Алексей Пинчук – Орден неправильных магов. Книга 1. На чужих берегах (страница 2)
Вот только я уперся. Честно говоря, виной тому были две вещи. В первую очередь – мой дурацкий характер. В свое время даже спокойный дед ругался на мое упрямство, мол, лоб разобьет, а все равно будет об стенку биться. Преувеличивал, конечно. Наверное.
Ну а второй причиной был рассказ моего сослуживца о том, что в этих краях есть древнее кладбище мамонтов. Мол, бивни регулярно находят и даже целые скелеты. Понятно, что ему особо никто не верил, но в голове засело. А уж после, закрыв контракт и вернувшись домой, я случайно увидел фильм про местные края, где эту информацию частично подтвердили, рассказав про здешние места в общих чертах.
Не сказать, что я тут же загорелся идеей разбогатеть, хоть и посмотрел, интереса ради, сколько стоит бивень мамонта, врать не буду. Но тут детство в заднице заиграло. Ну кто из нас в детстве не мечтал найти клад? Думаю, все мечтали. А тут такая возможность!
В общем, в конце концов я нашел человека, который согласился меня доставить в это место, хоть и всеми силами показывал, что он не в восторге от такой идеи. Я не вникал, но, похоже, человеку просто очень нужны были деньги.
Пока сидел и размышлял, не заметил, как закипел котелок, и костер обиженно зашипел, когда на него потекли излишки кипящей воды. Непорядок!
Сняв с огня котелок, я, стараясь не ошпариться, заварил себе чай и достал из рюкзака приготовленные утром бутерброды. Так-то первый прием пищи за сегодня, вот и получалось, что это завтрак. Хотя по времени, скорее, поздний обед.
Один из бутербродов тут же полетел в огонь, просто на всякий случай. Про этот местный обычай мне тоже рассказывал сослуживец, мол, выходя в тайгу, нужно непременно покормить костер, прежде чем есть самому, а то удачи не будет. Сам он при любой возможности так делал, хоть мы тогда и не в тайге находились, а скорее наоборот. Я, если честно, поначалу смеялся над его суевериями. Твердил, что быть суеверным – плохая примета. Но после того, как своими глазами видел, что ему везет остаться целым там, где шансов почти не было, начал задумываться. Потом и вовсе перенял этот нехитрый обычай. От меня не убудет.
На свежем воздухе бутерброды исчезали только так, да и ароматный чай, заваренный прямо в котелке, был вкусен как никогда. А подкрепившись, я с удовольствием распаковал удочку и уселся на большой, нагретый солнцем камень, рыбачить.
Потом, правда, вспомнил, что забыл достать прикормку, но вставать и идти к вещам поленился, взялся рыбачить без нее. И не прогадал, клев был изумительный, как никогда… Поплавок нырял под воду почти сразу, стоило мне сделать заброс.
Уже через полчаса я с трудом заставил себя прерваться, поняв, что иначе улов придется выкинуть, я столько не съем, даже если очень постараюсь. А потому отложил удочку и твердо пообещал себе завтра не размениваться на мелочь. Решил вместо этого начать осваивать купленный накануне спиннинг.
После рыбалки вооружился карабином и, подхватив топор, отправился за крупными дровами к скалам. Сухостоя, как и валяющегося под скалой сушняка, было полно, знай себе маши топором да таскай лесины к лагерю, заготавливая топливо для костра на ближайшие дни. Процесс, что называется, пошел, я увлекся и сам не заметил, как гора дров рядом с палаткой выросла сначала мне по пояс, а потом и по грудь.
Наконец, с хрустом распрямив уставшую спину, я отложил в сторону топор и с наслаждением потянулся, любуясь проделанной работой. Быстренько разогрел на углях остывший чай, посидел у костра, отдохнул, а потом отправился к воде чистить рыбу, которую планировал запечь на углях к ужину.
Требуху бросал прямо в воду, на радость речным хищником, на которых решил поохотиться завтра. И с каждой минутой уверенность в том, что это правильное решение, росла как на дрожжах. И вовсе даже не потому, что я заметил, как кто-то крупный плеснуло в воде, нет… Просто я терпеть не могу готовить рыбу именно из-за нудного процесса чистки. Мало того, что занятие рутинное, так еще и все пальцы исколол об острые шипы окуня. На фига я его вообще взял? Надо было отпустить, благо серебристых ельцов в улове было больше чем достаточно. Короче, к концу процесса я твердо знал, что поплавочная удочка уже утром перекочует в дальний конец багажа, и доставать я ее в этой поездке вряд ли буду.
Вернулся к костру, набросал в него веток покрупнее и в ожидании углей продолжил обустройство лагеря. Впрочем, здесь работы было немного, всего-то обтесать крупное бревно, приготавливая седушку, да еще два таких же, для чего-то похожего на стол. Вот и вся работа на сегодня…
Помаявшись от безделья несколько минут, вспомнил, что уже второй день не прикасаюсь к телефону и, вздохнув, полез в сумку за девайсом. В принципе, за время контракта я успел избавиться от вредной привычки пялиться в экран устройства днями напролет. Но это я, а общество в целом эту привычку вредной не считало. Наоборот, холило и лелеяло. Все постепенно переходило в мобильные телефоны, вся жизнь. Нарвался на штраф? Проверь в госуслугах, иначе и не узнаешь, а потом с тебя его взыщут в самый неподходящий момент. За что-то пришли деньги на карту? Лезь в телефон! А то оглянуться не успеешь, как выяснится, что ты с этих денег оплатил кучу подписок на все, начиная с услуг банка и заканчивая какими-то платными кинотеатрами, которые ты один раз обнаружил в телевизоре и больше ими не пользовался. Но почему-то оплачиваешь, даже сам не зная про это. Нет, думаю, что молодежь такими проблемами не заморачивается, но нам, мамонтам, заставшим еще не просто кнопочные, а даже дисковые телефоны, сложнее. Ленимся мы уже вникать. Вроде и не старые еще, но инертность мышления уже присутствует, да.
Старенький смартфон зажужжал, завибрировал, включаясь, но сети не обнаружил, как не раз бывало на фронте. Только здесь-то сигнал никто не глушил, просто его не было. В принципе, логично, кому он тут нужен?
Повертев телефон в руке, я сунул его в карман и огляделся по сторонам, прикидывая, чем бы заняться? И очень быстро такое занятие обнаружилось в непосредственной близости. Дурацкое, конечно, но кто тут меня за это осудит?
В общем, уже через несколько минут я стоял под скалой, прикидывая путь наверх. Опять детство в заднице заиграло, да… Ну и пусть!
Путь наверх оказался сложнее, чем мне виделось снизу, все же отсутствие нужных навыков давало о себе знать, но я не сдавался и знай себе карабкался, цепляясь пальцами за выступы и неровности скалы, благо она не была отвесной. Даже если сорвусь, просто скачусь вниз. Будет больно, но не смертельно.
Настоящие трудности начались уже в самом конце восхождения, буквально в нескольких сантиметрах от вершины, когда я уже сумел забросить руку наверх и вовсю пытался нащупать, за что бы уцепиться, чтобы подтянуть уставшее тело на вершину.
Ноги нет-нет да била дрожь, не от страха, от напряжения, а я все не мог найти подходящую опору. Вот же дернул меня черт, решил сверху закат сфотографировать над рекой!
И все же мне повезло наткнуться на достаточно крепкий корень дерева и втянуть себя наверх. Как буду спускаться, я даже не думал. Поброжу вокруг и найду более удобное место. Второй раз я такой глупости не сделаю, и плевать, что дрова в костре уже прогорят, их у меня много заготовлено, закину новых.
До заката оставалось еще немного времени, и я немного передохнул. А дождавшись, когда руки перестали подрагивать, сделал несколько фотографий реки и, спрятав телефон, решил прогуляться по вершине.
И не прогадал. Вид сверху открывался просто изумительный! Причем именно в этом месте река изгибалась, делая полукруг, и мне сверху это было хорошо видно. Будет чем похвастаться перед друзьями, когда вернусь домой, это вам не однообразные пейзажи морских курортов, это настоящая красота! Суровая правда… Вечерело, и я сам не заметил, как вокруг меня появились полчища комаров, которых было намного меньше днем. Друг говорил про такое, пугал байками, что местный гнус может запросто обескровить коня, запутавшегося уздой в кустах, а я не верил. Может, и зря не верил.
Как бы то ни было, но на то, чтобы полюбоваться закатом, меня хватило, хоть это и происходило практически на бегу. Почему на бегу? Да потому что как раз в это время я изображал из себя бракованную мельницу, отгоняя комаров и одновременно пытаясь найти удобное место для спуска, пока окончательно не стемнело. Вроде бы про эти края говорили, что они славятся белыми ночами, но рисковать не хотелось. Тут и днем шею свернуть легко, а уж ночью…
Остановила мои метания попавшаяся на пути расщелина с отвесными краями. Видимо, я достаточно уже удалился от своего лагеря, потому что снизу ее не заметил, а вот отсюда она была как на ладони, сверху донизу. Вся как есть, вместе с белеющими скелетами каких-то крупных животных на дне…
– Вот это ни хрена себе! – выдохнул я, всматриваясь в огромное кладбище скелетов. – И кажется, это ни разу не мамонты!
Решив для себя, что обязательно вернусь сюда прямо с утра, я достал из кармана телефон и наскоро щелкнул фотоаппаратом, фиксируя находку в памяти устройства. А потом еще раз с более удобного ракурса, подойдя ближе к краю скалы. А потом еще ближе…
А потом я вляпался. Нет, не в том смысле, что сорвался и упал, хотя падение, если честно, тоже было. А вляпался я в прямом смысле, уже при следующем шаге. Зацепился за какую-то невидимую паутину, достаточно прочную, чтобы замереть в ней на несколько мгновений, но недостаточно, чтобы удержаться от падения.