Алексей Пехов – Ветер и искры (сборник) (страница 60)

– Она, конечно, своего не упустит, но в этом вопросе я ей доверяю.

– Как и в гадании, – еще мрачнее сказал я.

– Как и в гадании, – подхватила Лаэн. – Кстати, что сказали тебе карты?

– Ничего. Наша прорицательница осталась в недоумении. Сказала, что ошиблась. Расклад неправильный.

«Ошиблась»? «Неправильный расклад»? – эхом повторила мое солнце. – Мы говорим об одной и той же Йуоле?

– А теперь представь, как удивился Ктатак. Я думал, он заквакает от счастья.

Она звонко рассмеялась:

– Было бы интересно глянуть.

– Я бы тоже не упустил возможности увидеть это повторно. Крылатая с досады чуть себе все перья из крыльев не выщипала. Пойдем. Надо с ними попрощаться. Надеюсь, в городе еще не запретили ходить с оружием?

– Нет. С этим, слава Мелоту, пока все в порядке.

Мы спустились вниз. В зале лавки все так же горели два фонаря. Йуола, не обращая на нас внимания и бормоча под нос ругательства, в сотый раз за день раскладывала на столе гадальные карты. А вот блазг был занят делом – вытаскивал здоровеннейший тесак из спины какого-то покойника. Еще один мертвец лежал под столом йе-арре. Насколько я мог разглядеть в полумраке – он был разрублен одним мощным ударом от ключицы до середины грудной клетки. Крови натекло целое озеро.

– Гости? – вежливо поинтересовался я.

Йуола разразилась визгливыми воплями, делая основной упор на матерей, родивших ублюдков, посмевших напасть на ее лавку.

– Эти были по ваши души или по наши? – Лаэн посмотрела, как блазг вытирает тесак об одежду лежащего у двери покойника.

– Не волнуйся, Ласква. Вы здесь совершенно ни при чем, – рассмеялся Ктатак. – Пара детей рыб решила пощеквакотать перышкваки моего партнера. Ну, заодно и барахлишкваком поживиться.

– Проклятые сволочи! – подтвердила йе-арре, не отрывая взгляда от карт. – Чтобы небеса обрушились на их тухлые семьи! Чтобы глаза высохли у их детей! Чтобы черви живьем ели их презренные потроха!

– Очень правильный подход, – не скрывая иронии, поддакнул житель болот. – Квак ты не догадалась высквазать это им в лицо, поква они были живы?

– За тобой угонишься, пиявка! – раздраженно фыркнула Йуола и, наконец, отложила карты в сторону. – Я и рта раскрыть не успела, как ты прихлопнул их, точно комаров с болота!

Ктатак утробно захохотал.

– Тихо сработал, – негромко произнес я. – Хватка, как я погляжу, у тебя все та же, старый пень.

– Горжусь похвалой мастера. – Он растянул губы в улыбке.

Я в принципе представлял, что здесь произошло. Двое субчиков были явно не из ближайших районов и точно не принадлежали к людям преследуемых законом ремесел, иначе бы нашли себе другие, более дружелюбные жертвы. Парни жаждали поквитаться с кем-нибудь из народа йе-арре. Если они не ослепли от висящего у лестницы фонаря и увидели крылатую, то прятавшегося в полумраке Ктатака заметить вряд ли успели. Вот и нарвались. Интересно, они хотя бы поняли, что на них выпрыгнуло?

Лаэн, стараясь не наступать на растекшуюся по полу кровь, прошла к двери и опустила засов.

– Правильно, девочка, – одобрила Йуола. – А то припрется еще с десяток, и я пол в жизни не отмою.

– Квагда это ты мыла полы, птаха?! Это всегда делаю я, – возмутился Ктатак.

– Отстань, пиявка, – поморщилась та.

– Что будете делать с телами? – поинтересовалась Лаэн.

– Наша забота. Не забивай себе голову. Вы уходите?

– Хотелось бы.

– Тогда проваливайте через черный ход. – Летунья вновь уткнулась носом в карты. – Ктатак, проводи их. Потом покойниками займешься. Никуда не денутся.

Лаэн чмокнула йе-арре в щеку:

– Спасибо тебе за все.

– Не за что, Ласка. Не за что. Была рада помочь. – С начала нашего разговора Йуола впервые улыбнулась. – Берегите себя. И удачи.

Блазг вынес из темноты колчан, полный стрел, и лук – точную копию того, что был у меня прежде. Четыре изгиба, композитный, черный. Хорошее оружие.

– Как раз по руке. То, что надо, – одобрил я его выбор, внимательно изучив покупку.

Ктатак довольно крякнул, затем поспешно произнес:

– Тольква со стрелами извиняй. Не умею выбирать правильные.

– Ничего, – утешил я его. – Справлюсь.

– Забирайте ваши сорены. – Он протянул мешок Лаэн. – Мы не можем отвечать за их сохранность. Свалим в любую минку.

– Прощай, Йуола.

– До встречи, Серый, до встречи. – Она даже не подняла головы от карт.

Мы пошли за блазгом. Череда полутемных комнат, заваленных какими-то тюками и ящиками. Сложно поверить, что ребята вывезли весь товар. По мне, так здесь еще есть чем поживиться. Кругом царил беспорядок, и никто не спешил с ним бороться. В одном месте на полу были разбросаны катушки с дорогими сдисскими разноцветными нитями. Пыль в комнате сияла в лучах вечернего солнца, заглядывающего в одно из окон.

Наконец Ктатак остановился у двери, снял засов, вставил в замочную скважину красивый ключ, отпер замок и выглянул наружу.

– Чисто. Пойдете через задний двор, направо от свинарниква. Там квалитквак. Квалюч под плитквакой, на кваторой лягух нарисован. Не забудьте положить на место. Потом по переулкваку попадете прямо в Гавань. Надеюсь, судьба еще сведет нас вместе. Да поможет вам Квагун.

– Бог блазгов вряд ли обратит внимание на людей.

Житель болот улыбнулся:

– Если бог йе-арре выпадает тебе в гадальных квартах, то отчего бог блазгов не может присмотреть за моим другом?

– Кстати! Окажи услугу!

Я рассказал ему о Жеребце. Мне конь сейчас был без надобности, а оставлять его трактирщику не хотелось.

– Хорошо. Пристрою твою кванягу в хорошие рукваки. Прощайте.

Мы вышли на улицу, и дверь за нами захлопнулась.

– Тебе выпал «Вор»? – с интересом спросила Лаэн.

– Да, – ответил я, изучая задний двор. – Это важно?

– Нет. Просто любопытно. Насколько я помню рассказы Йуолы, эта карта очень редка, и даже если попадается, то не действует в раскладе.

– В том, что сегодня разложила йе-арре – она действовала.

– Вот потому и любопытно. Жаль, что я не поговорила с ней на этот счет.

– Смысл? – пожал я плечами. – Летунья сказала, что расклад неправильный. Ты же знаешь. Она ошиблась.

На самом деле я так не думал. Меня очень настораживал «Безумец» и пять «Смертей», сложившихся в круг. Не надо быть большим умником, чтобы увидеть шестерку Проклятых, одна из которых каким-то чудом выжила и захватила тело деревенского дурака.

Западный район города, расположившийся сразу за поселениями йе-арре и примыкающий к морю, назывался Гаванью. Он растянулся вдоль берега огромной бухты, разросся в ширину и подмял под себя более мелкие кварталы Белоручек и город Скопцов. Сейчас своими размерами Гавань могла поспорить с другим самым большим районом города – Средним. Мы находились севернее порта, в кварталах вполне зажиточных ремесленников. Улицы здесь были достаточно широки и чисты, чтобы не морщиться каждую минку и не ждать, что сверху окатят помоями. Опрятные невысокие домики с белеными стенами навевали тоску. Они были столь однообразны, что в самую пору вешаться. Ни за что бы не захотел жить в подобном месте. Мне куда больше по душе разудалые переулки города Скопцов, веселый кавардак Портовой сторонки или тихое спокойствие Садов.

По сравнению с Птичьим городом, в Гавани бурлила жизнь. Ни один из служителей закона не обратил внимания на мой новый лук. В вольной Альсгаре в отличие от столицы Империи – Корунна – не существовало запрета на оружие. Во всяком случае, в Гавани. Так что у многих мужчин на поясах были кинжалы.

– Надо бы в порт заглянуть, – протянул я, бросив взгляд в сторону ведущей к Портовой сторонке улицы.

– Не успеем, – покачала головой Лаэн. – Скоро стемнеет.

– Твоя правда. Тогда на сегодня у нас Молс. Всем остальным займемся завтра.

Мое солнце улыбнулась и взяла меня под руку:

– Как насчет сдобной булки?