Алексей Пехов – Кровные братья (страница 11)

– Вот вам и доказательства, – произнес Вьесчи.

– Бред сканэра – это не доказательства. – Амир едва сдерживал ярость.

– Вы же знаете, что он не лжет! – воскликнула Констанс, перебивая. – Когда он работает, не может лгать.

Он говорит только то, что слышит и чувствует. Отключается от своих эмоций и желаний!

Движением руки Фелиция заставила ее замолчать:

– С согласия всех присутствующих я требую прекращения террористической деятельности клана Асиман по отношению к человеческому населению.

– Полностью поддерживаю, – заявил Рамон.

– Присоединяюсь, – тут же сказал Александр.

– Решение уважаемого тхорнисха? – спросил Ревенант.

– Вам известно мнение по этому поводу нахттотера Миклоша, – ответил тот, рассматривая свои ногти. – Люди нужны нам для еды. И мы обращаемся с ними как с едой. Свежее употребляем в пищу, протухшее выбрасываем. Нас не волнуют проблемы помоев. И мы не договариваемся с кормом.

– Вриколакос Иован, ваше мнение?

Грейганн сверкнул желтыми огнями в глазах и усмешкой:

– Я не согласен.

– С кем? – терпеливо поинтересовался Ревенант.

– С позицией клана Даханавар.

– Но в прошлый раз вы одобрили… – начала Фелиция, не сумев сдержать удивление.

Грейганн ухмыльнулся:

– Мне не нравится эта рыжая девица.

Констанс от удивления захлопала глазами и рассыпала свои бумаги.

– Простите, я не совсем понимаю… – Судья тоже потерял часть своей невозмутимости. – Какое отношение это имеет к вопросу, который мы решаем?

– Самое прямое. Она мне не нравится. И я не согласен.

Рамон хлопнул ладонью по столу:

– Хватит изгаляться, Светлов! Тебе же все равно, как выглядит эта девушка!

– Не люблю рыжих.

– Господин Иован, – Фелиция прикрыла на мгновение глаза, собирая все свое внутреннее спокойствие, – сегодня мы решаем вопрос о прекращении асиманами убийств смертных, которые ставят под угрозу наше тайное существование среди них. И я не понимаю, какое касательство имеет к этому моя помощница.

Конечно, она не понимала. Моя Гранд Леди была слишком логична и последовательна. Она не могла оценить звериного чувства юмора грейганна. Ему всего лишь захотелось пошутить. Позабавиться немного. И потом он действительно не любил рыжих. Они его раздражали.

Ревенант в отличие от остальных киндрэт понял или ощутил это вместе со мной. Все-таки он был человеком, а люди – некоторые из людей, я уже знал – иногда проявляют удивительную чувствительность.

– Амир Асиман, я поддерживаю клан Даханавар в его требовании ограничить ваши агрессивные действия по отношению к человеческому населению. Мы не можем заставить вас следовать Клятве, но требуем не забывать о законе сохранения нейтралитета.

Это означало: можете по-прежнему убивать людей, но не оставляйте после себя тела с «колотыми ранами в области шеи». А если не подчинитесь, будут приняты жесткие меры. Кланы Даханавар, Вьесчи, Грейганн и Фэриартос найдут способ укротить зарвавшихся человеческих убийц.

– Позволю себе вмешаться. – Рамон вынул свой «паркер» и машинально откручивал и закручивал колпачок. – Что делать с теми двумя в больнице? Хорошо бы асиман довели начатое дело до конца. Лишние свидетели ни к чему.

Амир промолчал, но думал он очень громко. В основном нецензурными выражениями, большинство которых было адресовано мне, а часть имели отношение к Фелиции. И еще почему-то он вспомнил о Флоре. Моей погибшей матери. Подумал мельком, в его памяти всего лишь мелькнуло ее лицо, но меня неприятно зацепило это воспоминание.

Ревенант поднялся, что означало завершение Совета.

Асиман выходили первыми. И я успел поймать взгляд Амира, полный ядовитой ненависти.

Глава 3

Смена инсценировок…

Весь мир – театр.

Но пьеса поставлена плохо.

– Подлая продажная тварь! – сказал Вэнс, и его звучный низкий голос сорвался до хрипа. – Стерва!

Я непроизвольно поморщился, прижал телефонную трубку к другому уху. Освободившейся рукой потер ноющий висок. Как всегда после психического напряжения, страшно болела голова. Хотелось пару суток не вставать с кровати и не ощущать ничьих эмоций.

Но, будто назло, я опять не отключил телефон.

Даже на расстоянии чувствовалось – Гемрана трясет от раздражения, отчаяния, злости и, как ни странно, любви. В его мыслях, то приближаясь, то отдаляясь, мелькал женский образ. И Вэнсу не удавалось сосредоточиться ни на чем другом. Ему было плохо, муторно, неспокойно. Он ждал от меня помощи, хотя сам не знал какой.

– Все возвращается, – бессвязно говорил он, откашлявшись и вернув голосу прежнюю звучность. – Я чувствую, что это безумие возвращается, но не могу ничего сделать. Она опять нашла меня, а я думал, что все давно забыто и похоронено. Оказывается, нет, не забыто. Ее невозможно забыть. – И тут же без перехода: – Извини, сам не знаю, зачем рассказываю тебе все это.

Конечно, он не знал. Никто из людей не понимал, почему начинает испытывать ко мне привязанность и доверие. Желание открыть душу. И почему им так хорошо рядом со мной.

– Дарэл, я иду сегодня на репетицию в один, так сказать, театр. Может, пересечемся после? Хоть поговорим нормально.

Почему-то я вспомнил, какая надежда на следующую встречу с Гемраном светилась в глазах человеческого подростка.

– Давай встретимся прямо там. Не возражаешь, если я возьму с собой Лориана? Ему будет интересно посмотреть.

– Лориана? А, давешний фэн. Бери. Но я не обещаю захватывающего зрелища. Театр так себе. Любительский уровень.

– Это не важно. Где и во сколько?

Он продиктовал адрес, и я положил трубку. Посмотрел на будильник. Спать оставалось еще полтора часа.

Телефонный разговор с Вэнсом немного помог забыть о причастности к тонким интригам кланов, я с удовольствием отключился от гнусных планов кровных родственников. Решать человеческие проблемы Гемрана гораздо приятнее, чем выслушивать мысли Амира.

Хотя с большим удовольствием я бы сейчас поговорил с Лорианом, посмотрел на мир его глазами.

Выбравшись из постели, я побрел на кухню – восполнять недостаток сна едой. Открыл холодильник, некоторое время изучал его содержимое и решил, что коктейль из крови первой и второй группы будет в самый раз.

Телефон подал голос в тот момент, когда напиток был готов – подогрет до нужной температуры и перелит в стеклянный стакан. Я взял трубку, уже зная, кто это. На том конце провода сияло мягкое осеннее солнце.

– Да. Слушаю.

– Это Лориан. Я звонил тебе вчера, но никто не подходил.

Юный голос врывался в темноту моей спальни из другого мира, беззаботного и солнечного.

– Меня не было.

– Слушай, я тут подумал… ну, то есть…

Мальчишка позвонил именно сейчас потому, что я позвал его. Он, конечно, не знал этого. Но надеялся, что его осенит и он по ходу придумает тему для разговора. Однако вдохновение так и не пришло.

– Лориан, хочешь сегодня пойти с Вэнсом на репетицию? Он приглашал нас обоих только что. Ты вовремя, я как раз хотел искать тебя.

Неловкость мгновенно сменилась восторгом.

– Ух ты! Так он не шутил! Правда, меня пригласил? Здорово! На репетицию с Вэнсом! Конечно, хочу! Только… – он снова запнулся, посопел в трубку и спросил быстро, опасаясь, что я откажу сразу, – можно я возьму с собой друга? Ему тоже ужасно интересно посмотреть.

– Конечно. – Я улыбнулся про себя. – Я заеду за вами в половине девятого.

Он сказал, куда мне подъехать, и остался ждать назначенного часа, довольный, что снова увидит Вэнса.

Кровь в стакане остыла, но я выпил ее залпом и пошел одеваться.

Они вышли из подъезда ровно в половине девятого. Увидели меня, стоящего у машины. Поспешили подойти. Оба были одеты в теплые свитера, джинсы, ботинки на толстой подошве, гордо именуемые «Камелот». Оба излучали взволнованное нетерпение, а второй подросток – еще любопытство и легкое беспокойство.