Алексей Поворов – Тринадцатый (СИ) (страница 62)

— Я в твоего малахольного и беспомощного не очень-то и верил! — сплюнув кровью, рявкнул Михаил.

— Не волнуйся! Видимо, он о тебе тоже позабыл! Да и твой повелитель что-то не спешит к тебе на выручку!

— Может, вы все-таки заткнетесь?! — влез в их пререкания Виктор.

— Какого хрена эта тварь здесь делает, и что это за Александр, который его прислал? Кто это, спрашиваю?

— Это длинная история.

— Рассказывай!

— Александр — могущественный чернокнижник, глава секты и перст Сатаны на земле. Я предал его, чтобы заполучить власть и бессмертие, и заключил сделку с самим Злом. Я поклялся, что убью тебя.

— Это с какой же радости ко мне такое внимание?! — недоумевал Зверев.

— Ты слишком много знаешь.

— Прекрасно! А мне-то казалось в последнее время, что я, наоборот, ни хрена не знаю! Так в чем же было дело? Ты мог меня прикончить сто раз, хотя бы в том же самом архиве или кабинете — да где угодно! Чего медлил?

— Вначале я и хотел так сделать. Но потом понял, что ты ищешь то, что нужно Александру и Анатасу.

— Анатас! Точно, Анатас! Вот как звали того, кого мы подвезли. А ты ведь знал все и хотел меня посадить за убийство!

— Конечно, знал. И посадил бы! Просто тебе повезло: у меня была назначена встреча с Александром, и мне было некогда тобой заниматься. А тут под руку подвернулся наш справедливый блюститель порядка. Правда, я думал, что он тебя упечет, и был искренне удивлен услышать, что он тебя отпустил под подписку. А потом все стало нарастать, как снежный ком. Я был правой рукой учителя и должен был устранять все то, что могло бы выдать существование нашей общины. Но, увы — я не справился. Я рискнул, сыграл ва-банк и проиграл. Я предал Александра и не выполнил клятву, данную хозяину. Так что выбор у меня теперь невелик — конец все равно один.

— Так тебе и надо! — по-детски обидчиво пробормотал Четырин.

— Если ваша секта служит самому Сатане, неужели его могущества не хватит, чтобы убить двух ничтожных смертных людишек? Зачем все так усложнять?

— Его власть, действительно, безгранична.

— Так в чем же дело?

— Не знаю.

— А кто знает?

— Александр! Он все знает.

— А как ты узнал, что мы будем проходить через церковь?

— Матвей сказал, — улыбнулся Попов.

— Не может быть, он же нам помогал!

— Он всем помогает. Для него это игра! Старый пес так развлекается и никак не может найти себе место!

— Ладно, нас сейчас волнует другое: можно ли как-то справиться с тем зверем, что на улице?

— Нет, — спокойно ответил Михаил.

— Тогда нам крышка, — вздохнул Четырин.

— Любые ранения на нем затягиваются и регенерируют. Потеряв любую конечность, он исчезает на время, чтобы отрастить новую, а потом снова возвращается. Но это только если нет серебра. В средние века этих тварей развелось столько, что нашей общине пришлось объединиться с папской церковью, чтобы уничтожить их. Но все было тщетно, пока Александр не нашел их вожака. Он заключил с ним сделку. Никто не знает, о чем именно они договорились, но Лекант сам истребил свою стаю.

— И где же нам взять серебряную пулю?

«Скоро вы встретитесь с тем, что будет страшнее любого кошмара, но знай: вера — лучшая защита от всех напастей, даже если она принадлежит кому-то другому», — молнией пронеслось в голове Зверева. В дверь ударили, и через вылетевшую доску просунулась лапа оборотня. Раздался рев.

— Началось, — еле проговорил Попов.

— Снимай свою цепочку!

— Зачем?! — изумленно спросил Четырин, глядя, как Лекант выламывает дверь.

— Снимай, если хочешь жить!

Виктор быстро снял с себя крестик и передал капитану. Дверь разлетелась на куски.

— Давай, тварь, иди ко мне! — заорал Зверев и пошел навстречу оборотню.

Но существо, не обращая никакого внимания на Алексея, кинулось на Виктора, который не успел даже глазом моргнуть. Сбив его с ног, Лекант перевел взгляд на Попова. Но тут капитан выхватил нож, обмотал острие цепочкой и, бросившись на спину зверя, вонзил клинок ему в шею. Лекант взревел так, что его рык огласил все окрестности, и собаки, визжа, попрятались по будкам. Зверев резким движением рванул руку в сторону и рассек зверю шею. Лекант захрипел и рухнул на колени, опершись на передние лапы. Серебро подействовало: могучее существо стояло на четвереньках, истекая кровью. Металл, словно яд, попавший в кровь, отнимал у зверя силы и не давал его крови сворачиваться. Оборотень захрипел, рухнул на пол и обрел вид седовласого.

— Я видел его, — тихо проговорил Виктор, подходя к человеку с торчащим из шеи ножом.

— Не один ты. Он следил за Поповым, а я думал, что он шел за мной.

— Вонзи нож ему в сердце! — внезапно заорал Михаил.

— По-моему, он и так мертв, — присел рядом с телом и пощупал пульс Зверев.

— Добей его!

— Правда, капитан, добей его!

— Хорошо, но сначала покажи то, что дал нам Матвей, — Алексей подошел к Виктору. Тот молча вытащил из кармана гвоздь.

— Откуда вы его взяли? — пристально глядя на артефакт, спросил Попов.

— Сначала скажи мне, что это?

— Это гвоздь. Один из тех, которыми прибили к кресту Иисуса. Этот артефакт — один из немногих оставшихся с тех времен. Каждый из них несет в себе огромную силу: они могут исцелять или уничтожать — в зависимости от того, в чьих руках находятся.

— Для чего он нужен?

— Все зависит от обладателя — чего он захочет.

— Я хочу правды!

— Правды? А что такое правда, Леха?

— Ты сказал про какого-то Александра. Где я могу его найти?

— Ты смеешься? Да ты и шага в его замке не сделаешь. Проще тебе сразу застрелиться.

— По-моему, я не спрашивал у тебя совета.

— Дело твое. Поедешь в Бондари, остановишься на развилке и пойдешь на север. Ровно через тринадцать километров увидишь холм, там тебе и пригодится гвоздь.

— Собирайся, Витек.

— Ты обещал добить зверя.

— Я передумал. Он пришел за тобой, вот и разбирайся с ним сам! Скажи спасибо, что не грохнул тебя. Впрочем, я так полагаю, твой хозяин уже знает обо всем, так что руки о тебя марать не имеет смысла.

— По-моему, это глупо, — убирая артефакт в карман, проговорил Виктор.

— Нет, это благородно! — поднимаясь с пола, ответил Лекант. Он вытащил нож из раны, не спеша снял с него цепочку и крестик. — Вы можете идти, я не причиню вам зла, — глядя на капитана волчьими глазами, сказал седовласый и протянул Виктору его «веру».

Четырин дрожащей рукой взял свое и быстро отступил назад, с опаской глядя на Леканта.

— А как же я? Леха, мы же были друзьями!

— Кажется, у тебя друзей не было и нет, разве не так?

— Не бросай меня, прошу! Он же убьет меня! Леха!

— Уходите. Я дал слово насчет него. Вы мне не нужны, вас я не трону. Но если вы попытаетесь мне помешать, убью. Ступайте, пока я не передумал.