Алексей Птица – От моря до моря (страница 49)

Выживу, обязательно воспользуюсь предложением, а не выживу, то и всё равно уже.

Для создания амулетов мне не требовался алхимический набор, достаточно было очага и котелка. Всё это было в наличии и, отужинав, я приступил к чародейству. Жаль, опыта у меня было ещё мало, а знания разрозненные, поэтому и амулеты у меня получались слабыми.

Весь вечер и часть ночи ушли на их создание, и заснул я уже под утро. На рассвете, едва продрав глаза и умывшись, я засобирался в путь, надеясь, что не в последний. В каждый пистоль я вложил картечь и немного усиленный заряд пороха.

В конце концов, износ ствола от этого увеличится намного, но, всё же, не разорвёт. А дальше мне эти пистоли будут глубоко безразличны. Зарядив все шесть штук, я их рассовал по штатным местам и принялся надевать кольчугу. Покончив и с этим, натянул сверху белую рубашку, штаны, камзол, щегольский берет. Обулся и навесил на себя перевязи с оружием.

Вроде готов. Или нет?! А! Совсем забыл взять плоды моих вечерних бдений. Вон они валяются под кроватью. Разложив по кучкам, стал считать. Амулеты все были одноразовыми и на вид весьма неказисты. Что поделать, руки кривые, не эстет я совсем. Главное, чтобы они были действующими и сыграли свою положительную роль.

Первая кучка состояла из пяти защитных амулетов, вторая – из трёх атакующих, и два, самых последних, били по площадям. Вот и всё, что у меня получилось. Навесив их на себя, я вышел из хижины и направился в сторону города, а затем в этот самый Фокси.

Идти было далеко и я, отойдя совсем немного, решил вернуться. Что я, дурак что ли, ноги бить по камням, у меня же есть лодка. Сейчас рыбаки меня подкинут до этого самого Фокси.

И вот, буквально через час, подняв маленький парус, мы уже мчались навстречу приключениям. Два рыбака правили, а я орудовал на корме рулевым веслом. Ещё через два часа мы причалили к пирсу. Лодку я решил отправить обратно, от греха подальше, а сам сошёл на берег и пошёл вдоль пирса, осматривать корабли.

Но сколько не вглядывался, ни одного корабля, похожего на мою шебеку, не нашёл. Да и вообще, здесь швартовались мелкие суда, в основном рыбацкие, какая уж тут шебека. Портовая администрация также отсутствовала. Зайдя в какую-то мазанку, я застал там одного чиновника, пальцы которого были заляпаны чернилами.

– Я виконт Эрнандо Гарсия-и-Монтеро, меня сюда направил Фома Пьянчинни. Он сообщил, что найдена моя шебека и что я её могу здесь осмотреть и опознать.

Усталый клерк поднял на меня чёрные глаза.

– Идальго, здесь сроду не швартовалась шебека, вы не по адресу, – произнес он и тут же потерял ко мне всякий интерес, занявшись своей писаниной. Не знаю почему, но я сразу ему поверил. Хлопнув дверью, вышел из одинокого домика и повернул обратно.

Стоило теперь плыть с разборками к этому Фоме или нет? Уж теперь-то он не отвертится ни от чего, вместе со своим местным боссом и мафиози по совместительству. Вот вечно всё так, итальянцы, что с них взять? Воевать не умеют, зато исподтишка все делишки обтяпывать они мастера.

Вернувшись на пирс, я заметил, что мои рыбаки давно отчалили и скрылись за линией горизонта. А другие лодки по разным причинам не захотели меня увозить в порт Кальяри. Ну ладно, придётся идти пешком.

Хотя, почему пешком, что тут, ослов нет? Ослы были, даже настоящие. Ради того, чтобы не сбить ноги и заодно поберечь силы, я раскошелился на одного большого, но спокойного.

Оседлав, как Санчо Пансо, своего «Серого», я, свесив ноги по обе стороны его крупа, затрусил в сторону города, провожаемый насмешливыми взглядами местного люда. Но я не хотел тратиться на скакуна местных пород, дорого и непрактично, и падать с него высоко, можно ключицу сломать или лапку, так что, ну его, пусть смеются.

Выехав из небольшого посёлка, я потрусил на ослике по дороге, ожидая приключений. Но к ним я был готов. Защитные амулеты примут на себя и удар магии, и пули, а со всем остальным буду разбираться. Долго ли с осла соскочить. Встал на ноги – уже на земле, а осёл в стороне. Да и, если что, можно им прикрыться. Все же, хорошая защита, толстая и плотная.

Так я думал, неспешно продвигаясь по дороге, на которой изредка встречались горожане и крестьяне из окрестных сёл. Один раз мимо меня, бешено настёгивая лошадь, промчался всадник. Мельком взглянув на меня, он ещё раз ударил лошадь и проскакал дальше, вырывая из-под копыт фонтанчики сухой пыли.

Козёл!

Я продолжал ехать дальше, пока не подобрался к двум большим холмами, между которыми и пролегала дорога. Холмы были пологими, но высокими, и вся седловина между ними покрыта редким лесом. Конечно, не джунгли, но спрятаться можно.

И вот, вскоре я заметил подозрительное шевеление, а потом и движение. Началось! Ну, кабыздохи, держитесь!

Оппиниус уже весь извёлся, где этот грёбаный идальго? Его наёмники давно заскучали, им надоело ждать, а идальго всё не появлялся и не появлялся. Когда маг уже почти потерял терпение и решил снять засаду, потому как что-то пошло не так, примчался всадник.

Всадник прискакал из Фокси, его отправили, как только поняли, кто к ним приходил и зачем, и то, совсем не сразу. В общем, всадник еле успел. Покрутив головой, он задействовал сигнальный амулет, и Оппиниус понял, что этот посланник к нему.

Всадник, захлёбываясь словами, поведал, что интересующий их идальго уже на пути сюда, только двигается совсем не в том направлении. Он не шёл пешком, и не ехал на лошади, а трясся на осле. Оригинально, но давало шанс подготовиться, и к тому времени, как фигура всадника на осле появилась вдалеке, нападающие были во всеоружии.

Я сидел в седле и держал в руках пистоли, внимательно глядя по сторонам, и успел вовремя заметить две аркебузы, которые высунулись из-за стволов деревьев. Но, кроме них, ещё штук восемь арбалетов находились в руках других наёмников, которые спрятались на деревьях и в невысокой траве. Учли же прошлые ошибки. Видимо, в этот раз они решили меня убить с первого залпа.

А может, подумали, что в прошлой жизни я был дикобразом и теперь должен вернуться к своим истокам. Весьма спорное мнение. Вовремя заметив организованную мне теплую встречу, с осла я соскочить успел, а вот спрятаться, увы, нет. Сначала защёлкали арбалеты, а потом раздался грохот двух выстрелов. Пули пролетели мимо, а вот арбалетные болты почти все попали в меня. Один за другим защитные талисманы рассыпались глиняной пылью.

Всех арбалетчиков я не засёк, но вот трёх увидел. Прицелившись, выстрелил по кроне нужного дерева. Срывая ветки и листву, сверху, как подбитый тетерев, свалился наёмник. Всё же, картечь лучше, чем пуля. Второй выстрел по другому стервятнику видимого успеха не принёс, но, однозначно, кого-то из бандитов ранил. Но я уже бежал навстречу другим. Пистолей было ещё четыре, из всех я выстрелил по целям, и по всем попал.

Ко мне кинулись сразу все, а двое, перезарядив арбалеты, прицелились. Два атакующих амулета выбросили в их сторону языки жадного пламени, испепелив налетчиков до пояса. Третий ударил в мушкетёра, решившего повторно выстрелить в меня, и тут же поплатившегося за свою попытку.

Разрубив одного из бандитов, я отпрыгнул и бросился наутёк. На секунду застыв от резкого поворота, вся толпа выживших бандитов бросилась за мной, улюлюкая. Я же, отбежав, разрядил по ним артефакты, которые били по площадям. В один миг погоня превратилась в ловушку для самих загонщиков. И выживших из всей толпы оказалось всего двое. Теперь уже я бежал за ними и, догнав одного, от души размахнулся по нему топором, убив наповал.

Где-то ещё пряталась пара арбалетчиков, а пехотинец, единственный выживший, так улепётывал, что его и догнать никак было нельзя. Но я не расслаблялся, маг был где-то рядом, и на этот раз он не отступит, а у меня в тылу ещё двое бандитов прятались. Надо искать.

Сильный ветер пронёсся по кронам подозрительных мне деревьев, обнажив одного из спрятавшихся. Перезарядив пистоль, я прицельно выстрелил по нему, и ещё один товарищ упал на землю, но до этого он успел выстрелить в ответ. Его арбалетный болт лишь ушиб мне бок.

Другой бандит, прятавшийся у корней дерева, услышав моё приближение, высунулся из-за ствола и разрядил свой арбалет. Резкая боль пронзила мою спину. Вот же, сука! Опять в больное место попал. Тут уж я не сдержался и стеганул его щупальцем медузы, собрав влагу с деревьев.

Схватившись за горло, он ещё затрепыхался, но быстро посинел и благополучно для меня испустил дух. А я осмотрелся и подошёл к своему ослу. Маг затаился, он был где-то рядом, но я не чувствовал его и не видел, лишь только знал, что он здесь и до сих пор не ушёл, собака бешеный. Нагнувшись над очередным трупом, я заметил на нём красивый стилет. Пожалуй, пригодится, и я подобрал кинжал, удивительный для обыкновенного убийцы.

Оппиниус молча смотрел, как на его глазах разворачивается битва, как погибают один за другим его люди. Пять, десять, пятнадцать, восемнадцать, девятнадцать, лишь один успел сбежать, и его уже не было видно. От страха он просто обезумел и летел быстрее, чем чистокровный арабский скакун.

Всё, все уничтожены, теперь его выход, но маг не торопился. Он хотел нанести удар наверняка и в спину, ему так было удобнее, раз ударил – и труп, и чтобы не видеть лица убиваемого. Почему именно так, он и сам не мог себе объяснить, но вот так.