Алексей Прокопенко – Комментарий на послание к Римлянам (страница 20)

Вы спросите: «Почему он должник? Разве он у кого-то что-то взял?» Однако должником можно стать не только попросив что-то в долг. Должником можно стать также в том случае, когда кто-то передал через тебя что-нибудь для другого человека и ты теперь должен ему это отдать127. Павел был должником в этом втором смысле. Бог передал ему Евангелие для других людей, поэтому он – должник перед ними в отношении Евангелия. И он это прекрасно понимал. Он сознавал, что, будучи должником, он должен благовествовать. Это его долг, его обязательство. Это то, за что Бог с него спросит. Как он признает в другом послании: «Ибо если я благовествую, то нечем мне хвалиться, потому что это необходимая обязанность моя, и горе мне, если не благовествую!» (1 Кор. 9:16; курсив наш. – А. П.). Сходным образом, пророк Амос вопрошает: «Лев начал рыкать, – кто не содрогнется? Господь Бог сказал, – кто не будет пророчествовать?» (Ам. 3:8). Если Бог повелел нам нести людям Благую Весть Иисуса Христа, то как мы смеем молчать? Если Он сказал всей Церкви: «Итак идите, научите все народы…» (Матф. 28:19), то как можем мы сидеть на своем месте и не благовествовать? Бог доверил нам Евангелие – значит, мы тоже должники.

Кому же Павел задолжал? В 14-м стихе присутствуют две пары противопоставлений. Эллинам и варварам – это противопоставление по языку. Эллинами называли всех, кто говорил на греческом языке, то есть греков и римлян128. Кстати, обратите внимание, на каком языке Павел пишет письмо римской церкви – на греческом. Римляне тоже относились к категории эллинов. А варвары – это люди, не говорившие по-гречески. Павел утверждает, что он должник и перед теми, и перед другими, то есть независимо от языка. Нас тоже окружают люди, которые говорят на разных языках: азербайджанцы, узбеки, таджики, цыгане. Приезжая в нашу страну, все они, скорее всего, говорят по-русски. Мы должники перед ними в том, чтобы рассказать им Евангелие!

Второе противопоставление – между мудрецами и невеждами. Это противопоставление по культуре. Мудрецы в те времена – это представители высокоразвитой греческой культуры129. Невежды – люди необразованные, малокультурные. Павел говорит, что он является должником и перед теми, и перед другими – то есть независимо от их культуры или образования. Нас тоже окружают люди разной культуры и разного образования. Мы должники перед всеми ними в том, чтобы рассказать им Евангелие! Не нужно бояться, что человек слишком высокой культуры (например, профессор вуза), или, наоборот, слишком низкой (например, бомж). В истории есть немало примеров, когда благовестие преодолевало культурные барьеры.

Я летел как-то в самолете с одним человеком. Он разговаривал по-английски и по виду был похож на индуса. Как оказалось, он был крупным армейским чином из Индии, летевшим в Россию по вопросу каких-то военных закупок. Мы с ним разговорились. Я спросил, есть ли в Индии христиане, знает ли он что-то о Христе. Оказалось, что он мало что знал. У меня была возможность сказать Евангелие. И в конце полета я пожелал ему найти Библию и прочитать ее. Он сказал, что собирается это сделать. Давайте осознавать свой долг перед людьми в том, чтобы нести им Божье Евангелие!

Применение:

Осознаете ли вы себя должниками в том, чтобы говорить людям Евангелие?

Знаете ли вы людей других национальностей, которые живут или работают рядом с вами? Возможно, это ваши соседи или сотрудники по работе. Предпринимали ли вы попытки познакомить их с Евангелием? Что вы можете сделать для того, чтобы сказать им о Христе?

Стараетесь ли вы говорить о Спасителе людям рабочих специальностей? Интеллигенции? И мудрецам, и невеждам?

Расположить свое сердце (1:15)

Вторая грань правильного отношения к Евангелию – мы должны расположить свое сердце к тому, чтобы благовествовать. Об этом говорится в следующем стихе:

Итак, что до меня, я готов благовествовать и вам, находящимся в Риме (Рим. 1:15).

В первую очередь обратите внимание на слово готов. Оно достаточно сильное по смыслу. Употребленное в греческом оригинале слово πρόθυμος (про́тумос) означает «стремящийся быть полезным, охотный, усердный, расположенный»130. Этот термин и однокоренные слова встречаются еще в нескольких текстах Нового Завета. К примеру, в 1-м Петра 5:2 сказано: «…пасите Божие стадо, какое у вас, надзирая за ним не принужденно, но охотно и богоугодно, не для гнусной корысти, но из усердия». «Из усердия» – то же самое слово, что «готов» в изучаемом нами тексте. Усердие, или готовность, в данном стихе противоположно принуждению и корысти. Следовательно, усердие подразумевает способность делать какое-либо дело по собственной инициативе, без кнута (принуждения) или пряника (корысти), просто потому, что человек понимает важность этого дела и радеет о нем. Сходным образом, данное слово встречается в Деяниях 17:11 и 2 Коринфянам 9:2 – в обоих случаях оно передано в Синодальном переводе как «усердие». В последнем тексте оно параллельно слову «ревность». Итак, готовность, о которой говорит апостол Павел в Послании к римлянам, – это сильное желание и ревность делать что-то по собственной инициативе. Сильное желание и ревность о благовестии.

Павел не только осознавал себя должником, но и от всей души ревновал о Евангелии. Признавая себя обязанным, он вдобавок к этому располагал свое сердце к тому, чтобы благовествовать не из-под палки, не под принуждением, а охотно, с энтузиазмом. Иными словами, он не просто холодно и сухо выполняет свой долг. Он, чувствуя долг, настраивает свое сердце на желание благовествовать. Это можно сравнить с тем, как, когда мы заняли денег и чувствуем себя должниками, мы хотим скорее раздать долги – чужие деньги словно жгут нам руки. Так и здесь: несказанное другим людям Евангелие словно бы жжет нам сердце и побуждает нас отдавать весть о Христе всем, кому мы должны. Итак, Павел говорит, что он не только должен благовествовать, но и хочет благовествовать.

Сходным образом мыслили и другие апостолы. В ответ на запрет говорить людям об Иисусе Христе, Петр и Иоанн сказали: «Мы не можем не говорить того, что видели и слышали» (Деян. 4:20). Так мыслят и все спасенные дети Божьи: «Мы не можем не говорить о Христе!» Дорогие друзья, давайте расположим свои сердца, распахнем их для неверующих людей. Давайте настраивать свои сердца, чтобы они были готовыми благовествовать.

Применение:

Расположено ли ваше сердце к благовестию? Есть ли у вас твердое намерение и решимость искать возможности говорить о Христе неверующим людям?

Если вы не чувствуете в себе готовности к благовестию, подумайте, что этому мешает? Что вы можете сделать, чтобы устранить эти препятствия?

До сих пор мы уже увидели две грани правильного отношения к Евангелию: осознание своего долга и желание благовествовать. Наконец, третья грань правильного отношения к Евангелию такова:

Отвергнуть ложный стыд (1:16)

Ибо я не стыжусь благовествования Христова, потому что оно есть сила Божия ко спасению всякому верующему, во-первых, иудею, потом и эллину (Рим. 1:16).

Павел утверждает, что он не стыдится благовествования. Нужно правильно понимать эти слова. Это не значит, что ему никогда не было по-человечески страшно. К примеру, коринфянам он признавался: «…и был я у вас в немощи и в страхе и в великом трепете» (1 Кор. 2:3). Во время служения в Македонии он тоже упоминает страхи: «…мы были стеснены отовсюду: отвне – нападения, внутри – страхи» (2 Кор. 7:5). Тем не менее, он продолжал благовествовать.

В Дамаске против него был составлен заговор, так что он бежал из города ночью в корзине. Из Антиохии Писидийской его с презрением выгнали начальники города. В Иконии хотели побить камнями, в Листре привели это в исполнение и оставили умирать за городом. В Филиппах его били палками на глазах у толпы и бросили в тюрьму. В Фессалонике с позором выгнали из города. В Верии за его головой охотились, так что он был вынужден тайно покинуть город. В Афинах над ним насмехались философы и представители верховного суда. В Коринфе его выставили невеждой и корыстолюбивым лицемером. В Ефесе против него собрали чуть не весь город – более десяти тысяч человек131, грозя разорвать на куски132. В Иерусалиме объявили преступником и богохульником и требовали смертной казни. Однако он все равно продолжал благовествовать, несмотря на все эти препятствия133.

Так же поступали и многие другие христиане. В 1859 г. Хадсон Тейлор, организатор Внутренней китайской миссии, сообщал: «Из более чем двухсот миссионеров, которые в последние годы прибыли в Китай, умерло более сорока человек, и более пятидесяти миссионеров потеряли своих жен». Вы только представьте себе: уровень смертности среди миссионеров в XIX в. был около 20%, а среди их жен – около 25%. Отправляясь на миссию, погибал каждый пятый. Тейлор продолжает: «Но все были согласны с мнением, высказанным [одним из миссионеров]: “Если бы мы снова стояли перед выбором, мы бы снова выбрали эту работу и это место”»134.

Почему мы можем стыдиться благовествования? Мы стыдимся, что нас посчитают недалекими… неумными… слабыми… сектантами… зацикленными и т.п. То есть мы стыдимся мнения людей. Мы знаем, что неверующие или формально религиозные люди враждебны по отношению к Евангелию. Евангелие изобличает их грех. Оно возвещает неприятную истину о Божьем суде и гневе на грехи человека. Оно забирает у человека всякий повод для гордости и самодовольства. Оно разоблачает самоправедность и фарисейство формалистов. Поэтому неверующие противятся Евангелию, и мы можем бояться этого противления. Однако, если подумать, то это не главная причина. Мы часто сталкиваемся с тем, что кому-то что-то не нравится, но мы все равно продолжаем это делать. Почему же в случае благовестия нам так трудно переступить через себя?