Алексей Пинчук – Рожденные ползать. Книга 2. Пираты пустоты (страница 4)

Заполненные топливом контейнеры шахтёры крепили на внешней подвеске корабля, сами же перемещались во время прыжка внутри, в трюме. И всё бы ничего, но в случае проблем с креплениями нашей обязанностью было выйти в открытый космос и вручную устранить неполадки. Что меня совсем не порадовало и намекало на то, куда делись наши предшественники.

Помимо шахтёров в экипаже корабля присутствовала и охрана, состоящая из упырей. Всего шесть особей, из которых у троих имелись свои истребители, а трое несли дежурство на корабле. И с учётом, что экипаж был безоружен, в отличие от инопланетян, этого вполне хватало. А истребители…

Тут тоже всё было немного странно и запутанно. Как оказалось, в галактике существовало строгое правило, касающееся газовых облаков. В таких местах не воевали, соблюдая перемирие. Даже рой. Но при этом корабли киборгов, напротив, очень даже любили поохотиться в таких системах, словно хищники на водопое.

– У них всё не по-людски, – посетовал Борода. – Им в таких местах благодать, добыча найдётся всегда. Хорошо хоть радары в облаке сбоят. И этим уродам приходится искать жертв практически на ощупь.

– Почему? – тут же заинтересовался Ларионов. – Ну, радары сбоят?

– А я знаю? – пожал плечами капитан. – Помехи, наверное. Короче, радиус действия у них значительно уменьшается. Это конкретно тебе нужно знать.

– А почему ему? – тут же подозрительно покосился на друга Сергей.

– Потому что с сегодняшнего дня я второй пилот, – важно заявил Ларионов, что объяснило его прекрасное настроение.

– Стажёр! – поправил Борода. – И если облажаешься, сразу вылетишь в разнорабочие.

– А первый пилот вы? – полюбопытствовала Ника.

– Нет, – мотнул головой Борода. – Ленка.

– Серьёзно? – буркнул я, словив несоответствие образа девушки с такой серьёзной профессией.

– Именно, – кивнул капитан.

– Абсолютно несерьёзная девка и наш Ларионов… – тихо пробормотал за моей спиной Коля, охваченный теми же мыслями, что и я. – И почему мне сразу расхотелось куда-то лететь?

Остаток дня провели, разойдясь по своим рабочим местам, осваивая азы будущей профессии. Слушая стенания техника на тему его сложной судьбы и безрукой молодёжи, с которой ему предстоит возиться. Косясь на занимающихся своими делами инопланетян. И подмечая для себя все тонкости корабельной жизни.

При этом если мы с Сергеем оказались в подчинении техника, пожилого мужика, всю жизнь проработавшего в автомастерской и в космос попавшего добровольно ещё несколько лет назад, то остальных наших распределили по другим специальностям. К примеру, Коля стал кладовщиком и поваром по совместительству, а заодно личным специалистом широкого профиля из серии принеси-подай. А вот Нику сразу же распределили в корабельный медпункт, едва узнав о её гражданской специальности.

– А почему так мало народа? – в какой-то момент, ходя хвостом за механиком и старательно запоминая всё, что теперь под нашей ответственностью, спросил я. – Корабль громадный, а людей крохи!

– А здесь и не нужны люди, – спокойно отмахнулся тот, остановившись. – Это же корыто! Всё, что здесь есть, – это руль и двигатель, ну, если упрощённо. И кусок железа, защищающий нас от космоса. Смонтировано блоками, заменой которых мы и занимаемся. Энерговоды, подача топлива и блоки. Всё, что серьёзнее, чинится не здесь и не нами. Обслуживается, кстати, тоже.

– Почему так?

– А ты бы доверил обезьяне ремонт машины? – ухмыльнувшись, привёл обидный пример техник. – Так вот, мы для них тоже кто-то вроде обезьяны. Вот как хочешь, так и реагируй. Ну, в крайнем случае, дикари.

В таком ключе и закончилось наше знакомство с будущей работой. Не принеся того, что мы ждали, но позволив определиться с ближайшим будущим.

А утром корабль заполнился пилотами и стартовал на добычу топлива.

Глава 3

Как ни странно, если до вылета мы за весь день даже не присели толком, то на следующий день работы у нас практически не было. Разве что разгрузили контейнер с одного из шахтёров и с помощью платформы отбуксировали его в технический трюм, где пересыпали содержимое в топливный бак, заполнив его. А потом просто слонялись без особых дел, поглядывая на экраны.

– У вас всегда так? – наконец высказал я своё удивление, стоило нам завалиться в каптёрку, где среди полок с инструментом затесались верстак и табуретки. Единственная мебель во владениях технического персонала.

– Как? – щёлкнув клавишей футуристического чайника, явно собранного умельцем из подручных материалов, спросил Василий.

– Ну… Бездельничаете, скучаете, – уточнил я. – Нет, ты не подумай, что я против, но как-то странно, согласись. Лишних людей кормить никто бы не стал, а тут…

– Если команда не бегает как наскипидаренная, значит, кто-то хорошо знает свою работу! – веско пояснил техник. – Угадай кто?

– Понятно, – хмыкнул я. – Это как у компьютерщиков. Ну, у сисадминов, или как они там называются… Те тоже говорят, что если бездельничает, значит, хороший специалист. А если бегает весь в мыле, то так себе…

– Я не понял, ты чем-то недоволен? – прищурился Василий. – Тебе работу найти? Так это я мигом!

– Ой, всё! – махнул я рукой, ухмыльнувшись. – Вот не надо этого, ладно? Ты мне лучше скажи, на что рассчитывать. Так и будем «работать», или…

– Скорее «или». Знаешь же, если что-то может пойти не так, то обязательно пойдёт. Успеешь ещё и побегать, и полетать.

– Мне и без полётов хорошо живётся! – буркнул я, наблюдая, как техник выводит на стену голограммы. – А это что?

– Вот это схема корабля, – ткнул он пальцем. – А здесь у нас будут выводиться записи с камер. Как ты понимаешь, нас с тобой больше интересует внешняя подвеска. Поэтому в своё время я позаботился и вывел несколько камер, отдельных от пульта пилота, чтобы самому видеть, что там происходит. Не бегать же каждый раз наружу, чтобы посмотреть.

– Ага… – кивнул я, с любопытством осматривая контуры корабля. До этого и станцию, и грузовик мы видели только изнутри, так что было любопытно. Хотя ничего необычного я так и не увидел. Большая махина, по форме как скошенный спичечный коробок, с несколькими уродливыми надстройками, да отдельные наросты маневровых двигателей, симметрично раскиданных по корпусу, а между ними гигантская решётка внешней подвески, заполненная пока пустыми контейнерами для топлива. – Слушай, а почему мы так далеко от облака?

– А ты как думаешь? – рассеянно покосился на меня Василий, ковыряющийся в настройках камер. – Газ, кислород, огонь двигателей… Ничего не смущает?

– Погоди! – Я резко дёрнулся, пытаясь высмотреть на экране облако, в которое несколько часов назад нырнули шахтёры. – А как же наши? Они же прямо в газ влетели?

– Блин, и чему вас только учат? – поскрёб пальцами лысину техник, отвлекаясь от своего занятия. – Ладно, слушай внимательно, устрою тебе ликбез, заодно чаю попьём…

Лекция, которую с явным удовольствием прочёл мне техник, затянулась на несколько кружек чая, но суть её сводилась к простому правилу. Есть кислород – будет взрыв. Причём ровно в таком объёме, насколько хватит кислорода для окисления. Нет кислорода – взрыва не будет.

– Вот поэтому мы вне облака, а они там, – Василий махнул рукой в сторону экранов. – Летают исключительно в скафандрах, без воздуха в салоне. А то мало ли что… И отдыхают шахтёры только здесь, строго по графику.

– Ага… – кивнул я и тут же дёрнулся, вспомнив, чем мы занимались совсем недавно и с каким скрежетом сгружали топливный контейнер на положенное ему место. О чём немедленно и спросил.

– А, это… – махнул рукой Василий, возвращаясь к прерванному занятию. – Ты чем слушал? Говорил же, кристаллы инертны!

– Понял… – Действительно, техник что-то такое говорил, но так многословно, что половину действительно важного я пропустил. А ведь и вправду, для того газ и переводят в твёрдое состояние, чтобы не утёк и не рванул в случае чего. А потом переводят обратно уже в двигателе, небольшими порциями, но постоянно. – Значит, то, что в контейнерах, уже безопасно?

– Именно.

– Жаль… – отвечая неожиданно возникшим собственным мыслям, пробормотал я.

– Что? – вскинулся техник.

– Что? – картинно округлил глаза я, изображая непонимание. – Жаль, говорю, что обед скоро! Такая интересная беседа была… Но надо идти.

– Ну-ну… – поджал губы Василий. – Вали давай. И не задерживайся, потом меня сменишь.

– Принято! – кивнул я и поспешил уйти, пока ничего не изменилось, не став спрашивать, что я тут один буду делать, чтобы не нарваться на очередную лекцию. Такие вещи лучше слушать на сытый желудок. Хотя имеется риск уснуть…

В качестве столовой на корабле использовалась кают-компания, где мы с ребятами и договорились встретиться, расходясь по рабочим местам. Туда я и направился, благо планировка корабля была простой как три копейки, и заблудиться мне не грозило.

Однако и пройти, весело насвистывая, весь путь тоже не получилось. Просто потому, что на этот раз в ангар за каким-то чёртом занесло упыря, который застыл на входе, осматривая помещение.

Вообще, инопланетяне на корабле жили в отдельном помещении, напрямую выходящем в ту часть ангара, где стояли их истребители. И с людьми чужие практически не контактировали. То ли не считали достойными, то им было просто неинтересно.

И ещё любопытный момент, позволяющий сделать выводы: переводчиков с языка упырей в наших новых браслетах нет, а вот у упырей автоматические переводчики как раз установлены. И получается, что они нас слышат и понимают, а мы…