Алексей Птица – Мамба в Афганистане (страница 12)

Глава 6

Нуристан

— Очнулся, очнулся! Ему лучше, лучше! Ты великий целитель! — ну и прочее в том же духе кричали старик и воины, как оказалось, полевого командира по имени Вакил.

Сам Вакил тоже удивленно рассматривал того, кто спас ему жизнь. Ну, ему ещё долго придётся лечиться, но теперь это скорее дело времени, чем случая. Основную работу я сделал, и это понимал даже самый непосвященный среди всех присутствовавших.

— Чем я могу отблагодарить тебя? — спросил старик.

— Для начала верните мои деньги.

Старый моджахед невольно стушевался, почувствовав себя виноватым. Ну, а чего он хотел?

— Тебе всё вернут, и ты сможешь забрать снадобья и всё остальное, что мы тебе отдали, кроме тех лекарств, что помогают моему сыну.

— Хорошо. Я оставлю все инструкции, отвары и эликсиры для восстановления его сил. Через пару дней его можно везти в больницу.

— Мы так и сделаем, аль-Шафи, — странно, я назвал так себя только Аббасу, — вы поедете вместе. Моего сына повезут в больницу, а тебя туда, куда ты и держал свой путь. Я дам тебе ещё денег, и за мной долг крови.

— Деньги возьму. Долг крови — ценный дар, но думаю, что мне от вас больше нужно другое.

— Что же?

— Я, помимо странствий, выполняю волю своего господина, а ему нужны бесстрашные воины и инструкторы, которые смогут научить его солдат воевать. Ему нужно оружие и люди, через которых можно приобрести вооружение напрямую. Не здесь, а в Африке. Здесь есть те, кто привозит его, они общаются с посредниками и смогут вывести на людей, контролирующих его потоки. Мне нужно оружие и люди, которые продадут его в Африке.

— Не ожидал! Но и не удивлён. Я так и знал, что ты котелок с двойным дном, а то и с тройным. Воинов и инструкторов я могу найти и посоветовать, но они поедут с тобой только за большие деньги. Что касается оружия, то тебя сведут с нужным человеком, а дальше ты сам договаривайся. Но ты уезжаешь?

— Да, но я обязательно вернусь.

— Хорошо, тебя увезут отсюда с завязанными глазами, чтобы ты не смог никому рассказать о нашей базе. Связь можно поддерживать через владельца караван-сарая — он теперь наш человек и передаст нам то, что ты ему скажешь. Не успеют пройти сутки, как к тебе придёт мой человек и объяснит всё, о чём ты его спросишь.

— Я понял, меня это устраивает.

— Вот видишь, мы оказались полезны друг другу, аль-Шафи. А сейчас прими от меня подарок — вот этот автомат и деньги.

Автомат оказался китайским, и мне его показали, спрятав в кусок кошмы, а денег в пересчёте оказалось около пятисот долларов. Не густо! Недорого же они ценят мои услуги.

— Я могу забрать все свои вещи и травы с отварами?

— Они твои. Через два часа мы выезжаем, ты должен успеть.

Я стал собираться, задумчиво смотря на полевой лагерь, в котором так и не побывал. Некогда, да и неинтересно. Одно я понял — здесь не было пленных. Если бы были русские, то пришлось бы их спасать, потому как тоже долг крови. Но в этом районе тянулись сплошные горы, а афганская провинция Нуристан малонаселённая, так что боевые действия тут не практиковались. Медвежий угол, дальше уже Памир.

Собравшись, я пошёл к пикапу, на котором меня собирались увезти, и принялся забрасывать в него свои вещи.

— Аль-Шафи! — послышался женский голос. Я обернулся, позади меня в сопровождении двух вооружённых пуштунов стояла Марика — жена военного вождя клана.

— Слушаю!

На мгновение обернувшись, я снова отвернулся и стал укладывать вещи. Она заговорила по-пуштунски, но я не понимал её.

— Донт андестэнд, — проинформировал я женщину, продолжая заниматься своими делами.

Она что-то пробормотала про себя и ушла. А я залез в кузов пикапа и стал ждать отправки. Вскоре под руки вывели Вакила, который, посмотрев в мою сторону, что-то сказал жене и своему отцу, после чего последовал дальше к джипу, что ожидал его, тихо урча дизельным двигателем. Как только он сел, ко мне снова подошёл старик вместе с Марикой.

— Мой сын благодарит тебя за своё спасение, а его жена присоединяется к его словам.

Я молча прижал руку к сердцу и склонил голову. Что мне от их благодарности? Привезли сюда под дулом автомата и ещё что-то хотят. Вспомнился яд, спрятанный в одном маленьком мешочке. Всего лишь одна щепотка, пущенная по ветру, и я буду в расчёте с этими пацанами. Но не стоит, их слишком много.

Марика внезапно заговорила. Старик выслушал её и перевёл.

— Она говорит, что ты не только знахарь, но и колдун. В её роду многие могут чувствовать колдовство и ведовство. Его она чувствует и в тебе.

— Я знахарь, целитель, травник, воин и врач. Всё вместе может оказаться сильнее всего, что я перечислил. Как я могу разделиться? Это невозможно. Если от меня и исходит что-то, то только из-за того, что я слишком много видел смерти и дарил её другим.

Старик задумчиво кивнул и передал эти слова Марике. Та скривилась и на мгновение подняла на меня глаза. Наши взгляды встретились и тут же разошлись. Я увидел молочно-белую мглу, клубящуюся в её взгляде, а что увидела она, я не знал.

Женщина вздрогнула и тут же нырнула за спину старика. Тот удивлённо посмотрел на неё, ласково похлопал по плечу, и они ушли, оставив меня одного раздумывать о том, что бывают же такие совпадения. Вскоре пришли мои сопровождающие, повязали на глаза плотную чёрную повязку, и мы покатили вниз по извивающейся, словно змея, дороге.

— Что с тобой, Марика? — удивлённо спросил старик.

— Нам повезло.

— Да, Вакил выжил, и лекарь его спас. Это действительно большая удача. Аллах тому свидетель!

— Нам повезло, что он нас всех напоследок не убил.

— Что ты говоришь, я не понял?

— Он мог бы всех нас убить, если захотел.

— Всех?! С чего ты это взяла? Ты слишком много пережила за эти дни, Марика, я понимаю.

— Почти всех, кто находился рядом с ним, — проигнорировала слова старика женщина. — О чём он тебя просил?

— Ему нужны люди и инструкторы.

— Понятно теперь, мы просто ему нужны.

— Он хотел нас убить?

— Хотел бы — убил, — вяло произнесла Марика.

— Я сейчас пошлю вдогонку людей, чтобы они уничтожили его.

— Зачем? Он помог нам и уехал по нашему желанию.

— Тогда зачем ты всё это говоришь?

— Чтобы ты знал, с кем имеешь дело.

— Ты уверена в этом, Марика?

— Я когда-нибудь ошибалась? — усмехнулась женщина.

— Нет, — скривился старик. — Он колдун?

— Хуже. Он человек, умеющий убивать колдунов и любую нечисть. В его глазах я увидела отблеск ярости старых богов.

— Но ведь он правоверный мусульманин?

— Старые боги не мешают новым. Человеку с двойной душой можно служить одновременно и старым богам, и Аллаху.

— Ты слишком сложно говоришь, Марика, я тебя не понимаю. Давай забудем всё, что ты сейчас наговорила, и будем просто радоваться жизни и тому, что мой сын и твой муж живой и идёт на поправку.

Женщина склонила голову и, больше не говоря ни слова, отправилась к себе. Она и сама не понимала, зачем всё это сказала. Просто иногда с ней такое случалось. Их род вёл своё происхождение с самых древних времён и никогда не угасал. Главным образом благодаря женщинам и тому дару, что передавался по наследству во все века.

Любая женщина их рода рожала не меньше пяти детей, трое из которых всегда были девочки, дабы дар не канул в лету. Почему и кто положил начало этому — не знал никто, но люди давно это заметили. Их семья никогда не имела богатства или сильного влияния, но женщины их рода не знали отбоя от предложений мужчин всех окрестных кланов и могли сами выбирать себе мужей, оценивая претендентов по молве о них и редким фото.

Да, так она выбрала и своего Вакила и полюбила его. Горе, ненависть к врагам и шок от спасения любимого пробудили в ней дар, что уже давно спал, только изредка прорываясь сквозь пепел ушедших эпох в её сознании. Но сегодня он вспыхнул с новой силой, подарив ей знания об этом странном чёрном человеке. Не выдержав этого понимания, она рассказала обо всем отцу мужа, о чём сейчас сожалела. Он не испугался или принял к сведению, а просто разозлился, а ведь она чувствовала, что этот аль-Шафи ещё, возможно, появится в её жизни или в жизни её младшей сестры, что подрастала не по дням, а по часам.

Я трясся в кузове, крепко держась руками за борт автомобиля и ожидая, когда это закончится. Тоже мне конспираторы… Пара пойманных местных мужчин, пытки лекарствами — и всё они расскажут или покажут на того, кто расскажет.

Скажете, что это детский сад — пытки лекарствами? Гм, уважаемые, главное, чтобы было желание и возможности, остальное всё легко срастётся. Тут же все про наркотики знают, а то и употребляют. Они запрещены Кораном, но человек слаб, особенно когда это растёт перед его глазами и выращивается на продажу. Но дело не в этом, при желании можно создать такое вещество, что будет вызывать тяжёлые галлюцинации и отвращение от приёма этого самого средства.

Да и обычным тошнотворным запахом, вызывающим непрерывную рвоту, можно довести практически любого до изнеможения. А если это делать каждый день по нескольку раз? Вымучил, накормил, и тут же снова. Думаю, сутки-двое, и да здравствует правда! И главное, никакого насилия и смертей. Вот он, Мамба животворящий! Ну и эликсир правды ещё есть, тоже хорошая вещь, да её уже и так открыли в лабораториях, только сывороткой обозвали, грамотеи…

Сильный удар колёс при переходе с грунтовки на асфальтированную дорогу отвлёк меня от текущих мыслей. Японский пикап наконец-таки вырулил на шоссе, и с меня сняли закрывающую глаза повязку.