Алексей Пинчук – Рожденные ползать. Книга 1. Страх пустоты (страница 4)

– Знакомьтесь – ваше будущее табельное оружие, ППТ 55В, он же пистолет-пулемёт Трофимова образца прошлого года. Сейчас вполне успешно проходит испытания во флоте и является основным оружием пилотов. – Новый инструктор, на этот раз из военных, в звании капитана, продемонстрировал нам небольшой, непривычно гладкий автомат с коротким стволом и непонятной штукой вместо приклада, напоминающей кусок костыля, ту часть, что крепится выше запястья. – Прошу, как говорится, любить и жаловать. Оружие новое, имеет свои детские болезни, а потому, если за ним не ухаживать, то и оно вас любить не будет. И подведёт в самый ответственный момент.

– А что, более надёжного ничего не нашлось? – снова не удержал язык за зубами всё тот же курсант. – Бластеры вон у упырей закупить могли…

– Для начала надо бы представиться, да, товарищ курсант? – рыкнул капитан и, выслушав фамилию выскочки, продолжил: – Вот когда встретите упыря, предложите ему продать вам своё оружие, только перед этим советую записаться в очередь к стоматологу на протезирование. Впрочем, конкретно у вас может и не хватить времени на стоматолога. Излишняя болтливость, знаете ли, не способствует наличию свободного времени.

Надо сказать, новинка оружейников не особо впечатлила меня своим видом, но о том, как там всё работает в космосе, я не имел ни малейшего представления, а потому не спешил озвучивать своё особо ценное мнение. Вместо этого внимательно слушал и запоминал, стараясь вникнуть во все тонкости. Просто потому, что на своём опыте помнил: больше знаешь – дольше живёшь.

Опять же капитан явно был фанатом своего дела и рассказывал довольно интересно, приводя примеры из жизни бывалых космонавтов. Например, про то, как впервые были использованы специальные пули с конденсатором внутри против киборгов и насколько эффективными они оказались.

Всего для автомата были разработаны три типа патронов: электрические, обычные и с начинкой из мелкой дроби против летающих существ роя, про которых я тоже почти ничего не слышал. Впрочем, на эту тему нам обещали отдельное занятие, где мы сможем подробно узнать всё про инопланетян.

– У меня сейчас голова взорвётся… – пожаловался Коля, когда после завершения занятий мы вернулись в комнату и, растянувшись на кроватях, отдыхали после насыщенного дня. – Как будто в школу вернулся!

– В школе-то, небось, отличником был? – лениво поинтересовался Сергей, разглядывая потолок.

– Да какое там… – поморщился Коля и, сев на кровати, признался о двух четвёрках в аттестате.

– Ну почти отличник!

– Слушайте, а ни у кого пожрать с собой нет? – перевёл тему Коля и, не дождавшись положительного ответа, вскочил. – Пойду пройдусь, а то до ужина целый час, а есть хочется, сил нет.

– Молодой, растущий организм… – проводив взглядом соседа, хмыкнул я и задал вопрос, который интересовал меня в течение всего дня: – Никто не в курсе, когда и как у нас пилотирование будет?

– Завтра с самого утра и до обеда, – подал голос молчавший до этого Андрей. – В расписании же написано.

– А где взять расписание? – спросил я, заинтересовавшись. Увидев над рукой соседа голограмму, спроецированную браслетом, молча скривился. У меня такого чуда техники не было, поскольку для слепых новомодные средства связи пока не доработали, ну а потом как-то руки не дошли купить. – Так, понятно… А у кого нет браслета?

– Ты из какой глуши выбрался? С гор за солью спустился и в военкомат загребли? – удивился Сергей. – Сейчас молодёжь без браслета даже в сортир не ходит!

– Так то молодёжь… – лениво отмахнулся я. – И вообще, как говорил один мой друг, техника в руках дикаря – кусок железа!

– И как ты собираешься летать, если с техникой не дружишь?

– Да хрен его знает… – вздохнул я и, приглядевшись, прочитал наконец расписание. А потом, посчитав в уме количество часов, отведённых на пилотирование, обречённо вздохнул. – Я вообще высоты боюсь, если что…

Глава 3

– Никифоров, ты долго тупить будешь? – Окрик инструктора заставил меня дёрнуться и поднять глаза на экраны. Но тут же отвёл взгляд, после того как накатила новая волна тошноты.

Да, ко всем моим проблемам у меня добавилась новая – меня страшно мутило от всего этого мелькания на экранах. Если за штурвалом я ещё мог с этим бороться, сосредотачиваясь на управлении кораблём, то в остальное время мне было откровенно паршиво.

Зато первую неделю, пока мы изучали теорию, наслаждался жизнью по полной программе. А что? Организм молодой, ничего не болит, всегда бодр и полон сил. Не жизнь, а сказка!

Вот только всё это получено в долг, который ещё надо возвращать, и с этим уже сейчас начинались проблемы.

– Ларионов, глиста в скафандре, ты что творишь? Ты же сейчас… – Я снова невольно поднял взгляд, но успел увидеть только, как один из экранов перед инструктором потемнел. – Ларионов, твою же за ногу, ты когда поймёшь, что это не игра и сохранений не будет? Аккуратнее, не спеши, думай, что делаешь! Если так и дальше пойдёт, я тебя не допущу до практики! Ты же там сам угробишься и товарищей своих угробишь! Всё, заканчиваем, поменялись…

Вздохнув, я поднялся со стула и направился к одному из тренажёров, словно на казнь. А навстречу мне из люка вывалился мокрый как мышь Андрей, с шальными глазами и довольной улыбкой на лице.

– Круто, ещё хочу! – выдохнул он, поравнявшись со мной, и с сожалением проводил меня взглядом. Фанатик, что с него взять…

Тренажёр, на котором мы осваивали основы пилотирования, представлял собой небольшую капсулу со множеством экранов перед креслом и должен был имитировать кабину внутрисистемного корабля. Игрушка, конечно, без изменения положения в пространстве, но мне и в таком приходилось туго.

– Все заняли свои места? – раздался голос инструктора из динамиков. – Тогда запускаем четвёртое задание и спокойно его отрабатываем. Не торопитесь, сейчас ваша задача выработать моторику, чтобы потом на практике руки сами знали, что им делать.

– Легко сказать… – проворчал я, наблюдая, как меняется картинка на экране.

За следующие полчаса я взмок не хуже Андрея, раз за разом пытаясь сначала вывести корабль через шлюз станции, а потом, дав петлю по заданному маршруту, посадить его обратно. Задача, скажу я вам, не из лёгких, особенно когда картинка на мониторах дёргается и пляшет при любом моём действии.

– Плавнее, Сафронов, чего ты дёргаешь машину, аккуратнее! Ну вот куда ты прёшь, слепой, что ли?

– Не слепой уже… – буркнул я сквозь зубы, наблюдая, как гаснут экраны виртуального корабля. – Нечего было под руку голосить…

К счастью, обратной связи с инструктором не было, а потому ворчать можно было сколько угодно, звук из кабины симулятора наружу не проходил. Не то инструктор бы ошалел, слушая одновременно всех обучаемых. Зато сигналы с передних экранов всех машин дублировались к нему на пульт, из-за чего он прекрасно видел, кто и чем занимается. И не стеснялся это комментировать.

– И чего ты там прижух? Запускай задание, ещё один прогон как раз успеешь сделать!

– Угу…

Из тренажёра я выбрался такой же мокрый, как Андрей, но, в отличие от него, мне было не до улыбок. На последнем прогоне я выложился по полной, аккуратно проведя машину по всему маршруту, но теперь расплачивался за это, борясь с очередной волной тошноты, крепко сжав челюсти.

– Да… Таких не принимают в космонавты… – Инструктор, разумеется, видел моё состояние, но мне, если честно, было плевать. Да и ему, наверное, тоже, по большому счёту. – Где ж вас таких набрали на мою голову…

– И все в одной комнате живут, как специально! – поддакнул выскочка, ехидно ухмыляясь. – И этот, и Никифоров, и Ларионов.

– Ну, подобное к подобному, как говорится, – кивнул инструктор и, щелчком отключив мониторы, поднялся из-за стола. – На сегодня свободны, встретимся завтра. И да, те, кто сегодня не получил замечаний, не расслабляемся! Через неделю задачи усложнятся, и выполнять вы их будете уже в скафандрах, а это намного труднее, уж поверьте!

Группа, «обрадованная» новостями, потянулась к выходу, я же не торопился, чтобы не толпиться в проходе. И как-то незаметно поближе подтянулись соседи по комнате, с которыми я неожиданно нашёл общий язык. Мы стали если не друзьями, то хорошими приятелями точно.

– Сафронов, хочешь совет? – дождавшись, когда основная часть группы покинет тренировочный класс, проговорил инструктор. – Не мучайся, сходи к медикам и возьми себе таблетки от укачивания. Или от тошноты, если те не помогут.

– Блин, точно… – кивнул я. – Спасибо, так и сделаю, мог бы и сам догадаться.

– Да не за что, – отмахнулся тот. – А тебе, Ларионов, могу посоветовать игры. Стоит куда-то выплеснуть свой азарт, иначе он до добра не доведёт.

– Я попробую, – неуверенно пробормотал Андрей, снова превратившись в домашнего застенчивого мальчика.

Такие метаморфозы я наблюдал каждый день и именно в этом кабинете. Вот он стоит, ботаник, комнатный цветок, но стоит ему оказаться за штурвалом, и скромный мальчик превращается в бесшабашного отморозка. Откуда только что берётся?

– Куда ему ещё и играть? – Неунывающий Сергей, единственный из нас, кто не получил сегодня замечаний, в шутку отвесил лёгкий подзатыльник Андрею и легонько подтолкнул всю компанию в сторону выхода. – Он и так маньяк, а тут ещё игрозависимым станет. И всё, жизнь просрана, примите и распишитесь.