Алексей Петров – Легенда о Плоской Земле (страница 53)

По мере продвижения к центру лагеря становилось всё многолюднее. Костров было так много, что очень скоро Геометр начал потеть под своим стареньким, но тёплым армяком. Впереди оцепленный группой солдат высокий ярко раскрашенный шатёр.

— Подождите, княжна, я позову вашего отца, — сообщил сопровождавший Велемиру с Геометром ратник и подошёл к одному из телохранителей князя, что-то шепнул на ухо. Тот с сомнением посмотрел на Велемиру, глаза его округлились — похоже, он узнал её — после чего он побежал в палатку.

— Велемира, это правда ты! — из шатра выскочил мужчина лет тридцати и бросился к княжне. Геометр не сразу понял, что перед ним сам князь Радигост Пересветович, которому должно было быть уже больше шестидесяти. Опешила, похоже, и сама Велемира, не сразу признав отца.

— Да, — как-то неуверенно ответила она, слегка приобняв своего родителя. — Но что с тобой, батюшка?

— А, это… — князь очертил жестом своё лицо и отмахнулся. — Проделки красных. Расскажу потом. Вскрылся настоящий заговор! Пойдём скорее, я хочу выслушать твою историю.

— Подожди, батюшка. Я пришла не одна. Со мной мой друг Тихон из Мракгорода, благодаря которому я не только добралась сюда без единой царапины, но и была спасена от страшной смерти в лапах заговорщиков!

— Тихон из Мракгорода? Не тот самый Тихон, который победил в математическом состязании самого Добромысла из университета Черноречья? Пойдём скорее, Тихон, тебя мне тоже нужно выслушать.

— Здравствуйте, верховный князь Славославья и подземелий, победитель…

— Давай скорее в шатёр, сейчас не время перечислять мои титулы, — потребовал князь своим мягким приятным баритоном.

Когда они вошли внутрь княжеского шатра, Велемира начала рассказывать первой, а Геометр разглядывал верховного князя, которого видел впервые в жизни, и не мог поверить своим глазам. То был крепкий молодой мужчина. На голове густые светлые волосы — первый признак того, что он не являлся потомственным жителем подземелий — зато глаза карие, зрачок небольшой. Следовательно, кровь коренных аристократов в нём всё ж таки текла. Пересвет наверняка взял себе в жёны знатную особу, чтобы закрепить за собой права на княжеский престол.

Вот рост у Радигоста как нельзя лучше подходил верховному князю: даже высокий Аристократ на его фоне показался бы мальчишкой. Эту черту, похоже, он унаследовал от своего разбойника-папаши.

Но что за колдовство красных? Зачем они сделали Радигоста снова молодым? Ведь Велемира явно его не узнала сразу. Зачем Войтеху делать своего врага снова юным? На этот вопрос ответа у Геометра не было. А обдумать его как следует не оставалось времени. Велемира всё-таки рассказала о том, что Аристократ сын Войтеха, нужно было срочно вмешаться.

— Верховный князь, Радигост Пересветович, разрешите мне походатайствовать за моего друга Храбра из Кривени.

— Из Кривени? А я думал он признал себя сыном Истислава из Белопещерья без права наследования титула. Или я что-то путаю, Тихон из Мракгорода? — радушие Радигоста в миг растворилось, он зло посмотрел на Геометра.

— Батюшка, ты не обижайся на Тихона, он просто не знает тебя так, как знаю я, — сказала Велемира.

— Я не обижаюсь, я знаю, чего твой друг добивается. Он хочет спасти изменника Храбра. Знаешь ли ты, Тихон, как себя нынче называет Храбр Истиславович? Храбром Драгомировичем, князем Кривени. А знаешь ли ты, к чему я приговорил семью Драгомира, князя Кривени? Как думаешь, мог бы жить Храбр Драгомирович в нарушение приговора верховного князя? Не мятеж ли это, Тихон из Мракгорода?

— Послушайте, Радигост Пересветович, я вас уверяю, что дело это легко объяснить, потому что мой друг был околдован Войтехом.

— Своим родным дядей, как утверждает моя дочь. Точнее, двоюродным дедушкой. Ведь Войтех сказал, что мой отец — кровожадный убийца, который раздавал жриц из его ордена на потеху остальным князьям. А соврать Войтех ну никак не мог.

— Этого я не знаю, — уклонился от ответа Геометр, уверенный в том, что Войтех рассказывал правду. — Но я знаю, что сейчас Войтех использовал против моего друга страшные чары, жертвой которых пал и я сам. Ваша дочь тому свидетельница. Поэтому я прошу помиловать моего друга. Под мою ответственность и моё честное слово, за нарушение которого я готов отвечать головой.

Повисла пауза. Велемира попыталась вставить слово, но Радигост остановил её жестом, внимательно разглядывая Геометра.

— Слушай сюда, Тихон из Мракгорода. Я знаю, что твой друг действует по собственной воле. Но ты придумал ловко, за это можно зацепиться, если вдруг я всё-таки решу его помиловать и не потерять своего лица. Ты ведь понимаешь, что у Войтеха нет ни шанса, да? Сейчас сюда из тоннелей мертвецов поднялось уже пять тысяч копей, всего же у меня в распоряжении будет больше пятнадцати тысяч ратников. Но я хочу избежать ненужного кровопролития. Поэтому если ты хочешь спасти друга, тебе придётся сделать то, что я от тебя потребую.

— Я согласен! — поникший было Геометр воспрянул духом. Радигост умный и хитрый, совсем не такой, как про него рассказывали. Но, похоже, он и благоразумный, а значит оставалась надежда на то, что Храбра удастся спасти от верной смерти.

— Тогда слушай внимательно и запоминай… — Радигост изложил свой план.

…

Аристократ с отрядом из полусотни копьеносцев скрытно пробирался вблизи Вселенского Пика. Дружина Радигоста разбила лагерь недалеко от выхода из тоннелей мертвецов, задачей Аристократа была обойти все препятствия и отыскать самого верховного князя. Новость о его прибытии на поверхность стала неожиданностью для Войтеха. Разговор жреца с Аристократом состоялся два дня назад.

— Храбр, у меня есть для тебя важное поручение. Стало известно, что Радигост вышел на поверхность вместе с передовыми отрядами. Ты должен попытаться прокрасться к ним в лагерь и убить князя. Его смерть расколет дружины, и мы с легкостью сокрушим их.

Аристократ посмотрел тогда на Войтеха с глубоким сомнением.

— Дядя, вы ведь понимаете, что единственные наши шансы — это оборона? Чем дольше они будут разворачивать силы и чем больше приведут сюда дружин, тем сложнее будет обеспечить такую прорву народу провизией. Уже сейчас у Радигоста около пяти тысяч человек. Это половина от населения всего Мракгорода!

— Уверен, он знает, как решить эту проблему, — Войтех помрачнел. — Признаюсь тебе, Храбр, я недооценил его.

— Тогда почему вы не можете применить свои чары? Его ведь можно убить или хотя бы покалечить!

Войтех покачал головой в знак отрицания.

— Нет. Боюсь, что нет. Он… впрочем, это неважно. Если ты не согласен, то не стану тебя неволить.

Аристократ тогда всё-таки согласился, хоть и не верил в успех его вылазки. Ну а какие шансы на успех у него были, когда он строил планы мести, будучи студентов Высшей Школы Мракгорода? Никаких. А теперь с ним пятьдесят отборных бойцов Мракгорода и какой-никакой план.

Диверсанты пробирались по замерзшей грязи к лагерю Радигоста и готовились убить его или умереть. Разве не этого хотел Аристократ? Или дядя всё-таки соврал ему и стал использовать своё колдовство, чтобы затуманить рассудок?

«Нет, — возражал сам себе Аристократ. — Я поступаю по совести».

Ну а теперь, когда он шёл впереди, когда до расположения войск Радигоста оставалось рукой подать, нужно было отбросить все сомнения и сделать то, что должно. В кромешной тьме поверхности подобраться незамеченным было несложно. Сложнее было отыскать самого князя. И для этого нужен был язык.

Аристократ направил трёх человек на разведку, сам затаился с остальными бойцами в одной из неглубоких пещер, которыми было усеяно подножье Вселенского Пика.

Сидя на полу рядом с бойцами своего отряда, Аристократ не мог не думать о том, что будет, если он действительно столкнётся с Геометром в лагере Радигоста. Если друг станет у него на пути, убьёт ли он его ради мести? У будет ли это предательством?

Несмотря на их не самое лучшее расставание, Аристократ никогда не забудет о той дружбе, которая связала его с Мечтателем и Геометром. Первый научил его видеть в мире не только ненависть, злобу и расчёт, но и нечто волшебное, неподвластное времени и обстоятельствам, сокрытое внутри каждого человека. А второй помимо того, что регулярно выручал в университете с заданиями, рассказывал подноготную историю о каждом княжеском роде, заполняя пробелы в домашнем образовании Аристократа, ещё и привил любовь к точным наукам, размышлениям, тягу к справедливости. Геометр позволил Аристократу взглянуть на жизнь простолюдинов под совсем другим углом, что произвело в душе бывшего княжича Кривени своего рода переворот. Да и не касаясь всего этого те несколько лет, что они были знакомы, Аристократ запомнил, как лучшее время в своей жизни, которое не променял бы ни на какие деньги. Но, похоже, был готов променять на месть верховному князю…

Последняя мысль больно резанула Аристократа, он постарался отбросить её, благо что разведчики вернулись, да ни одни, а с языком. Они шли по направлению к пещере и вели под руки тепло одетого мужчину с мешком на голове.

— Откуда вы его взяли? — спросил изумлённый Аристократ.

— Его вели как важного пленника, собирались казнить, но потом мы его узнали, — рассказал один из разведчиков. — Это твой друг — Тихон из Мракгорода.