Алексей Поганец – Дикий 2 (страница 124)

Держать ноги было неудобно, но что он так медлит? Или просто издевается. Хотя как он так прыгнул, с места на место? Он же только что в другом месте стоял. И как тут Ви оказалась? От осознания того что мы прилетели у меня всё тело распрямилось как пружина, и рюкзак всё-таки упал на пол. Вот реально моргнул. Но сейчас у меня дату и время можно посмотреть, на сколько я моргнул. Не слабо моргнул, полтора месяца.

— Конечная. На выход.

Мне подмигнул сполот.

— Что там за время года?

— Середина мая.

— Май?

Что то у меня в голове математика не сходилась, по моим прикидкам где то осень должна быть. Видно заметив моё недоумение сполот поспешил разъяснить.

— Тебя в содружество немного дольше везли, залетали в кое какие места.

— А…

Я накинул рюкзак и снова встал как вкопанный. Так получается если они дольше везли, так зима должна быть. Или насколько дольше меня везли? Год два? Я посмотрел на сполота.

— Выходим, выходим не задерживаем. Счастливо оставаться, удачи и всего хорошего.

— Спасибо.

Мы уселись в прям тут в где стояли на небольшой диванчик. И и эта часть корабля отделилась. Что происходило вокруг не было видно, стояла туманная стена. Скорее всего точно такая которую используют при переговорах, что бы неслышно было про что говорят внутри сферы. Вот не думал, что это поле изначально придумано от вакуума защищать, а не от прослушки.

Движение прекратилось. Что то мне очень страшно стало, как встретит меня родная Земля?

Я мог комплексовать и дольше. Только вот дела не давали. Сфера пропала. Мы с Ви соскочили с платформы. Она тут же покрылась туманом, и унеслась в высь.

Первое, что ощутили это запах, запах цветущих яблонь, и чистейший воздух. Такой что кружилась голова, хотелось дышать полной грудью. Я осмотрел сад, ничего не изменилось всё также когда и улетал. Ни у соседей не у матери свет не горел, даже собаки молчали. Но они молчали когда я улетал, явно боятся, забились в будки. Местного времени у меня не было. Но так как на востоке небо было тёмное, наверное часа два ночи.

А вот яблоня одна была сломана, и на её месте была молодая поросль дичек. Значит хрустели всё таки тогда ветки.

Тут я понял что совершил ошибку. Нужно было перепеленать малышку заранее, а где сейчас? Ну был тут столик, для пикников, но он был жесткий.

— Какой запах, у вас всегда так пахнет.

— Т-с-с, нет, тут яблони цветут.

Прислонил я палец к губам, до того как нас заметили нужно переодеться. Мы подошли к столику. И я скинул броню, Сразу прохладный воздух приятно начал холодить всё тело. И конечно наступила кромешная тьма.

— Не знаю, как остальное, но воздух мне нравится.

— Стой, одевайся назад.

До меня вдруг дошло, что вещи потом нужно будет тащить до сарая и там их временно прятать. Потому лучше сразу в сарае переодеться.

Вот калитка во двор. На ночь конечно закрыта, на цепочку. Тот кто не знает куда просунуть руку, не откроет. Но я то знаю, движение до того отточено, раз и мы во дворе. А вот сараи не заперты, село всё таки, пришлых мало, свои так явно тащить не будут. Да и в сарае валяется горы ненужного барахла которое сначала валялось дома, выкинуть жалко было. Потом перекочевало в сени там ещё лет десять валялось. А уж потом вынесено сюда в сарай. Вроде и не выкинуто. А вроде и в землю врастает всё. Вот под горы курток, школьных ранцев, и старых телевизоров я припрятал всё снаряжение. На всякий случай, я взял в карман аптечку. Родители всё таки в возрасте, в мою смерть окончательно конечно не верили, и всё таки ждали когда я появлюсь. И очень не хотелось, чтобы эта встреча была последней. Особенно переживал за мать.

Осталось, запеленать малышку. Но весь мой опыт обращения с детьми мне не помог. Ну возможно если бы на столе, я бы и запеленал. Но на весу, у меня получилось только обернуть ребёнка как, как смог. Толи из-за этого. Толи из-за ночной прохлады дочь возвестила всем окрестностям что мы прибыли. Ви выхватила из рук у меня малышку и начала успокаивать. Вот тут все окрестные собаки разом загавкали. Такой гвалт поднялся. У соседей слева загорелся свет. А вот и родители проснулись, тоже свет загорелся.

— Пошли. Пошли.

Я подталкивал Ви к крыльцу. На ночь дверь тоже у нас не закрываются. Так ворота подпёртые с улицы. А в дом дверь не закрывается. Вдруг ночью в туалет приспичит, а дверь захлопнется. Так что мы зашли беспрепятственно. Родители, только оделись и были ещё около кровати.

— Телега ехала колёса тёрлися, а вы не ждали нас, а мы припёрлися.

Пропел я скороговоркой.

Как раз на встречу выскочила испуганная мать. Секунду соображала и кинулась меня целовать. Вроде немного времени прошло, а мать постарела, и стала невесомой. А может у меня силы прибавилось.

— Заходите, заходите.

Очнулась она увидев Ви.

— Мам познакомься Ви… Вика, моя жена, и Настя твоя внучка.

Прошли в комнату, а вот отец сидел белый, на стуле, и трясущейся рукой пытался достать таблетку из оболочки.

— Э, пап подожди.

Я кинулся к нему приклеивая аптечку на шею. Буквально на глазах, естественный цвет лица вернулся. Он встал и обнял меня. Конечно не как гном. Но силы было ещё достаточно.

— Ай. — вскрикнула Остроухая. И по её красивому сарафану расползалось большое тёплое пятно — тепло.

Наверно не раз мне придётся выслушать за то что не дал ей взять подгузник. Встрепенулась мать, отбирая малышку из рук Ви, сразу организовав пелёнки, которые хранились не знаю с каких времён в шкафу, и почему то не выкинутые в сени, а потом в сарай.

— А подгузника нету?

Робко спросила Ви.

— Не, пампасы мы раздали. Нормально фланелевый подгузник пока, завтра купите.

Между тем, отец вытащил на стол из холодильника всё что было, чашка щей, кусок колбасы и сыра. С тумбочки добавил печенье и хлеб.

— Пить не начал?

— Не. Да и щи, пока не будем. Так по бутерброду закинем.

И он достал большой китайский термос. Очень давно, родители стали использовать его, что бы не кипятить постоянно чайник. И в нём горячая вода была в любой момент.

Мы с Ви уселись, я начал ухаживать за Ви, готовя ей бутерброд с сыром и колбасой.

У-у-у забытый вкус.

— Рассказывай.

— Ну в двух словах меня похитили, и сейчас мы прячемся, точнее не расскажу, что бы вас не подставлять. Для соседей ездил на север на заработки. И да, мы сейчас без денег и даже без штанов. Так что поживём у вас.

— Живите сколько угодно.

Дальше пошёл длинный разговор, что тут происходило. Об моей законной жене и детях, соседях, знакомых.

— Главный вопрос сколько меня не было?

— Три года.

— Три?

Вот всего ожидал. Но то что меня везли в содружество почти два года того не ожидал. Кажется опыты на мне ставили весьма основательно, да может и сейчас ставят.

Ну ничего, у меня впереди восемнадцать лет.

Вот и пролетели восемнадцать лет, тоже что называется моргнуть не успел. В солнечную систему зашёл мой дальний рейдер посланный сюда Мозгокрутом и мне пора собираться.

Прошу прощения за скомканный конец моих повествований. Немного поздно я начал их писать, оказалось это немного дольше чем я думал, а сегодня ночью нужно улетать в содружество. А дел ещё много, тем более что лечу туда не один. Как сполоты сесть в жилой зоне мой челнок не может. Потому нанял пазик чтобы отвёз всех в поле, если повёз бы он нас ночью, было бы подозрительно. А так группа туристов с рюкзаками и лыжами высаженная где кончается дорога вопросов не вызовет. Как раз до ночи с пару километров на лыжах пройдём до ночи.

Спасибо всем моим читателям, без вас бы я той книги не написал. Мне было бы лениво. Ладно побегу бункер консервировать, найти его не найдут. Он на стометровой глубине. А вот шахту входа нужно тщательно закопать метров на тридцать, а то народ у нас ушлый, найдёт.

В общем пока, если попаду на Землю расскажу что дальше было.