Алексей Петров – Легенда о Плоской Земле (страница 18)

Оглянувшись, Аристократ бросил свой кушак прямо в лицо нападавшему, проскочил мимо него, параллельно сумев стянуть шубу и бросить её навстречу преследовавшему его по пятам второму телохранителю, выхватил свой нож из влагалища и тут же проатаковал, в надежде нанести смертельное ранение одному из убийц. Но Аристократу достались опытные противники: запутавшийся в шубе сделал несколько шагов назад, в то время как второй, получивший кушаком в лицо, выдвинулся вперёд и вынудил Аристократа отказаться от своей затеи, грозя в любой момент, посмей оппонент совершить выпад, ударить его в образовавшуюся в защите брешь. Изучая друг друга, противники медленно двигались, изредка совершая ложные движения. Этого времени хватило, чтобы в бой вступил второй телохранитель. Вместо того, чтобы атаковать Аристократа с одного направления, он начал неторопливо огибать его, в то время как второй постоянно держал в напряжении, не позволяя отступить или броситься бежать.

Осознавая, что если они его окружат, то он будет убит в считанные секунды, Аристократ решился на отчаянную атаку обходившего его убийцы. Фехтовавший с ним противник сразу же воспользовался возникшей возможностью и совершил точный и смертоносный выпад, единственной возможностью спастись от которого было отступление назад. Обходивший же Аристократа убийца даже не замедлил свой шаг. Тогда отчаявшийся Аристократ пошёл в слепую и яростную атаку на первого. Клинки соприкоснулись, громко звякнув, убийца попятился, но не растерялся, сумел парировать и второй выпад, но не сумел спастись от удара плечом, который нанёс Аристократ, пойдя на таран и просто повалив на землю уступавшего ему в росте и массе противника. Успевший зайти сзади убийца уже перешёл в атаку и, понимая, что ему вот-вот вонзят нож в спину, Аристократ отказался от идеи спасаться бегством и, неуклюже развернувшись, кое-как отмахнулся от выпада нападавшего. Снова один на один, но другой уже поднимался на ноги и вскоре вступит бой. Аристократ сделал ещё пару шагов назад, ощутил жжение в ноге, бросил короткий взгляд вниз, увидел, что упавший убийца успел глубоко порезать ему голень и теперь кровь растекалась по ноге и окрашивала штанину в темно-красный цвет. Впрочем, оценить последствия полученного ранения он не успел: противнику хватило даже небольшой паузы, чтобы воспользоваться ею и попытаться зарезать раненого. Аристократ уже даже не пытался парировать, а просто отступал.

Первый подключился к бою, но, как и ранее нынешний противник Аристократа, не стал атаковать его в лоб, а начал обходить, стремясь зайти к нему за спину. Убийцы были очень хорошими фехтовальщиками на ножах. Они ничем не уступали Аристократу и, похоже, скоро одержат победу. Дабы не позволить снова себя обойти, он стал быстрее пятиться назад, забывая о защите и всё чаще пропуская выпады противника, который двигался за ним по пятам. К счастью, ни один не достиг цели, но рано или поздно это произойдёт. Аристократ начал прихрамывать, боль в порезанной ноге усилилась, из-за новой яростной атаки он оступился и чуть не упал, а убийца, пытавшийся его обойти, уже побежал вперёд, видя, что Аристократ выбивается из сил и вскоре станет лёгкой мишенью для удара со спины. В этот самый момент, когда фехтовавший с Аристократом убийца собирался совершить ещё одну атаку, грозившую стать последней, а первый надвигался сбоку, вынуждая прижиматься к ограде, из-за спины второго прилетел камень прямо ему в голову. Для убийцы это оказалось абсолютной неожиданностью (удар был сильным), нападавший потерял концентрацию, а Аристократ воспользовался моментом и нанёс выверенный и смертоносный удар в грудь, пронзив соперника. Осознавая так же опасность атаки первого, параллельно с ударом Аристократ двинулся вперёд и чуть в сторону, закружив пронзенного ножом убийцу в подобии смертоносного вальса и снова отступив на шаг назад, когда оказался лицом к лицу с обошедшим его противником.

На лице пронзенного телохранителя застыло выражение какого-то недоумения, он попытался сделать шаг по направлению к Аристократу, но буквально через секунду рухнул на землю и застыл. Похоже, Аристократу удалось попасть в сердце или артерию. Оставшийся в живых убийца не оробел — всё-таки Аристократ был ранен и ощутимо прихрамывал — начал атаку, но тут из-за ограды прилетел ещё один камень, от которого тот с трудом увернулся. Княжна с синяком на щеке метала в своего теперь уже бывшего телохранителя собранные под ограждением снаряды с завидной меткостью и силой.

Аристократ, в свою очередь, понял, что ситуация диаметральным образом изменилась: теперь уже в безнадежном положении был телохранитель. Главное не позволить ему убежать! Зарычав и скривив лицо от ярости, Аристократ начал безжалостную атаку. Выпад, удар наотмашь, ещё один, снова выпад, удар локтем, ответная атака, ещё одна рана, но снова атака, княжна метнула снаряд, больно попав в плечо убийцы. Тот имел все шансы справиться с раненым Аристократом один на один, но когда он попеременно вынужден был парировать удары и уворачиваться от камней, разумнее было отступить. Вот только Аристократ не предоставлял ему такой возможности. Убийце приходилось постоянно пятиться и стремиться развернуться так, чтобы Аристократ загораживал княжне обзор, при этом необходимо было держать достаточно большую дистанцию, иначе очередной выпад Аристократа мог стать для убийцы последним.

Сконцентрировавшись на обороне, он совсем забыл о том, как Аристократу однажды уже удалось повалить его на землю, поэтому, когда тот снова пошёл на таран, своевременно заблокировав неподготовленный встречный удар ножом, убийца растерялся, не сумел развернуться, оказался прижат к ограде. Навязав ему ближний бой, Аристократ ухватил противника за запястье, а своим ножом нанёс удар в область левого бока чуть ниже ребер. Несколько безжалостных ударов не стали смертельными, убийца кое-как вывернулся, упав и потеряв нож, даже сумел подняться и побежать. Аристократ хотел его преследовать, но не смог: боль в ноге стала невыносимой, а кровотечение усилилось. Княжна перелезла через ограду и подошла к своему невольному союзнику.

— Давайте я вам помогу, — с печатью искреннего сострадания на лице девушка наклонилась и зажала рану на ноге Аристократа.

— Возьмите мои кушак и шубу, — попросил Аристократ. — Нам нужно уходить.

Он точно знал, где они спрячутся. Ещё раз глянул вслед убегавшему: тот уже упал, но продолжал шевелиться, пытался ползти. Что же, Геометр был прав: трое друзей оказались в центре какого-то грандиозного заговора.

8

— Где же ты был, Тихон? Мне срочно нужна твоя помощь в лазарете, очень тяжёлый случай! — отец Градимир схватил ещё не успевшего полностью протрезветь Геометра под руку и увлёк за собой в палаты с больными.

Просторное помещение прямо под алтарём Первопламени содержалось в чистоте, было разделено тряпичными перегородками, за которыми устанавливались скамьи. В период эпидемий, когда мест не хватало, больных клали прямо на землю, благо здесь было очень тепло, даже жарко, поэтому им ничего не грозило. В остальном же палаты ничем не выделялись среди остальных помещений храма: такие же прямоугольные серые помещения, которые занимали большую часть подвальных площадей строения.

Когда Геометр с Градимиром спустились туда, вокруг царила суета, хотя ещё вчера тут было всего трое престарелых горожан с высокой температурой и шесть рожениц. С трудом боровшийся с дремотой и усталостью Геометр непонимающе смотрел на суетящихся служек, священников. Что произошло?

— Отец Градимир, подождите, — Геометр начал упираться и тут мимо него на носилках пронесли изуродованное тело человека. Он был жив, но, похоже, ненадолго. С ужасом проводив раненого взглядом, Геометр услышал слова отца Градимира.

— Алые. Этот восемнадцатый. Трое уже умерли, не знаю, сможем ли спасти хоть кого-то.

— А что случилось?

— Они называют это лечением, — отец Градимир скривился, осмотрелся по сторонам, снова взял Геометра под руку и отвёл его в угол лазарета, где их никто не подслушал бы. — Я ходил к мальчишке градоначальника. Он был смертельно болен, Тихон. Отец должен был смириться. Но вместо этого он пригласил алых. Похоже, что за жизнь ребёнка придётся заплатить двумя, а может и тремя десятками жизней еретиков. Они нам ничего не говорят, просто молча несут тела своих и бросают у входа в храм, как отработанный материал. Насколько же это отвратительно!

— Я не видел никого у входа в храм, — пробормотал Геометр, наблюдая за тем, как оказывают помощь умирающим.

— Естественно, мы их сразу несём сюда.

— Конечно, — кивнул Геометр. — И вам не хватает рук, чтобы ухаживать за ними. Я помогу, но только мне нужно к себе в келью.

Градимир опять недовольно скривился.

— Что же, иди, — холодно сказал он. — Но возвращайся поскорее, я всё же надеюсь, что мы сможем спасти хоть кого-то.

Геометр миновал несколько коридоров, вошёл в свою келью и, с трудом борясь со сном, приготовил тонизирующий отвар на кореньях, после отыскал в сложенных столбиком в углу помещения книгах медицинские сочинения и быстро отыскал рецепты кровеостанавливающих средств. Освежив память, он нашёл в своей коллекции трав необходимое и выпил свой отвар, после чего у него началось лёгкое головокружение, а уже через пару минут последовал прилив сил. Геометр знал, что расплатой за этот эффект станет ужасная головная боль через несколько часов, но сейчас было некогда жалеть себя — люди нуждались в помощи.