Алексей Пашковский – Дом на чужих берегах (страница 21)
«Да».
Без пауз и остановок машинный голос зазвучал снова:
«Ваш позывной».
Не задумываясь, он мысленно написал свой ответ прямо на бездонной черноте, окружавшей его со всех сторон. Ровно, аккуратно, будто прилежный ученик на чистой школьной доске, силой сознания он вывел три большие буквы:
«Рут».
«Подтверждаете?» — все тем же безучастным голосом был задан ему очередной вопрос.
С легкостью, без вмешательства неведомых, посторонних сил, он мысленно стер предыдущее слово и четкими печатными буквами вывел ответ, поставив после него огромный восклицательный знак:
«Да!»
Помолчав немного, голос снова зазвучал у него в голове:
«Сознание подключено. Процесс завершен».
Раздалось негромкое шипение, металлический щелчок и чуть слышный скрип. Свежая, прохлада прокатилась волной по всему телу и он вдохнул полной грудью чистый и свежий воздух. Максим медленно открыл глаза и улыбнулся.
«Все закончилось! Вот я и дома».
Глядя на яркий свет потолочных панелей, он перебирал в памяти последние воспоминания. Он тщетно пытался вспомнить тот кошмарный сон, который видел прямо перед самым своим пробуждением. Но почему-то не мог. На все его попытки разыскать в памяти ужасные кадры того кошмара, память отвечала ему пустотой. Единственное что он помнил, что это был всего лишь жуткий сон.
«Вот так всегда бывает», — усмехнулся он, — «Приснится что-нибудь интересное или страшное, думаешь нужно запомнить, а оно — бац! И будто не было ничего».
В комнате было прохладно, Максим поежился и сел, спустив ноги на холодный пол. Он осмотрелся, потер ладони и довольно улыбаясь, похлопал борт аппарата в котором сейчас находился.
«Ну вот мы и встретились с тобой снова, человеческий принтер».
Задняя крышка корпуса воскресителя наконец отлетела и с грохотом упала на пол. Максим огляделся в поисках камер наблюдения.
— Интересно, сколько у меня времени осталось, пока меня не скрутят тут за порчу чужого имущества.
Множество плат сотнями проводов соединялись в толстые жгуты и разбегались в разные стороны, как развязки дорог огромного мегаполиса. Один из самых больших пучков разноцветных проводов заходил в большую металлическую емкость. Емкость эта, герметично собранная и стянутая десятками мощных болтов, чем-то напоминала десятилитровую кастрюлю из нержавеющей стали. И сама эта кастрюля и медные трубки подключенные к ней с боков были покрыты инеем.
— Вот почему тут так холодно, — Максим поежился и достав зух, включил на нем фотокамеру.
Следующая панель поддалась уже легче. Выкрутив винты, найденной в одном из шкафов непонятной деталью, он осторожно снял крышку с корпуса и заглянул внутрь. Три прозрачные трубы, по всей видимости из специального пластика, заходили в этот аппарат снизу, откуда-то из-под пола. Две из них были подключены к непонятным стеклянным банкам. Максим осторожно коснулся одной из этих банок, на ощупь она была очень теплая.
Камера зуха никак не могла сфокусироваться на содержимом этих стеклянных банок. С виду, самых обычных стеклянных, трехлитровых банок, в такие обычно закатывают соленые огурцы и помидоры. Внутри этих банок серебрились тонкие нити, завораживающе поблескивавшие и искрившиеся в свете фонарика зуха.
— Да чтоб тебя… — рука в очередной раз сорвалась, а следующая панель даже не шелохнулась.
— Фиксаторы тут что ли изнутри стоят? — Максим постучал кулаком по нескольким панелям, неподвижно сидящим на своих местах. Он нырнул в раскрытый бок аппарата с одной стороны, заглянул с другой.
«Нет, без инструментов их не открыть», — с огорчением вздохнул он и выключил камеру на зухе. Большая часть механизмов, соединений и судя по идущим туда проводам, электронным блокам, так и осталась недоступной.
«Ну не выламывать же их», — подумал Максим и с тревогой покосился на закрытую дверь.
«Если за мной наблюдают, то скоро здесь будут гости».
«Вернее хозяева этой оргтехники, гость то тут вроде как я».
Закрытая дверь поблескивала в свете потолочных панелей полированной стальной поверхностью.
«Точно! Дверь! Как я сразу о ней не подумал!»
Замок тихонько щелкнул и Максим, еще раз окинув комнату взглядом, немного отодвинул в сторону открывшуюся дверь.
Комнату наполнили звуки рекламного ролика из коридора. Но кроме голоса с экрана и сопровождавшей его негромкой музыки, он отчетливо слышал чьи-то шаги. Размеренные, неспешные шаги. Кто-то прохаживался по коридору вдоль этих дверей. Максим с опаской прислушался и осторожно выглянул в коридор.
— Макс, дружище! Ну наконец то! — посреди коридора, раскинув руки, стоял Капитан.
— Здорово, Ром! — полушепотом произнес Максим.
— Ты что как долго? Мы тебя тут уже почти час ждем, — Роман подошел к приоткрытой двери и с недоумением смотрел на озабоченное лицо друга.
— Секундочку, Ром, — Максим провел ладонью по торцу задвижной двери и осмотрел стальной косяк проема.
— Магнитная, сволочь, — пробубнил он, и отодвинув дверь чуть шире, уставился куда-то вверх.
— Макс, что с тобой? Макс, это точно ты?
— Я это, кто же еще, — ответил он, и отодвинув дверь до конца, внимательно осмотрел узкую полоску контактов. Ощупав контакты пальцами, Максим снова пробубнил себе что-то под нос:
— Да, магнитная. Либо отжимать, либо обесточивать…
Капитан шагнул назад, недоумевающе глядя на друга, который казалось был и не особо рад этой встрече.
— Макс, я тебя не узнаю. Ты злишься не меня? Не понимаю…
Максим наконец вышел из двери, посмотрел как она закрылась за ним, послушал в каком месте щелкнули магниты замка и повернулся к Капитану. Как ни в чем не бывало, Максим шагнул навстречу Роме и обхватив за плечи, по дружески похлопал его по спине.
— Ромка, как я рад! Извини, пытался понять как этот сейф можно вскрыть.
Капитан отстранился от Рута и сделав еще один шаг назад, взглянул ему в глаза.
— Макс, а ты помнишь что с тобой произошло?
— Ну раз я снова оказался в воскресителе, значит загнулся в том бункере, — все еще улыбаясь, негромко ответил Рут.
— А как ты там загнулся? Помнишь?
Максим нахмурился, пытаясь вспомнить то, что память хотела скрыть от него и опустив глаза вниз, застыл.
Олег придерживая руль одной рукой и вполглаза поглядывая на ровную пустую дорогу, постоянно оборачивался назад, пересказывая Максиму события прошедших тревожных дней.
— А потом я чую что у него крышка поехала, — Олег ткнул пальцем в сидящего возле него Капитана, — ору ему «Ромка, не молчи!», а он мне в ответ только «бе», да «ме».
— На тебя бы посмотрел, герой, — Капитан улыбнувшись, отмахнулся от Олега и ткнул пальцем вперед:
— За дорогой лучше следи.
— А я гляжу, он там как синяк подзаборный развалился у стеночки, — не унимался Олег, смеясь поглядывая назад, на Максима, — лыко не вяжет, слюни в микрофон пускает. Мы уж с Дедом думали обратно его за трос оттуда тащить, а нет, оклемался вроде.
— Гипноз это или телепатия какая, черт его разберет, — заговорил Капитан, когда Олег посмеявшись наконец замолчал.
— Это я помню, тоже урывками мог свои действия контролировать, — ответил Максим, — нет, не то что бы контролировать, а вроде как принимать в них участие. Я помню под этим гипнозом и дальше по коридору уходил, налево. Там вообще кошмар что творилось.
Максим вздохнул и посмотрел на своих друзей.
— Целый хор этих голосов меня заставлял дверь какую-то открыть. А один голос меня обратно оттуда уводил. Рита, кажется Рита ее зовут.
— Вот, наверно это она мне мозги там выносила, — Капитан поднял палец вверх и потряс рукой, — я только твой голос слышал и какой-то женский.
— Это мне спасибо скажите, если бы я петь не начал, — снова отозвался Олег.
— Вы что там, еще и пели? — Максим от удивления вскинул брови и ухватившись за спинки кресел, подался вперед, пытаясь заглянуть друзьям в глаза.
— Да, я его голос слышал и тоже пел. Только так и смог хоть что-то соображать.