Алексей Овчаров – Новая сказка (страница 5)
Ничего.
– Амбра… кадамбра…
Не то.
Уже почти теряя сознание, он вспомнил и, с трудом ворочая языком, прошептал:
– А-ба-ран-та.
Ледяная корка стала мягче, будто слегка оттаяла. Появилась надежда. Влад ещё несколько раз повторил слово, потирая ладони, и окончательно пришёл в себя.
Стены, стол, лампа, ноутбук – всё было на своих местах.
«Самовнушение…» – подумал Влад.
Руки, шею и лицо всё ещё покалывало, как после онемения.
«Ну и что, что самовнушение? Помогло ведь».
На следующее утро Влад уже бежал по дорожке к домику на Лесной.
На крыльце сидел кот и выковыривал что-то когтем из щели между досками.
Влад протиснулся мимо кота – дверь оказалась открытой.
Ядвига Ниевна сидела за кухонным столом, разливая чай по трём чашкам.
Третья – с трещиной – стояла напротив пустого стула.
– Заходи, – сказала она, даже не обернувшись. – Поверил? Хотя кому сейчас нужна эта вера?
В её голосе послышались нотки грусти.
– Вера в прошлом. Сейчас нужно всё проверять.
Проверил?
Работает?
– Думаю, это самовнушение, – пробормотал Влад.
– Конечно. Внушение, самовнушение. Любые мысли и эмоции внушаются чем-то или кем-то… или нами самими.
Она ткнула деревянной ложечкой в его сторону.
– Иногда самовнушение помогает освободиться от чужих внушений. Но проблема не в этом.
В её глазах вспыхнули знакомые искорки.
– Главное – не дать другим внушить тебе какую-нибудь глупость! И не внушить её себе самому.
Она поставила ложечку на стол.
– Хочешь, научу?
– А это возможно? – спросил Влад, глядя на ложечку, стоящую вопреки законам физики.
– Трудно, но у некоторых получается, – Ядвига Ниевна провела пальцем по краю треснувшей чашки, и трещина на мгновение засветилась.
– Так я, типа, избранный?
Ядвига Ниевна улыбнулась.
– Пережитки! – она легко хлопнула ладонью по столу, и тени в комнате дёрнулись. – Это раньше избирали, проверяли, испытывали. А сейчас избранным может быть любой.
Тот, кто сам себя избрал.
Нужно только решить.
Она подалась вперёд, и Влад увидел в её глазах то же мерцание, что и в трещине чашки.
– Так ты готов?
– Да уж… Хотелось бы самому решать, что видеть, чувствовать и делать, а чего – нет.
– Точнее, – поправила его Ядвига Ниевна, – куда входить, как действовать и, главное, как, когда и где выходить.
Она достала из кармана три сухих листа и бросила их на стол. Листья сами собой образовали треугольник вокруг стоящей деревянной ложечки.
Листья и ложка на столе задвигались, будто шагая.
– Я могу помочь тебе сделать несколько шагов. Первый ты уже сделал – пришёл сюда. Помогу, подскажу, куда идти, покажу, а дальше уж своими ножками.
– Тут, как с обедом, – я, конечно, могу съесть его за тебя, но сытым будешь не ты.
Она поставила палец на ложечку – ложечка и листья остановились.
– И, знаешь, конца у этого пути не видно… – последнее слово она протянула, и тени в комнате растянулись, сливаясь в одну, – но будет интересно.
Пальцы Ядвиги Ниевны коснулись его запястья, и Влад увидел – лес. Бесконечный. Со стволами, тянущимися к небу. В воздухе запахло смолой.
– Очень интересно! – голос Ядвиги Ниевны растворился в шелесте листьев. – И говорят: доходит тот, кто идёт.
Так ты готов?
– А… давайте! – Влад даже махнул рукой.
– Нет-нет. Ты должен попросить, – её пальцы сжали его запястье. – Слова очень важны! Прямо так и скажи: «Прошу».
– Прошу, – повторил за ней Влад.
Ядвига Ниевна посмотрела в его глаза долгим, пристальным взглядом.
Её зрачки расширились, стали угольно-чёрными, будто через них на Влада взглянула сама Вселенная.
Но было не страшно.
Напротив – во взгляде чувствовалось тепло, и даже какое-то сочувствие.
– Приходи недельки через три, – наконец сказала она, отпуская его руку. – Я познакомлю тебя с моими помощниками.
Помощники Ядвиги Ниевны
Следующие три недели прошли спокойно – если не считать ночей.
Сны приходили, как эхо странных видений.
В первом была тёмная вселенная: Влад то падал в бездну, то взлетал.
Во втором что-то звало его со дна океана. В конце концов, он нырнул… и перестал дышать. Но, к счастью, проснулся – и глубоко вдохнул.
В третьем дерево тянуло к нему свои ветви. Наконец обхватило… Влад проснулся спелёнатым простынёй.
Но пугался он всё меньше.
В этот раз домик на Лесной выглядел вполне прилично: трава подстрижена, ставни покрашены в тёмно-зелёный, а крыльцо – в коричневый цвет.
Ядвига Ниевна открыла дверь раньше, чем он успел постучать.