Алексей Пинчук – Панацея (страница 41)

— Может, потом, а? — скривился я — Давайте сначала выберемся отсюда, а уже потом будем решать, кто кого будет лечить, а кто присматривать, чтобы этих лекарей не прибили под шумок… По поводу Сноходца возражений, я полагаю, больше нет? Ну и замечательно!

Молча отодвинув замолчавшую целительницу в сторону, я, приготовив пистолет, слегка приоткрыл дверь и выглянул в коридор. Людей в обозримом пространстве не было. Нам везло. Хорошо бы это везение продолжалось как можно дальше!

Открыв дверь до конца, я выпустил сообщников из холодильника и, стараясь ступать как можно тише, зашагал в сторону лестницы на первый этаж.

Удача наша кончилась, когда мы уже дошли до палаты, в которой держали Сноходца, причем сделали это никем не замеченными. Ну как кончилась? Еще, как видно, не совсем, потому что в нас пока никто не стрелял, но зато дверь палаты оказалась заперта, и открыть ее не было никакой возможности.

— Открывается наверняка с пульта охраны, — проворчал Алексей, растерянно почесав затылок. — Важный перец, берегут его, как я погляжу…

— Угу… — буркнул я, прикидывая возможные варианты. По всему выходило, что без боя нам не уйти. — Значит, так! Ждете здесь, как откроется дверь, хватаете его и бежите к выходу. А я постараюсь не дать охране по вам стрелять. Только к КПП не суйтесь, там тоже должна быть охрана. Бегите через лужайку к забору. А там разберетесь. Постарайтесь добыть машину и ждите меня за забором, сколько сможете.

— Ты один пойдешь, что ли? — неохотно возразил Алексей, впрочем, всем видом показывая, что меняться со мной местами явно не желает.

— Нет, блин, с пистолетом! — скривился я. — От вас там все равно толку не будет…

Пока крался к помещению охраны, я успел десять раз проклясть свою дурную голову, что привела меня сюда, но вариантов, как всегда, не было, а значит, придется опять надеяться на удачу. И на то, что меня тут не ждут…

К счастью, дверь оказалась не заперта и от моего пинка распахнулась, гулко ударившись о стену. Впрочем, теперь это уже не имело значения, потому что стрелять я принялся, едва увидев первого охранника, только начавшего поворачиваться в мою сторону. От слитного удара двух пуль охранника отбросило назад, прямо на оператора, который сидел за пультом, напряженно вглядываясь в монитор. Одновременно с этим я шагнул вперед и, заметив краем глаза движение справа, бросился ничком на пол, уходя от автоматной очереди в упор. Выстрелить второй раз охранник уже не успел, получив пулю сначала в живот, а потом и в голову. Ну и завершил разгром выстрел в придавленного телом напарника оператора.

— Три ноль! — весело рявкнул я. Уже не скрываясь и вскочив на ноги, подхватил с пола автомат, лихорадочно сдирая с поясов трупов подсумки с запасными магазинами. Теперь все решали минуты, но я, как ни странно, перестал нервничать. Скорее уж наоборот, меня переполняли азарт и жажда боя. Или мести? Впрочем, это было уже неважно, важно было другое. Наконец-то в моей голове я, тот, что всего пару недель как попал во весь этот дурдом с суперменами и перестрелками, объединился со мной, тем, кто в этом котле варился целых полгода. И этот полноценный я больше не собирался бегать от врагов и ждать, пока кто-то еще начнет на него охоту. Он, то есть я, желал сам стать охотником!

— Ну, суки, я иду! — оскалился я и, вскинув автомат, уже не скрываясь, побежал к лестнице. Требовалось дать время моим сообщникам на отход и при этом как можно сильнее уменьшить количество наших возможных преследователей.

— Дверь не открыл… — попытался остановить меня Алексей, когда я пробегал мимо.

— Сами! — Оотмахнулся я от справедливого замечания и, не останавливаясь, в десяток широких шагов подлетел к повороту на лестницу. Успел вовремя, чтобы одной длинной очередью срезать первого появившегося в пределах видимости охранника. Молодой, крепкий мужчина, получив несколько пуль в живот, сложился пополам и покатился вниз, остановившись только у моих ног, а меня вовсю нес азарт, граничащий с буйным помешательством.

Настолько, что остальных, уже бросивших тушить пожар бойцов охраны я встретил на втором этаже, столкнувшись с ними нос к носу. Выбежал с лестницы в коридор, а тут они, бегут, торопятся! Как успел метнуться к стене, пропуская выстрелы мимо себя, сам не понял и тут же вжал спусковой крючок, выпуская остатки магазина в сторону противника, даже не пытаясь целиться. И кажется, кого-то даже задел, уж больно близко друг к другу они оказались, просто идеальная групповая мишень.

А дальше все завертелось в безумном калейдоскопе, как и всегда в похожих ситуациях. Перезарядить оружие я даже и не пытался, так же как не пытался выдернуть из-за пояса пистолет. Не уверен, но думаю, что в тот момент я про него просто забыл… Более того, в тот момент я едва ли был способен думать, тело работало само, повинуясь старому как мир инстинкту: убей, чтобы не умереть!

Помню только, как оттолкнувшись всем телом от стены, влетел в группу врагов, размахивая автоматом, словно дубиной. В меня стреляли, скорее всего попадая в своих товарищей, я бил, все время передвигаясь и кружа вокруг остающихся на ногах врагов, а потом все кончилось так же внезапно, как и началось.

Вокруг меня в луже крови лежали трупы, а я, сидя в той же луже, пытался заново научиться дышать, держась за разодранный чьей то пулей бок. Чуть в стороне, уткнувшись в стену проломленным черепом, лежал убитый зараженный, и привычное уже свечение вокруг его тела постепенно угасало, в то время как на открытой ране созревал красный кристалл. Наверное, многие ученые немало отдали бы за возможность увидеть этот процесс в зрении сверха, ну а мне было разве что мерзко, и к горлу периодически подкатывала тошнота. А может быть, это потому, что моей многострадальной голове опять досталось? Не знаю. Ладонь, которую я приложил к больному месту на затылке, оказалась в крови. Но здесь все было в крови, может быть, просто испачкался… Ничего, я уже привык, что на мне все заживает как на собаке. Впрочем, о чем это я, ну какая собака сравнится в этом с зараженным?

Дождавшись, пока кристалл на трупе полностью сформируется, я с трудом поднялся на ноги и, подобрав его, не глядя приложил к ране на боку, испытав при этом привычную эйфорию. А после, подняв чей-то автомат, не глядя выщелкнул из него магазин и, вставив полный, поковылял в сторону выхода. Нужно было успеть выбраться из здания до того, как сюда добегут охранники с КПП. Воевать больше не хотелось…

— Ну вот, Серега, почувствуй на себе, как живут простые люди без телепорта, — пробормотал я, когда наконец добрался до высокого, не меньше трех метров в высоту, забора. Судя по тому, что по пути меня никто не пытался подстрелить, свой лимит удачи на сегодня я еще не исчерпал и до свободы оставался последний рывок, который мое избитое тело категорически не хотело делать.

Впрочем, и здесь мне повезло, потому что, быстро оглядевшись по сторонам в поисках возможных врагов, я увидел всего в двух десятках метров от себя прислоненное к стене бревнышко, с помощью которого, видимо, и преодолели стену мои сообщники. Так что на стену я взобрался легче, чем мне это представлялось. А спустился и вовсе мгновенно, навернувшись с высоты и отбив все, что еще не было отбито, об промерзшую землю.

Выругавшись сквозь плотно сжатые зубы, я заставил себя подняться на ноги и, подобрав отлетевший в сторону автомат, потрусил в сторону чернеющей за посадками трассы. Где-то там впереди меня ждали сообщники, и я надеялся, что им уже удалось добыть машину.

Впрочем, когда впереди послышались заполошные выстрелы, мои надежды на то, что все уже закончилось, испарились, как туман под ярким утренним солнцем. Я уже успел расстроиться и, подкрадываясь к дороге по узкой полосе посадок, лихорадочно пытался составить какой-то план, но…

Выстрелы прекратились так же неожиданно, как и начались, и, выглянув на дорогу, я увидел своих товарищей, осматривающих изрешеченный пулями микроавтобус.

— За что вы их так? — подал я голос еще до того, как вышел на дорогу, дабы никто от неожиданности не пальнул в меня. — Я думал, вы кого-нибудь вежливо попросите подвезти, а вы прям как звери какие-то!

— На себя посмотри, чудовище! — не поддержала шутку юмора Вика, неловко держащая в руке автомат и свирепо озирающаяся по сторонам, пока Алексей со Сноходцем вытаскивали из машины трупы в такой же униформе, что и у охранников клиники. — Весь в кровище, ты что, ее пил, что ли?

— Купался! — криво ухмыльнулся я и кивнул на убитых. — Подмога?

— Вряд ли, слишком рано, — ответил вместо Виктории Алексей. — Скорее — смена. Мы как раз на дорогу вышли, а тут они. Хорошо, что оружие в кустах не бросили, как некоторые предлагали…

Виктория, на которую при этих словах выразительно посмотрел Алексей, сделала вид, что не слышит, и продолжила бдительно осматривать пустую трассу, я же, тяжело вздохнув, закинул автомат за плечо и впрягся в грязную работу, помогая освобождать машину.

К счастью, двигатель ребята не прострелили, все пули прилетели в салон машины, который теперь напоминал скорее скотобойню, чем комфортный транспорт, и уже через несколько минут мы сидели в машине и шустро катили по дороге куда глаза глядят, лишь бы подальше от места нашего недавнего заключения.