Алексей Поляков – Пусть каждый получит своё (страница 2)
– Я бы на твоём месте больше переживал из-за ключа от шкатулки. Тебя разве не беспокоит, что мои вещи конфисковали? Ты что, знаешь, где их искать?
– Представь себе, – ромулинянин злобно попыхтел, после чего присел на несостоявшееся орудие насилия. – Среди патрульных, которые вас задержали, был мой товарищ, Пу́блий Доми́ций Лабео́н. От него я узнал и про тебя, и про то, куда повезли продавать награбл… конфискованное. Туда мы и поедем прямо сейчас.
– Куда? – с подозрением спросил Ланга.
– В коммерческую столицу мира, конечно, – в вольный город Картено́н.
Глава
I
Не успело солнце спрятаться за горизонт, а Баб Дариб и Ланга каХаму уже приближались к месту назначения. Они преодолели непростой для пешеходов путь, в основном, правда, состоявший из плавания на корабле. Ланга немало удивился, когда Баб попросил капитана не заплывать в порт Картенона, а высадить хотя бы их двоих в прибрежной деревне, оснащённой на удивление годной пристанью. Ромулинянин был уверен, что в это время суток в гавани вольного города наверняка будут пробки, и вообще – там всегда негде пришвартоваться. Капитан поначалу отпирался, но пара звонких монет открыла ему новый взгляд на привычные вещи. Хотя это бы вряд ли произошло, знай морской волк картенонские деньги так же хорошо, как воды Великого моря и Вентре́мского пролива.
От деревушки, которая называлась Локра́да, путешественники взяли экипаж до Картенона, после чего расслабились и предались разговорам.
– В этом славном городе, мой дорогой раб, можно найти всё! – хвастался Дариб.
– Прямо-таки всё? – Ланга недоверчиво посмотрел на него.
– Конечно. Это же самый старый людской город. Всю историю мира туда свозились товары, и там же они продавались. Картенон любит каждый. Вот как ты думаешь, почему его до сих пор никто не завоевал?
Ланга пожал плечами. Его тянуло пошутить, что Баб так активно разговаривает с «окороком», что ему следовало бы обратиться к врачу.
– Потому что для любого правителя это врата к успеху. А ключ от них – торговля. На одного жителя Картенона приходится три-четыре шпиона. Практически все они скрываются под личинами купцов, а некоторые, скажу тебе, и есть купцы. Только завербованные.
– Если это такой лакомый кусочек, чего ж его не отобрать? Я бы вот не стал делиться тортом, когда можно съесть его в одну морду.
– Ну ты и жадина, – через паузу ответил Баб. – Объясню на вполне реальном примере: три месяца назад закончилась Южная война, в которой участвовали наши с тобой страны. Кроме того, Кармин до сих пор сражается со своим северным соседом – Скаарвией, хотя на этом фронте сейчас и перемирие. Во время обеих войн твоё родное Царство использовало хорошее железное оружие. Вот скажи, откуда вы его взяли, если во всём Кармине нет ни одного месторождения железа?
– Ну-у… Купили, наверное.
– Очко в твою пользу. Вернее, в мою, я ж твой хозяин. Теперь слушай дальше: Скаарвия и Ромул уже много лет состоят в Златогорском Альянсе. Кто ещё там участвует?
– Валария, – настороженно ответил Ланга.
– А Валария, как известно, является крупнейшим поставщиком железа в мире. На втором месте Ромул, на третьем – Хассия. После смены правителя она тоже не слишком ладит с Кармином. Это я к чему: официальную закупку твоя Родина произвести никак не могла. Смекаешь?
– Смекаю что?
– Ну, давай, пораскинь мозгами: что делать, если тебе самому никто что-нибудь не продаёт?
– Попросить кого-то купить за меня?
– В яблочко! Незадолго до начала войны в Картенон прибыли десятки карминских купцов, и все они поголовно интересовались железом. Платили хорошие деньги, скажу я тебе. Сразу откуда-то появились продавцы: свободные купцы-валаруны, совершенно не связанные тайной службой со своей страной. Ребят надо было кому-то сводить, да так, чтобы всё выглядело как частные коммерческие сделки. Примерно этим и занимались мы с несколькими старшими товарищами.
– Что ж ты теперь-то гоняешься за сапогом пленного карминца?
– Что-что… – Баб выглянул в окно. – Где большие деньги, там большие споры. Переругались мы. Всё, вылезай, приехали.
Едва путешественники покинули карету, как к ним приблизился один из привратников. Несмотря на субботний день, через эти ворота народу в город въезжало немного, поэтому Бабу и Ланге не пришлось вставать в очередь к стражникам.
– Стршсржнт Бьрт, вши дкменты, – с кирпичным лицом пробормотал блюститель закона.
– Берт, прекращай, – ответил Дариб. – Мы с тобой два дня назад виделись.
– Такой порядок, – пожал плечами Берт и принял от ромулинянина какие-то бумаги. – Так, господин Бабье́ Дариб из Пор-де-Нуа́. А кто ваш товарищ?
Не сговариваясь, путешественники ответили одновременно:
– Ланга каХаму.
– Это мой раб.
– Чё? – поморщился старший сержант Берт. – Лангмрхаб? Пусть скажет кто-нибудь один.
– Это мой раб, я купил его в Трелама́ре, – медленно проговорил Баб.
– А имя-то у него есть?
Ромулинянин и карминец снова выбрали один момент для ответа:
– Ланга каХаму.
– Новый раб (1).
Дариб грозно посмотрел на своего спутника, после чего повернулся к стражнику.
– Новый раб (1), я его так назвал.
– Не буду же я это в документах писать! – Берт взглянул на карминца. – Говори, парень, какое имя тебе родители дали.
– Ланга каХаму.
– А? – едва не взвизгнул стражник.
–
Стражник некоторое время подумал, а потом, как ни в чём не бывало, повернулся к Дарибу.
– Так как, говоришь, ты его назвал?
– Новый раб (1), – Баб одарил стражника нервным взглядом, но тот лишь углубился в бумаги.
– А «Новый» это имя или фамилия?
– Ни то, ни другое. Новый раб (1) – это… большое имя.
– Должна быть фамилия, – упёрся Берт. – Документы мне как прикажешь заполнять?
– А как ты их заполняешь для безродных из Хассии или Валарии?
– Город указываю. Вот есть, скажем, какой-нибудь Демьян, который родился в О́вруче. Ну, я и пишу: Демьян Овручский. Или Овручевский. Какое настроение будет. Давай запишем его: Холоп Трелама́рский?
– Я Ланга каХаму, – карминец решил поучаствовать в этом весёлом споре.
– По ромульским законам он вообще вещь, – придумал новый аргумент Дариб.
– Тогда накладная должна быть!
– Давай зайдём с другой стороны: вот если кто-нибудь привёз с собой своего любимого пёсика, ты у кобеля тоже фамилию уточнять будешь?
Старший сержант Берт гордо поднял голову:
– Порядок есть порядок. Я тебе скажу больше: у нас все голуби носят имена и фамилии. А некоторые даже и титулы.
Ланга всхохотнул, представив, как встретит на улице какого-нибудь сэра Курлыка Полбатонного, воркующего около старушки, бросающей этому господину кусочки его фамильных регалий.
В это время Берт и ромулинянин продолжали спорить, причём, как ни странно, победителем в противостоянии выглядел отнюдь не Баб. То ли время стало поджимать, то ли он просто устал, но, в конце концов, уроженец Пор-де-Нуа сдался и с недовольной миной принялся отвечать на вопросы из анкеты.
– Так как мы его запишем-то?
– Фамилию пиши «Новый», а имя «Раб».
– А «(1)»?
Дариб задумался.
– «(1)» вообще не пиши. Это типа прозвище.