Алексей Птица – Африканский гамбит (страница 18)
На счёт таких действий и Луишу, и Бедламу были даны подробнейшие инструкции, вкупе с фразой «Солдат должен быть всегда занят, и думать только о еде и сне, чтобы плохие мысли не лезли в голову».
Луиш, опять вспомнив Мабетту, был полностью согласен с этими словами. «Всё зло от женщин!» Точнее, от их отсутствия, либо недоступности. Борьба с недовольными была простой. Их ещё больше нагружали работой, но кормили при этом неплохо.
Тех, кто переступал рамки разумности, сажали в зиндан, круглую яму с деревянной решёткой наверху. Парочку, особо упрямых, пришлось казнить, дав шанс умереть, как воинам. Один погиб, сражаясь с крокодилом, другой — со стаей гиен.
Трусы, предатели, и мелкие гадёныши, пойманные на изнасиловании без обоюдного согласия, привязывались к позорному столбу, и подвергались моральным унижениям несколько суток. Некоторых пришлось повесить, и их трупы долго качались на ветвях акаций, привлекая к себе грифов, и напоминая своим видом об ужасных обычаях племени макарака, которые коптили своих усопших родственников, и развешивали на деревьях, для долговременного почитания.
Так что, в отсутствии Мамбы, они не скучали, а развлекались, как могли. Оба города, и Баграм, и Бырр, уже восстановились, и даже снова стали увеличиваться, благодаря притоку населения из сопредельных территорий, прослышавших о добром и могучем вожде, подмявшим все окрестные племена под себя.
Через неделю пришло первое радостное известие, на смену «чёрным». На горизонте появился большой отряд. Им оказался возвращавшейся из похода отряд воинов, во главе с Ярым. С ним вместе шли присоединившиеся к нему люди, многие даже целыми семьями, и всем имуществом.
Встреча получилась радостной, но общие проблемы несколько приуменьшили радость встречи, заменив её заботами. Население резко увеличилось. Вместе с населением, возросло и число воинов. Тренировки увеличились, увеличились и куски возделываемых полей.
Все прибывшие семьи были отправлены в Бырр, и дальше в Барак. Ярый всех успокоил, «вождь жив, стал ещё более злым, и идёт с большой добычей». Всем бояться, и готовиться к переменам.
Ещё через несколько дней, стало известно об отряде, упорно шедшем в их сторону. Отряд был большой. Разведчики, посланные далеко вперёд, смогли выяснить количество и примерный состав отряда.
Захлёбываясь словами, об этом докладывал один из пигмеев, окончательно перешедших на сторону Мамбы, и для этого даже ушедших из джунглей. Он же и доложил об отряде. Он насчитывал около трёхсот человек. Белых, человек двести, судя по счётным палочкам, что держал в руках пигмей, и перебирал, считая. Остальные, в чужом отряде, были неграми, но не местными. С более тонкими чертами лица, и скорее смуглой, чем чёрной, кожей.
С ними шли непонятные люди, в странных одеяниях. Выслушав путаные объяснения пигмея, а также других разведчиков, Луиш с удивлением опознал одежды священнослужителей. Это, наверняка, были миссионеры, начавшие проникать в Африку со всех сторон. Судя по сбивчивому описанию, это не были ни католики, ни мусульмане.
Выбор религий не был особо богатым, так что ни иудеи, ни буддисты, не попадали в цель. Скорее всего, эти одежды принадлежали одной из ветвей христианской религии, но вопрос, какой, был самой интересной загадкой на это время.
Несмотря на то, что отряд был уже недалеко, до Бырра ему нужно было идти не меньше недели, а до Баграма, ещё дней пять. Скоро должен был появиться и Мамба, и на совместном совете они решили, чтонавстречу надо посылать гонца с охраной.
В роли гонца выступил Ярый, и, взяв с собой лучший десяток воинов, ушёл поутру. Бедлам с Луишем остались размещать людей, и готовиться к бою. Общее количество воинов сейчас превышало две тысячи, но кто их знает, этих европейцев…
Местным аборигенам случалось собирать и большее количество воинов, и на лошадях, против меньшего количества белых солдат, и всё равно, они позорно проигрывали битвы.
Всё-таки, стрелы и пули, это не одно и то же. А храбрость и металлические латы, хоть и дают весомое преимущество, но латы, как правило, оказываются сильнее, к сожалению.
Времена рыцарей давно прошли, да, наверное, никогда и не наступали, оставаясь придуманным людьми мифом, на фоне общей серости, злобы и предательства. А редкие исключения только подчёркивали общее правило, и также быстро сгорали, как и появлялись, оставляя в душе людей горечь надежды и сладость понимания невозможного.
«Переваривая» полученные новости, Луиш задумчиво перебирал деревянные палочки, отобранные у пигмея, указывающие число солдат, идущих к ним. Местные аборигены умели считать до ста, пользуясь пальцами рук и ног. Дальше у них было только много, и очень много. Каждая палочка обозначала десяток, дальше палочка нанизывалась на кусок лианы, а потом подсчитывалась вместе с остальными.
— Ну что ж, надо ждать Мамбу, — подумал Луиш, и пошёл к Мабетте, чтобы забыться в её жарких объятиях, пока есть возможность.
Интерлюдия.