Алексей Пислегин – Яростные сердца (страница 50)
— Да, капитан! — он подпрыгнул на месте, вытянувшись по стойке смирно. — Разрешите исполнять?
Я с трудом удержался от фэйспалма. Нет, сама судьба Серёге послала шапку шута. И он, мать его так, оправдал её доверие.
До улепётывающих мы добрались за две минуты — благо, бежать было не сильно далеко. Тем более — с Серёгиным бафом и под Ураганом. И это у меня ещё шкала Ярости не полная.
Перехватить, правда, не удалось — мы вышли к диким в тыл. Отстающих одиночек я просто и без затей выносил бросками Чёрта, возвращая его в руку способностью.
Почуяв неладное, лидеры отряда бросили на нас сразу десяток сильфов с уровнями от пятидесятого до шестьдесят девятого — но те нас почти не замедлили, только немного опыта накинули.
Наконец, я сам увидел двух ублюдков, что заинтересовали меня. И Система поступила именно так, как я от неё и ждал:
Да!
Ещё и узнал, что когда Скверной заражён разумный — его называют одержимым. Хотя — какой вообще разумный из дикого?
А это уже даже без капса. Ну ничего, Система, а всё равно внимательно слушаю. Фигли мне ещё делать, раз умудрился в твои любимчики попасть…
Да, конечно. Надо разобраться с уродами. Но — сначала допросить предателя, у него, я уверен, есть, что рассказать.
Ни на миг не удивлён, что и тут торчат уши Орилеба. Он встретил меня и кучу других Героев с Метками убийцы, он явно навёл на меня Зверобога, он через Вестника устроил в Змеиной Утопии жертвоприношения. Сейчас у меня есть серьёзные подозрения, что в заражении роя гигантских шмелей Скверной тоже виноват поехавший король сильфов.
Вот и теперь: нападением на Рощу Лийя командовали двое:
Я даже не знал, что система может наделять диких именами. Стоит уточнить потом у Айки или Старого Тина, если он жив, откуда такая избирательность.
Уровень высокий, да, но одни цифры ничего не решают. С той же Ашии он вряд ли способен сравниться уровнем опасности. Разве что, сюрпризов может подбросить Скверна.
Эльрун толком бы и не отличался от других диких, если бы не броня. А точнее — тонкая на вид воронёная кольчуга, поверх которой он тоже понацепил десятки всяких бус, амулетов и пучков перьев.
Впрочем, одержимость тоже добавила ему индивидуальности: кожа была трупно-серой, даже землистой какой-то. Крылья — чёрными, окружёнными знакомой мне по прошлым встречам со Скверной дымкой.
Этот парень выбрал звучный ник, да, но написал его с одной «н» вместо двух. Ладно, судить его будем не по грамотности, а по тому, что он продал свою жопу Орилебу.
Драпал парень быстро, билд у него явно на Ловкость — вон, от летящих диких не отстаёт. Окружён оранжевой аурой, оружия в руках не видно. Броня в точности такая же, как была у Князя.
— Квест получил? — крикнул я Серёге.
— Да! — рявкнул он мне в ухо. — Валим их⁈
— Однозначно!
— Тогда подбрось меня!
— Так, что? — я чуть не споткнулся от неожиданности.
— Брось! Меня! В них! — с каждым словом в его голосе было всё больше дебильного восторга.
— А ты чего так обрадовался? Серёга, мать твою! Тебе лучше правдиво и очень — сцуко! — осторожно ответить: что за херня упирается мне в спину⁈
Серёга захохотал.
— Господи, прибью, блин…
Я бросил пылающий топорик в очередного сильфа, который отстал от основной группы. Жреца Орилеба и одержимого окружали ещё шестеро диких, и всё. Скоро свита совсем закончится.
Чёрт вернулся мне в руку, и я спрятал его в инвентарь.
Теперь — баф.