Алексей Павликов – Библиотекарь. Хранители Руси. Том 2. Хранитель Семи Ветров (страница 16)
Герои, переглянувшись, двинулись вперёд. Свет в конце тоннеля становился всё ярче, обещая им новые открытия и испытания. Но теперь они знали – вместе они смогут преодолеть любые препятствия.
Побег на поверхность
Герои выбрались на поверхность через люк в старом сарае. Воздух был свежим и прохладным, а солнце светило ярко, освещая окрестности. Василиса, оглядевшись, узнала место:
– Это же усадьба Гончарова! Значит, мы в…
Но Андрей не дал ей закончить. Он услышал рёв дронов и, не теряя времени, крикнул:
– Бежим!
Они поспешили прочь от сарая, стараясь уйти как можно дальше от места своего выхода на поверхность. Борис, бежавший рядом с Василисой, иногда оглядывался, словно проверяя, не преследуют ли их.
Вскоре они оказались на открытой местности, где могли лучше ориентироваться. Василиса, отдышавшись, сказала:
– Нам нужно найти укрытие и разработать новый план.
Андрей кивнул и посмотрел на небо, где уже виднелись силуэты дронов. Он знал, что впереди их ждут новые испытания, но теперь они были ближе к разгадке тайн ОЧМ и готовы бороться до конца.
Укрытие в часовне
Полуразрушенная часовня стояла на краю леса, её стены, поросшие мхом, хранили память о временах, когда здесь ещё звучали молитвы. Василиса, приоткрыв скрипучую дверь, бросила взгляд внутрь: – Тут пахнет историей… и плесенью.
Андрей шагнул первым, Меч Арагвы слабо светился в его руке, освещая треснувшие фрески с ангелами. Он остановился у алтаря, сдвинутого с места ещё в их прошлом приключении. – Помнишь? – тронул он резную плиту, где когда-то лежала карта Лешего. – Тогда мы думали, что это просто старый пергамент.
Борис, протиснувшись между ног Василисы, прыгнул на алтарь. Его лапа скользнула по щели в камне, и плита с глухим стуком сдвинулась. В низе блеснуло что-то синее.
– Не может быть… – Андрей достал плоский камень размером с ладонь. Три спирали, переплетённые в круг, светились холодным светом. – Руна ветра. Отец говорил, что их высекали на порталах древних святилищ.
Василиса присвистнула: – В той же книге, где карта Лешего? – Она потянулась к своему рюкзаку, где лежал потрёпанный Том I их приключений. – Тут в главе про часовню упоминались «камни, что дышат». Думала, это метафора…
Где-то снаружи завыл ветер, и руна на камне вспыхнула ярче. Тени на стенах закружились, складываясь в контуры карты, которую они нашли пять лет назад. Линии маршрутов теперь пересекались с новыми символами – рунами.
– Смотри! – Андрей приложил камень к клинку Меча. Энергия ветра заструилась по лезвию, выписывая в воздухе координаты. – Это не просто артефакт… Это часть навигационной системы. Отец оставил нам подсказки в обоих томах.
Борис внезапно зашипел, шерсть дыбом. Из-под пола донёсся гул – где-то близко кружили дроны, сканируя местность. Василиса натянула капюшон: – Обсудим позже. Сейчас надо…
Она не договорила. Камень в руках Андрея дрогнул, и плита алтаря с грохотом опустилась, открывая лаз в подземный ход – тот самый, что был нарисован на старой карте красными чернилами.
– Полный круг, – усмехнулся Андрей, пряча руну за пазуху. – Теперь я знаю, куда ведёт ветер.
Когда люк захлопнулся за ними, в часовне осталась лишь пыль, кружащаяся в луче света из разбитого окна – будто невидимая рука вплетала новую нить в старую карту.
Финал и намёк
Рассвет окрасил небо в розовые и оранжевые тона, когда герои вернулись к библиотеке. Здание, некогда величественное и полное тайн, теперь лежало в руинах. Обугленные балки торчали, словно рёбра раненого зверя, а мраморная плита с цитатой Аристотеля лежала разбитой у входа.
Андрей указал Мечом на землю, где среди пепла зиял след – три борозды длиной в человеческий рост, будто коготь титана прочертил каменную плоть. Борис, обнюхав углубление, зашипел, шерсть на его загривке поднялась дыбом.
– Это не дроны, – Василиса провела пальцем по краю следа. На коже остался иней, хотя вокруг таял снег. – Такие отметины были в «Бестиарии Понта Эвксинского»… Помнишь главу про хтонических существ?
Андрей не ответил. Его взгляд привлекло движение на руинах: Борис устроился на обгоревшем корпусе дрона, мурлыча как перегруженный мотор. Когда кот перевернулся на спину, в пробоине корпуса блеснуло стекло – фото в треснувшей рамке.
– Погоди-ка… – Андрей вытащил снимок. Девочка лет десяти в платье с кленовыми листьями, на шее – шарф с вышитой руной воды. Фоном служила усадьба Гончарова, но не разрушенная, а утопающая в зелени. На обороте почерком отца: «Лера. Испытание №4. 15.09.2035».
Василиса выхватила фото, её глаза расширились: – Это же…
Грохот обваливающейся колонны прервал её. Сверху посыпались камни, заставив их отпрыгнуть. Борис, взъерошенный, спрятался за Андреем, не переставая мурлыкать.
– Нам пора, – Андрей спрятал фото во внутренний карман, рядом с руной ветра. – Но теперь мы знаем – игра ведётся не только на поле боя.
Они уходили под утреннее солнце, не заметив, как в тени разрушенного портала зашевелились тени. Три ледяных когтя медленно вцепились в камень, оставляя новые отметины. Где-то вдали, в такт их шагам, завыл ветер – тот самый, что когда-то раздувал паруса аргонавтов.
Глава 1.4: «Тайна Лады»
Встреча в степи
Степь под Астраханью дышала зноем, словно раскалённая кузнечная наковальня. Ржавые ангары аэродрома плавились в мареве, а на взлётной полосе, покрытой трещинами, валялись обломки истории: гильзы времён СССР, обгоревшие схемы полётов, кости сайгаков. Ан-2 стоял как призрак – краска на фюзеляже облезла, открывая надпись: «Аэрофлот-1991». На его крыле, закинув ноги в потрёпанных лётных сапогах, сидела женщина. Нож в её руке разрезал яблоко спиралью, кожура падала в пыль, как змеиная кожа.
– Если ищете такси, – голос Лады был похож на скрип несмазанных шарниров, – мой тариф: три вопроса в одну сторону, два секрета в обратную.
Андрей прищурился. Солнце отражалось в лезвии ножа, выхватывая гравировку: ОЧМ-1999. Те же буквы, что красовались на обложке дневника отца. Василиса, прикрывая лицо от солнца томом «Мастера и Маргариты», шагнула вперёд:
– А если без метафор?
Лада откусила дольку яблока. Сок стёк по клинку, смешиваясь с ржавчиной. Где-то вдали закричал степной орёл.
– Без метафор, девочка, вы бы уже горели в грузовике с дронами. – Она кивнула на восток, где дымная полоска отмечала дорогу. – Ваш Борис мило мурлыкал у радиовышки, пока я отвлекала патруль.
Кот, услышав своё имя, вылез из тени самолёта. Его шерсть была покрыта красной пылью, словно он катался в марсианском грунте.
– Вопрос первый, – Андрей поднял Меч Арагвы, но не для угрозы – клинок слабо светился, реагируя на нож. – Откуда вы знали наш маршрут?
Лада улыбнулась, вытирая клинок о комбинезон. На груди болтался значок – крылатый конь с треснувшим копытом.
– В 1999-м ваш отец платил мне золотыми монетами Романовых за полёты в Аркаим. – Она швырнула огрызок яблока Борису. Кот поймал его на лету, словно это была не еда, а вызов. – А теперь садитесь. Через час над степью поднимутся «самумы» – песчаные смерчи с камерами наблюдения.
Когда они залезали в кабину, Андрей заметил: на приборной панели, среди пожелтевших фото, было изображение отца. Он стоял у этого же Ан-2, обняв женщину в лётном шлеме. На обороте, угадывалось, почерк Лады:
Пропеллер зарычал, поднимая вихрь из пепла и забытых тайн.
Переговоры
Внутри кабины Ан-2 пахло маслом и старым дерматином. Пропеллер, покрытый паутиной, казался символом ушедшей эпохи. Лада, устроившись на пилотском кресле, щёлкнула тумблером – панель ожила, высветив схемы маршрутов, обведённые красным.
– Ветер ваш друг? – она повернула экран, где грозовое облако окутывало силуэт самолёта. – Для меня он – дорога.
Семён, поправляя бороду, ткнул в пропеллер: – А эта рухлядь не развалится, как твои обещания?
Лада, не отрываясь от настройки приборов, ответила холодно: – Она пережила три катапультирования. Ваша борода – впервые.
Андрей, разглядывая фото на приборной панели, заметил, что на обороте было написано:
Она кивнула, запуская двигатель. Рёв мотора заглушил ответ, но Андрей уловил: – Мы искали врата в иные миры. Он верил, что Камчатка – ключ.
Василиса, проверяя ремни, спросила: – Почему перестали летать?
– Деньги кончились, – Лада пожала плечами. – А потом появились дроны. Но я сохранила маршрут – на всякий случай.
Борис, устроившись у иллюминатора, зашипел на пролетающую ворону. Самолёт дрогнул, отрываясь от земли. За стеклом степи слились в жёлтую ленту, а на горизонте уже маячили силуэты «самумов» – песчаных смерчей с камерами.
– Пристегнитесь, – бросила Лада, вглядываясь в грозовые облака. – Ветер сегодня капризный. Но он всегда был таким – как и я.
Когда Ан-2 нырнул в тучи, Андрей почувствовал, как Меч Арагвы нагрелся в ножнах. Где-то впереди, на Камчатке, их ждали ответы – и новые загадки.
Тень прошлого
Кабина Ан-2 гудела, как улей, наполненный тайнами. Лада, склонившись над открытым люком двигателя, ковыряла в механизме отверткой с намертво присохшей жевательной резинкой на рукояти. Андрей притворялся, что разглядывает карту Камчатки, но его взгляд скользил по потёртым стенам. На полке за штурвалом, между банкой консервированных слив 2007 года и перегоревшей лампой, лежал чёрный нарукавник. Три спирали, вышитые серебряной нитью, складывались в знакомый узор – ОЧМ.