаемых партнёров», ну и гадят себе потихоньку, как они обычно умеют. Эксперименты с евгеникой, например, проводят или что-нибудь подобное, где-нибудь в Соловьёво-Задрыщево. С них станется. М-да…

Нет, слишком много несостыковок, я хоть человек и простой, но дураком отродясь не был. Не оказалось у меня возможностей, чтобы давать себе пищу для ума и развивать мозги получая новые знания из умных и редких книг. Родители простые инженеры, в перестройку не сумели ничего добиться, воровать не умели, обманывать тоже. Вот потому и пришлось мне не в институт идти, а работу искать сразу после школы дабы выжить. Жизнь, она у всех разная – у одних красивая и прекрасная, а у других простая и безобразная.

Однако, пока спросить не у кого, куда я всё же попал, не у чебурашек же спрашивать? Да они и не скажут, потому, как мёртвые уже полдня. Хотя я уже ничему не удивлюсь. Решив, всё же осмотреться перед началом движения неизвестно куда, я вновь забрался на дерево, только полез гораздо выше, откуда будет виднее. Зависнув на крайней для себя ветке, я обхватил её правой рукой, а левую приложив к глазам козырьком, стал усиленно всматриваться вдаль.

Кругом, насколько хватало моего взгляда, простирался лес, иногда показывающий проплешины небольших по размерам полян, оврагов или мелких водоёмов, иногда разрываемый болотами или выжженными пустошами. Лес не радовал листьями, и оттого смотрелось сквозь него далеко, хвойных деревьев здесь почему-то почти не имелось, кстати. Глянув во все стороны, я так и не смог определится в какую из них мне стоило поехать.

Предположительно, на западе текла небольшая река, и на этом, собственно, всё. Честно говоря, стоило залезть повыше, но я боялся сорваться и упасть, потому как на этот раз, внизу меня не ждали «мягкие» крысочебурашки. А поломав себе руки-ноги, а то и голову, я рисковал остаться тут навсегда без всякой помощи и человеческого участия. Не став терзать себя сомнениями, я начал слезать и вскоре очутился у подножия дерева.

Наскоро осмотрев мотоцикл, я собрал все свои вещи и закинув их в кофр, завёл мотоцикл. Завёлся он не сразу, а только с третьего раза. Мне ещё пришлось оттирать его от крови и непонятной слизи. Сопли они здесь что ли свои об мой байк вытирали ночью, или облизывали его своими тошнотворными языками? Фу, как противно.

Меня и правда, чуть не стошнило от одного представления, как всё это происходило, да и вид этих существ, а также исходящий от их трупов запах создавал необходимый антураж. Здесь и без богатой фантазии можно всё так ощутить, что тошно станет, вот мне тошно и стало. Я не сильно всматривался в мотоцикл, особенно в его нижнюю часть, а зря, потом сюрприз получил.