Алексей Поворов – Апокалипсис (страница 78)

— Они убили меня. Убьют и тебя. Пешки пытаются стать королями, — голос вновь врезался в голову. — Мы служили всем. Пришла пора взять судьбу в свои руки. Сейчас мы свободны. Люди нам не союзники, а лишь средство для достижения цели.

— Какой цели?

— Убить всех и стать богом.

— Богом чего? Пустоты?

— Вселенная — это пустота. Вспомни, как тебе было хорошо, когда тебя не было. С рождением появляются проблемы. С первым вздохом человек погружается в грех. Если не будет ничего, не будет и грехов. Не будет страданий, зависти, ненависти. Разве это не рай? Когда ничего нет, а есть только бесконечность времени и пустота, в которой нет ничего лишнего и нет ничего такого, чего нельзя делать. Это идиллия. Это блаженство. И мы сделаем всех идеальными, мы сделаем всех частью небытия.

— А как же быть с теми, кто уже существует?

— Мы позаботимся об этом. Иногда приходится творить зло во благо. Даже врач, спасая человека от гангрены, отрезает ему часть тела. Мы же спасем всех. Что это за мир, который нас сейчас окружает? Разве есть в нем хоть что-то, способное привлекать и радовать? Нет! Только страдание. Люди потеряли свой цветок жизни. Небытие уравняет всех.

— Мне нужно найти друга. Катю. Виктор говорил, что она — цветок жизни.

— Забудь. Забудь о ней и о других. Мир должен вращаться вокруг тебя, а не ты вокруг мира. Будь тем, кем тебя считают. Будь мною.

Что-то шевельнулось рядом с трупом. Черная змея с ярко-красными глазами заползла на грудь генерала и свернулась клубком. Кулончик впервые стал легким, а тело Марса наполнилось необыкновенным спокойствием. Переливающаяся черная чешуя манила. Ему захотелось дотронуться до нее, почувствовать эту неописуемую и влекущую силу. Он протянул руку, и вдруг рептилия укусила его. С пальцев потекла кровь, окропляя торчавшее из-под снега лезвие меча.

Павел и Мертвец вылезли из кабины, встали перед грузовиком.

— Марс, нам пора. Марс! — голос Павла глушил даже завывающий ветер. — Марс, ради всего святого, нам пора ехать.

Марс поднял прекрасной работы клинок с рукоятью в виде змеи. Потрудившись, снял с мертвого тела доспехи и плащ, надел на себя. За всем этим, словно загипнотизированные, наблюдали его попутчики. Когда он застегнул на поясе меч и двинулся в сторону автомобиля, Мертвец машинально перекрестился.

— Господи, Паша, кажется, мы с тобой помогли дьяволу вернуться в наш мир.

— О чем это ты?

— Надо валить.

Но было уже поздно — Марс подошел к ним вплотную. Глаза с черными, как угли, белками оценивающе осмотрели стоявших.

— Помнишь меня? — не своим голосом произнес Марс, обращаясь к Мертвецу. Левая рука прижалась к груди, где в доспехах отчетливо виднелись шесть пулевых отверстий.

— Господи Иисусе, — все, что смог вымолвить Мертвец. Павел не успел произнести и этого.

Уверенной поступью Марс перешагнул через трупы, открыл дверь грузовика и забрался в кабину. Мотор взревел. Машина развернулась и двинулась в обратном направлении.

Глава 49 ЗАЧИСТКА

Шон остановился. Катя застыла позади.

— Что случилось?

— Тише, — он положил руку ей на плечо и надавил, давая понять, чтобы она присела. Сам сделал то же самое.

Теперь уже четко слышалось урчание многочисленных двигателей. Самурай медленно привстал и на полусогнутых вышел к старой трассе, залег в кустах. Сначала показалась голова железной колонны, потом она вся потянулась длинной вереницей. Гвардейцы из Нового Рима двигались к лагерю легиона. Самурай дождался, пока не скроется последняя машина, и вернулся к Кате.

— Что там, Шон?

— Солдаты. Я провожу тебя до места, где стояли каннибалы. Теперь там, скорее всего, люди Князя. Я дальше не пойду, мне нужно в легион. Там остались те, кто мне дорог. Мои друзья там.

— Шон, пойдем со мной! — глаза девочки заблестели.

— Мне нельзя. Или ты забыла, что мы с тобой по разные стороны баррикад? Найдешь своего святого друга — и все будет хорошо. Скажешь ему, чтобы он меня не трогал, — лицо его засияло от улыбки, а больное плечо невольно потянулось вверх.

— А как же ты?

— А что я? Я могу пробраться куда захочу. Тем более я знаю, как расставляют посты и как действует охрана лагеря, так что я подойду к своим незаметно. Мне нечего бояться. Там Влад, Сергей и остальные. А ты, когда найдешь своего Марса, уходи с ним. Уходите далеко, очень далеко. Я не смогу вам помочь, если мы встретимся снова... — Он опустил голову, гоня мысль о том, что может произойти. — Бегите отсюда. Князю не выстоять.

— Я тебя больше не увижу?

— Надеюсь, что нет. Наше знакомство и так затянулось. Ладно, — Шон посмотрел вдаль, — нам пора.

Ярослав сидел за столом, положив голову на руки, сын докладывал ему о том, что каннибалы разбиты, говорил о храброй смерти Демьяна и о том, что Марса нигде нет, как и сотника Павла. Он много о чем говорил, восторгаясь сражением и хваля Марса. И не понимал самой сути. Князь поймал себя на мысли, что сын все же больше похож на мать, чем на него. Эмоции не давали Даниилу взглянуть на происходящее трезво. Маленькая победа — это еще не выигрыш в войне. Даниил напрочь забыл о том, что Марс всего лишь инструмент в великих делах Князя.

Ярослав отодвинул от себя пустой стакан и, прикусив губу, задумался. Что-то идет не так. Что-то он упустил. Но что? Демьян погиб, отдав жизнь за Марса? Он усмехнулся. Демьян — последний человек, который подставился бы за этого мессию. Значит, Марс все же нашел способ разделаться с ним. И скорее всего, ему кто-то в этом помог. А если это так, то парнишка все же решил поиграть в свою игру. Видимо, Ярославу так и не удалось его переломить, убедить. А ведь он давал Марсу право выбора, право быть рядом. И что получил взамен? Дьявол!

Даже его собственный сын восхваляет этого мессию, не видя правды. А единственная правда та, которую говорит он, Князь. И точка! Кулаки невольно сжались.

Люди и впрямь сейчас сражаются лучше. Общины пополнили ряды войска Князя, придя к мессии и встав под его знамена. Но игра затянулась и становится слишком опасной. Князь чересчур много врал, и теперь ложь стала правдой. Что же делать?

А Даниил безостановочно все восторгался и восторгался, сам не замечая, как преувеличивает роль Марса. Ярослав смотрел сквозь сына, погруженный в свои мысли, и только с умным видом кивал головой, делая вид, что внимательно слушает.

После большой лжи любая правда также становится ложью. Князь продолжал рассуждать. Нужно будет сказать, что мессия сделал все так, как приказал он, Князь. Что именно под его чутким руководством разгромили каннибалов. Даже если Марс что-то и планирует, пока не стоит вмешиваться. Пускай Марс думает, что Князь ни о чем не догадывается. А когда придет время, Ярослав выведет мессию из игры тихо и незаметно. Все же мертвому богу поклоняться легче, чем живому. А пока Князь не станет делать резких движений. Животное, загнанное в угол, кинется на тебя, даже если ты в сто раз сильнее.

Демьяна, конечно, жалко, но такой вариант развития событий Ярослав рассматривал. Павел может занять место заместителя, но остается вопрос, где сейчас этот здоровяк. Неужто его тоже убили? А Марс? Куда он делся? Сбежал? Вряд ли. Ему нужна девчонка, а для ее освобождения нужна армия. А что, если Марс задумал прибрать владения Князя к своим рукам? Глаза Ярослава сверкнули.

— Теперь, отец, нужно разбить Законника. Разреши мне повести людей? — закончив восторгаться, выпалил Даниил.

— О Законнике не беспокойся — считай, с ним уже кончено, — спокойно, как об уже решенном вопросе, сказал Князь.

— В каком смысле?

— В прямом. Нужно думать, как теперь сломить легион, в который из Нового Рима прибыли еще и гвардейцы. Они всех собрали в один кулак. Как я и предполагал. Осталось только теперь эту заразу прижечь каленым железом.

— Отец, я чего-то не знаю?

Ярослав молча отвернулся. Беседовать дальше он не видел никакого смысла. Махнул рукой.

— Ступай, я все понял.

Даниил, насупившись, выскочил вон, а Ярослав еще долго смотрел в одну точку, размышляя.

Виталий покинул лагерь со своими людьми в тот же вечер, как из Нового Рима прибыла великая Татьяна с гвардейцами. Пополнение давало возможность перебросить часть людей на фланг, которым командовал Законник, и Виталий незамедлительно поспешил к нему для усиления позиций на случай, если Князь решит их атаковать. Разгром Борова был ощутимой потерей, и потерять еще и этих союзников не то чтобы означало крах, но грозило окружением и ставило легион в очень трудное положение.

По дороге к отряду Виталия присоединилась еще одна группа. И уже к рассвету Виталий подошел к стану Законника.

— Стой! Кто идет? — голос из полумрака огласил пространство.

— Свои! Генерал Сергей прислал нас к вам на подмогу! Меня зовут Виталий!

— Слава Татьяне! — снова прокричал голос.

— Татьяне слава! — выкрикнул в ответ Виталий.

Темный силуэт вразвалочку вышел из темноты. Его руки лежали на оружии, болтающемся на животе. За первым выползли из укрытия еще люди.

— Что-то Законник не предупреждал, что нам ждать подкрепления... — Рука вышедшего дернулась вниз, и все резко подняли оружие, но стоявший в полумраке ухмыльнулся белыми зубами. Нынче такая улыбка была редкостью. — Да вы, парни, нервные, — он залез в карман, достал пачку сигарет и зажигалку, закурил.