Алексей Пехов – Бич сновидений (страница 53)

— Мне нужно вернуться домой, чтобы точно убедиться.

— Амина Сотер имеет к нему отношение?

— Как и ее отец. Но все они думают, что служат Фобетору.

Учитель посмотрел на светлячка, ползающего по потолку палатки и мерцающего отраженным светом от фонаря. Разговор все более напоминал наши прежние беседы. Я задаю вопросы, он отвечает вроде бы, но лакуны в потоке информации все еще пусты.

Слова Феликса вызвали новое воспоминание, теперь о Лонгине.

— Тебя учил Лонгин?

— В том числе и он.

— Что это за библиотека, куда попал Нестор и не пустил тебя?

— Очень интересное место. Я сумел побывать там, когда набрался опыта. Оттуда в давние времена была похищена книга, которую ты видел. Персональный учебник для танатосов. Кроме него, были и другие книги. Для мороков, крадущих сны, ламий… и конечно пособия для развития дара искусителей.

Он усмехнулся, увидев мой интерес. Судя по тому, сколько знал и умел Феликс, знания из «учебника» оказались уникальными.

— Похоже, свои таланты целителя дэймосов Амина получила из этого книгохранилища. Оно существует в реальности?

— Существует… существовало, — с легкой заминкой ответил танатос. — Уничтожено мастерами снов. Сожжено.

В первый миг я испытал сожаление. Но одновременно с этим знал, подобная библиотека смертельно опасна.

Я тоже уставился на жука, ползающего по непромокаемой ткани навеса.

— Слушай… все слухи и легенды о хранилище Фобетора из фольклора дэймосов… месте, где можно получить тайные, уникальные знания… Это оно?

— Думаю, да.

Он не думал, он был точно уверен. Хотел ли я туда попасть? Однозначно. Но что-то подсказывало, учитель не поведет меня на экскурсию.

— Пора спать, — сказал он неожиданно. — Для тебя день был долгим, а мы только на середине пути.

Он погасил фонарь и, судя по шелесту одежды, расположился на полу. Я тоже вытянулся на теплых досках. В темноте прямо над головой мерцал маленький огонек живой звезды, шумели джунгли.

— Послушай, Феликс… ты специально открыл Пятиглаву своего дэймоса, или это была моя ошибка?

— Эти знания находятся за пределами моей памяти, — отозвался он беспечно. — Неважно. Все шло по плану.

— Ты мог не раскрывать своей истинной сути. Сохранить доброе имя целителя. Погибнуть при исполнении обязанностей, как многие другие эпиосы до тебя.

— Мое имя выбили бы на плите в зале Славы, — откликнулся Феликс и в его голосе зазвучала насмешка. — И возлагали венки из цветов мака. Но ты не смог бы появиться как мой ученик…

— Я появился бы как дэймос, который желает пройти путь исправления. Ты стер бы все воспоминания о себе из моей памяти, как проделал то же самое с Хэл.

— Это не одно и то же. — Помолчав, заметил он.

И я понял, о чем он говорит.

Меня приняли бы совершенно иначе.

— Лишения временны, триумф победы вечен. Что сделано, то сделано, — сказал Феликс, ставя точку в этом разговоре.

Утро было пасмурным.

Накрапывал дождь. Серая река отражала серые небеса, ночное волшебство затаилось среди ветвей мокрых деревьев. Феликс быстро разобрал палатку, убрал в рюкзак, выдал мне на завтрак пачку крекеров.

Эта поездка начала походить на наше давнее путешествие по дебрям Тенчитолана. Так же мы плыли по Напе, притоку Великой реки Парана-Гуасу, и похоже висела в воздухе сырая дымка. Влажно пахли джунгли, обманчиво лениво плескала вода, готовая за любым поворотом превратиться в бурлящий котел.

— Пока ты был мертв, твой сон был закрыт. Но когда ты возродился, он должен был открыться снова. Если бы кто-то заглянул в него…

— Мой сон закрыт по-прежнему. Одна бэйцзинская харита помогла.

Теперь я реально представлял его жизнь в этом конгломерате. На его первой родине. Он не стал тут одиночкой, скрывающимся от мастеров сна и местных властей. Вошел в компанию, вернее семью, ведущую теневой бизнес в Бэйцзине. У меня была своя жизнь, у него своя. И вот мы пересеклись снова.

С моей помощью он добрался, наконец, до Альбиноса и добил его, закрыв страницу давней истории. Это был самый простой и рациональный путь. Впрочем, Феликс сам же меня вытащил.

Сейчас ему необходимо плотное, осознанное общение с Пятиглавом. Отправляя меня к Тайгеру, он был уверен, что я смогу договориться с охотником и всеми остальными, вызову их симпатию и желание содействовать, а когда придет время, он появится и продолжит воплощать в реальность свой план.

План, растянутый на десятилетия…

Водный путь был не быстрым, хотя течение убыстрилось.

Наконец Феликс пристал к берегу и произнес по-бэйцзински «Выходи», опять превращаясь в моего проводника, а я — в туриста, решившего насладиться экстремальными красотами.

Танатос легко перевернул лодку, дав ей черпнуть воды бортом, и столкнул в реку, она немного покачалась на поверхности и плавно затонула.

Снова начался затяжной поход по джунглям без дорог и ориентиров. Феликс шел, не останавливаясь, время от времени прислушивался. Я не жаловался на свой слух, но похоже эта «программа» учителя тоже была усовершенствована. А потом и я уловил тихий, далекий гул — мы приближались к дороге, проложенной в этих дебрях.

Под ногами появилась тропинка, узкая, обрывистая, каменистая, но идти по ней стало гораздо быстрее. А спустя еще час пути она вывела к широкой вырубке, рассекающей джунгли на две части. Судя по свежим спилам стволов, мелким стружкам и глубоким колеям, наполненным водой, здесь не так давно валили и вывозили деревья.

На краю этой широкой бреши в лесу, под густым навесом ветвей стоял отлично замаскированный внедорожник. Феликс сел за руль.

Следующие несколько часов я наслаждался роскошью созерцания пейзажей, мелькающих за окном. И смог продолжить разговор.

— Теперь еще раз вернемся к личности Мара, — произнес я.

Феликс долго молчал. Я уже думал, что не дождусь никакой реакции. Но он заговорил:

— Помнишь своего последнего пациента в Центре снов?

Я очень хорошо помнил тот день, когда принял очередного посетителя: мальчишку с ночными кошмарами и бессонницей. Я вошел в его сон, отработал с ним, проводя улучшения. Но постоянно смутно ощущал, что там, во сне, кроме меня и него, есть кто-то еще… Я запомнил этот едва намеченный путь к неизвестному. Завершил работу. Отпустил пациента… Посмотрел на часы, показывающие уже довольно позднее время.

И вдруг, совершенно неожиданно для себя самого приняв решение, вышел из кабинета, спустился в холл, снял деньги с карты в местном банкомате. Покинул через боковой ход сад. Выбирая улицы, на которых нет камер, направился прочь из Центра. И своей прошлой жизни.

Для меня было несложно официально добраться до Баннгока. Я знал, что там смогу «затереть» все свои следы. Последнее, что я сделал, отправил сообщение Тайгеру. Оно звучало примерно так: «Происходит нечто странное. Не могу в этом разобраться… Я должен уйти».

Закрыл свой мир снов. И исчез.

На целых десять лет…

— Это было твое воздействие.

— Твое внезапное желание уехать? Да.

— Что не так было с тем пациентом?

— В его сне, как ты тогда заметил, находился кое-кто.

— За мной следили. Кто?

— Те, кто хотели заполучить наш дом. Тебя разрезали бы на кусочки, чтобы добраться до него, — сказал он жестко. — Я не мог этого допустить.

— Понимаю их желание, — произнес я задумчиво.

— У нашего убежища были три владельца. Владельцы — это не те, на кого записана собственность и оплачены налоги за пятьдесят лет вперед… Нестор. Я. И ты, последний. Нестор мертв. Я тоже, — он усмехнулся многозначительно. — Ты уехал, закрыв свой сон. Наш дом тоже оказался заперт. Сначала они послали туда человека. Он не смог войти. Не нашел калитку в заборе, а перелезть через забор, представь, не догадался. Затем пошел дэймос. Результат ты видел.

— Почему ты не сообщил Тайгеру? Почему не дал сделать этого мне? Внушил бы непреодолимое желание поделиться с ним моими, в кавычках, подозрениями. Или просто ничего бы не трогал…

— Тогда было слишком рано. Если бы ты пошел по тому следу, тебя бы убили и забрали дом. Если бы сказал Тайгеру и тот начал действовать… Он бы затаился. Ушел в глухую тень. И я бы уже не смог… Мне нужно было выждать, Аметист.

— А теперь, значит, самое время?

— Ты катализатор, помнишь? Твое появление вызвало бурную реакцию. Я едва успевал ее контролировать. События развиваются стремительно. Я не стал бы возвращаться… еще лет пятьдесят. Но Тайгер не справится один с тем, что надвигается на Полис. Пришло время отдать ему долг за Бэйцзин.

Я перевел взгляд с густых зарослей бамбука, мелькающих за окном, на Феликса и сказал: