Алексей Птица – Африканский гамбит (страница 8)
— Откуда, откуда он знает английские и немецкие буквы?!!!
— И это при всём при том, что он вылитый дикарь, с безобразной рожей, и усеянным шрамами лицом и телом, которое раскрашено в разные цвета. Единственное, его кожа показалась мне немного светлее, чем у остальных соратников, но это часто встречается у них. Ты же знаешь, нет негров с чисто чёрной кожей, у них море всяких оттенков, начиная с желтого цвета, и заканчивая красно-коричневым.
Ричард задумался на минуту.
— Это мулат, — убеждённо заявил он, — видимо, папаша не оставил свою семью, и время от времени навещал её в каком-нибудь порту. Я не удивлюсь, если это был обедневший немецкий дворянин, из карликовых ваших герцогств, вроде Гессен-Дармштадского.
— Приехал, затосковал при виде зелёных бананов и огромных слонов. Был укушен мухой це-це. Впал в ступор и анемичность. Местная негритянка, дочь вождя прибрежного племени, выходила его. В благодарность, он воспользовался её невинностью, подарив ей сына с его «голубой» кровью, и умотал восвояси с изрядным состоянием, полученным в результате торговли слоновой костью.
В родном герцогстве женился, а детей не было. Всё проклятая муха це-це высосала. Или, скажем, были одни дочки. Затосковал по сыну, вернулся в Африку, а там оба-на. Бегает малолетний сынок, с умными глазёнками, и светлой кожей. Сердце отца не выдержало.
Слёзы, сопли, и обучение основам всего: языкам, пониманию законов физики, природы, психологии, ну и прочая лабуда. Потом он снова уезжает, и умирает в гордом одиночестве, либо окружённый одними дочками, в своём замке, например, в Лихтенштейне.
— Чёрный байстрюк, выросший и возмужавший, ждёт отца, льёт слёзы, а того всё нет и нет, но голос крови силён, а развитые мозги требуют действий, вот он и идёт ва-банк. Сначала подчиняет себе соседнее племя, потом вместе с ними, подчиняет другие племена, и уже лезет во все чёрные места, куда даже мы боимся соваться. А ему что, из грязи, да в чёрные князи.
В Европе мог быть только герцогом, а тут князь, потом царь, потом… Ладно, про потом не будем, так что всё объяснимо, мой любезный друг и соратник.
— Всё так, всё так, — задумчиво протянул Эмин-паша, — но у него ещё убили любимую жену суданцы.
— О… значит, это наш клиент! Как там, говоришь, его кличут?
— По-разному… Мамба, Чёрный Змей, команданте Мамба. Да, он вроде ещё и унган.
— Ну вот, я же говорю тебе, Эмин. Нахватался всего подряд от папаши, и вперёд, долбить несчастных соплеменников, и мир захватывать свой чёрный. Да ещё и месть. Хотя это, наверное, не немец, а испанец, идальго какой-нибудь и…
— Хватит, Ричард. Ну, хватит, я всё понял, тебе бы книжки писать… фантастические, а не агентом британской разведки быть.
— Одно другому не мешает, Эмин, ну да ладно, так что ты там с ним за договор заключил?
Эмин-паша, называемый ещё Эмин-беем, хотя настоящее его имя было — Эдуард, снова начал подробный рассказ, а потом протянул полковнику Вествуду надиктованный Мамбой список.
— Гхм, ну что ж, сам договор логичен. Людей у него немного, а противник уже доказал свою боеспособность. Наши военные советники с египетскими солдатами проигрывают одно сражение за другим. И тут он прав, мы поможем ему с оружием. Людей ему тоже нужно набирать, и имущество также необходимо.
— Ну, каковы познания, каковы, — задумчиво произнес полковник Вествуд, вчитываясь в отданный ему листок папирусной бумаги.
— Действительно, уникум. Он что, умеет считать до тысячи, и оперировать такими суммами?
— До миллиона.
— Что?
— Он умеет считать до миллиона, а может, и больше, я не интересовался, — равнодушно выпустив в потолок очередную порцию дыма, ответил Эмин-паша.
— Однако, — изумлённо сказал Вествуд, — вот это кадр. Я сегодня же доложу об этом в Министерство.
— В которое, Рич?
— Во все три, Эмин, во все три.
— Угу, значит в Министерство по делам колоний, в Управление разведки и контрразведки, и в Министерство обороны. А! Забыл… ещё и в Торговую Западноафриканскую компанию.
Теперь уже настала очередь скривиться Вествуду.
— Ну, а лично он для себя, этот Мамба, что-нибудь хотел?
— Да, — пожав плечами, ответил Эмин-паша. Золота и баб.
— В смысле?
— Ну, про золото и так понятно, денег он хотел, в виде золотых монет. Франков, марок, рублей, австрийских крон, соверенов и гиней. А про баб, про баб говорит: «Хочу поиметь белокурую красотку, вот с такой задницей» — и Эмин-паша широко развёл свои руки, показывая размер требуемого.
— «Я знаю, говорит, — у вас такие есть!» Что ты скажешь на это, любезный Рич?
— Ну, сутенёром я не подряжался подрабатывать. Выживет, и сам купит за деньги. Вывезем его в Европу, если он заслужит. Прокатим по кабакам, и по борделям всех столиц. Везде побывает: и в Италии, и в Швеции, в Германии, и во Франции, в России и Египте, даже в Ирландию свезём. Везде, кроме Англии.
— А пока… пока будем заказывать ему оружие. Думаю, по оружию разделим указанное им количество на два, и привезём, а по его непотребству, что ты тут под его диктовку написал, разделим на пять, а то, и на десять. А то, ишь, фляг ему алюминиевых подавай. И откуда он только этот металл знает. Папаша, наверное, паразит, научил физике. Тарелки из алюминия не во всех богатых домах сейчас есть, уж больно дорого изготавливать этот металл приходится, да и железных касок у нас нет. Ему что, средневековые шлемы подавай, морионы? Обойдётся!
— А хирургические инструменты ему зачем? Опыты проводить? Ну-ну! И откуда только о них узнал?
— Ладно, ты где остановился?
— Нигде, пока.
— Тогда прошу ко мне, поговорим, расслабишься, отдохнёшь, а там оружие привезут, и снова в бой, покой нам только снится. И они расстались до вечера.
Эмин-паша направился к своим людям, их осталось у него немного. Но здесь находился ещё большой отряд египетских солдат присланных морем из Каира, для продолжения ведения боевых действий. Их было почти тысяча человек. Обученные американскими инструкторами приглашёнными египетским правительством, они представляли довольно внушительную силу.
Вооружены они были однозарядными американскими винтовками ремингтон, которые были закуплены огромными масштабами. Но белых офицеров вместе с солдатами, Каир не прислал. И теперь Эмин-паше придётся в одиночку поднимать их боевой дух. Дабы подсластить пилюлю, Египетское правительство присвоило ему титул бея, и теперь он мог называться Эмин-беем.
Это безусловно тешило его самолюбие, но здесь ему, неожиданно для него было сделано предложение, над которым он основательно задумался. И Вествуд был прав. Он работал не только на англичан, а на всех, кто смог его заинтересовать, деньгами и властью. Благодаря присланным солдатам, он был готов снова вступить в бой с махдистами, при поддержке нового союзника.
Если же, что-то пойдёт не так, то он всегда может переметнуться на другую сторону, ведь не зря же он принял ислам, и уже два раза менял своё подданство. Деньги — не пахнут, а власть греет не только душу. Поменяет подданство, и в третий раз.
Глава 5 Храм мёртвого бога
Ярый ушёл в сторону Баграма, по пути я ему велел заключать союзы с мелкими племенами, набирая там воинов и молодых женщин, и уводить их в Баграм. Кто не желает дружить, того насильно забирать в плен, и уводить туда же. Только женщин тогда забирать всех, кроме старух и тёток с малыми детьми, и то, если у неё больше двух (у нас, если что, ещё родит).
Сам же я с Момо отправился к западу, следуя вдоль берега реки Уэле, от её истоков к верховьям. Дорога была очень трудной, даже для нас. Река, то сужалась, то внезапно расширялась, растекаясь по неглубокому руслу, подтапливая низменность вокруг себя, и создавая болотистую местность, с её дурными миазмами.
Кого здесь было много, так это различных птиц, и рыб, а также всяческих гадов, норовивших укусить. Ну, меня кусать, себе дороже, а вот другие страдали. И если бы не противоядия собственной разработки, и здоровые организмы, не ослабленные цивилизованностью и комфортом, то мы бы понесли ужасающие потери на пути нашего продвижения к цели.
При совершении этого похода, да и раньше, я обратил внимание, что негритянские племена почти не умеют ловить рыбу, и боятся воды. Рыбу они могли ловить только вершами, и то, в неглубоких местах. Сетями они не умели пользоваться вообще, и их не было, даже самых примитивных. Крючка и лески они тоже не знали. Поэтому, и рацион был скуден. Одними обезьянами не прокормишься!