Алексей Ощепков – Месть за то, что будет. Лог одного дознавателя (страница 1)
Алексей Ощепков
Месть за то, что будет. Лог одного дознавателя
ОТКАЗ ОТ ОТВЕТСТВЕННОСТИ, ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ ОБ ОСОБЕННОСТЯХ ЛИНГВО-АРХИВНОГО ВОСПРОИЗВЕДЕНИЯ И УСЛОВИЯ ДОСТУПА К ТЕКСТОВОМУ МАССИВУ
Настоящим документом, имеющим силу декларативного заявления для всех субъектов восприятия, ознакомившихся с нижеизложенным текстовым массивом (далее — «Произведение»), уполномоченный архивно-трансляционный Департамент доводит до сведения реципиента следующее:
1. Источник и методология трансляции
1.1. Произведение представляет собой результат автоматизированной лингво-семантической конверсии с языка Ифкуиль (версия: «Архаичный диалект д-ра Знайка» (т. н. Лингва-знайка).
1.2. В силу фундаментальной несовместимости онтологических структур языка-источника с грамматическими возможностями языка-реципиента, в процессе конверсии был применён селективный оммитинг — намеренное опущение части семантических категорий, не имеющих эквивалентов в целевой лингвосистеме, считываемых с приемлемой степенью когнитивных затрат.
1.3. Указанный оммитинг, будучи технической необходимостью, может приводить к:
а) упрощению причинно-следственных связей между событиями;
б) частичной утрате нюансов причинности;
в) возникновению смысловых лакун, интерпретируемых реципиентом на свой страх и риск.
2. Ограничения ответственности
2.1. Департамент и его агенты не гарантируют:
а) грамматической целостности текста в языке-destination;
б) стилистической чистоты, ввиду возможного проникновения в текст калькированных конструкций, архаизмов, неологизмов и лексем, запрещённых к употреблению;
3. Условия использования
3.1. Предоставляя доступ к Произведению, Департамент исходит из принципа осознанного принятия рисков реципиентом.
3.2. Реципиент самостоятельно несёт ответственность за:
а) возможные когнитивные диссонансы;
б) любые иные последствия, возникшие в результате попытки верификации описанных событий.
3.3. Департамент не компенсирует ущерб, причинённый психике, репутации или имуществу реципиента в результате взаимодействия с Произведением.
4. Заключительные положения.
4.1. Настоящий отказ от ответственности является неотъемлемой частью Произведения и обретает силу в момент начала восприятия текста реципиентом.
4.2. Любые попытки оспорить положения данного документа будут считаться актом недобросовестного использования архивно-трансляционных сервисов.
Чтим Предков!
ЧАСТЬ α. Книга лжизни. Booк of Liefe
«Лжецу нужна хорошая память» – Марк Фабий Квинтилиан
Глава α1. Нападение на символ веры в Фольмельфтейне
Весна. Плотная, пахучая лексема. Торопящий аромат, обещающий впереди ту радость, ради которой хочется жить. У других об этом не спрашивал – не та это тема для вопроса, на который ожидаешь ответа. Я не могу сказать, что всегда хочу жить. По большей части… плыву вдоль по событиям да процедурам. Но этим утром есть весна: я стою у высокого, в мой рост, окна. Окно неширокое. Я плюс я не влезем. Удобное: можно улечься на толстенную нагретую солнцем каменную стену, оставив голые ступни на деревянном полу, опереться на локти и крутить голову из стороны в сторону с уютно уложенным в ладони подбородком.
Наша башня номер семь – угловая. Обе крепостные стены, и слева, и справа, уходят по отношению к стреле моего взора назад, не давая внутригородскому быту перекрыть вид на лес. Прямые кедры благородной стеной шагах в пятидесяти. В бесконечности за лесом отроги Великой горы. Широкий крепостной ров высох, зарос и превратился в грандиозный земляничный овраг. Противо-осадную дисциплину нет смысла поддерживать – целое поколение воспиталось с тех пор, как в армейских соединениях есть артиллерийские расчёты, способные и стену проломить в любом месте, и поверх стены в любой нужный дом в городе зажигательную бомбу сбросить. Мощный мост, когда-то ведший через ров, стоит без дела. Ни воды нет, ни функционирующих по сю пору ворот в башне.
Между лесом и стеной двигаются по широкой тропе: крестьянская телега, группа пыльных стражников с понягами, пара дюжин местных без поклажи. Высокие стены из черных каменных глыб утратили военную ценность, но задачи обеспечения правопорядка продолжают выполнять. На входе в город, на всех пяти воротах выборочно досматривают. Ближайший проезд – в трёх башнях отсюда, и мне не видно и не слышно привратной сутолоки. Когда-то и в нашей башне был проход и дозор, но каменную кладку дополнили, оставив лишь низкую, не выше подбородка, железную дверь, которую на моей памяти ни разу никто не открывал.
Теперь здесь дормиторий, и я, аспирант Академии изысканий, тут живу. На верхнем, пятом этаже. Я разогнулся обратно в полутёмную комнату, потянув за собой ставни. Жалко перекрывать путь солнышку, но мне уходить, а облака в небе хоть и редкие, но слишком тёмные, чтобы совсем не опасаться за весь грядущий день сильного косого дождя. В соседней шестой башне в окнах почти прозрачные витражи, но даже если бы у меня были лишние десять тэллеров в селену за постой, я бы не переехал. Денег жалко, и есть иная причина. Седьмая башня, или Септумпорта, сужается кверху и заканчивается высокой изящной крышей, напоминающей край резца краснодеревщика. Я черепицу непосредственно из комнаты могу потрогать. Соседняя башня цилиндрическая с наблюдательной платформой для стражи, поэтому верхний жилой этаж много шире нашего. Там у меня было бы больше соседей. Я существо осторожное. На случай непрошеных гостей я хочу иметь брусок из лиственницы, в пару ладоней толщиной, чтобы запереть дверь и выкупить несколько минут, пока я достану верёвку из тайника. Или оружие; это от ситуации будет зависеть. Обустройство тайника – большая проблема. Нельзя просто захотеть. Не в нашем мире. Намерение должно быть исключено. Если тайник сам образовался, в силу каких-то сторонних обстоятельств, то его использование может быть расценено как преступление, наказуемое не казнью. А при наличии золота на стряпчего, можно рассчитывать выскочить сухим из воды. Поэтому – черепица, до которой можно дотянуться рукой. Я два битых года птиц прикармливал, чтобы они там гнездо свили. Учитывая мои доходы, я недоедал из-за пернатых обжор. Но безопасность превыше всего. А сосед – вынужденное зло. Это первый кандидат на роль разорителя моей тайны.
⁂
Скрипучесть деревянных половиц во внешнем коридоре мне лояльна – предупреждает о визитах с пято́к ударов сердца загодя. Я успеваю отойти от окна; лязгает замок; в комнату входит сосед, Бозейдо.
Он, как и я, аспирант и, я так полагаю, тоже неудачник: дешевле каморки ещё поискать. Долговязый, плохо бритый индивид. Сутулится; ноги не до конца распрямляет в нужной фазе шага. Мышечный каркас крепкий. Талантлив. Мне до него далеко. На курсе голов в пятьсот, сложнейшие конкурсные задачи в полном объёме неизменно решает лишь он. При этом двоечник: лишь за конкурсные задачи платят звонкой монетой. С наставниками, рутинно ведущими курсы, Бозейдо не может сойтись характерами. Одарённый, ухабистый, вздорный.
– Пришли дурные вести, в почте, – ворчит он и растягивается на тюфяке, скинув сапоги и уперев пятки в приставленный к стене сундук. – Поясничаю. Не знаю, что там.
В его фразу встроен тот смысл, что ему не жаль, что он сразу не посмотрел, что там. Хотя мог1. Бозейдо картинно вкладывает ладони в разноимённые рукава, как в муфту, подчёркивая тот факт, что предаётся безделью совершенно осознанно.
Окраска
– Джей, – с наглой краткостью окликает меня, выглянув на шум из своей каморки кастелянша. В коварстве, правый глаз её скосился.
«Врань!» – поминаю лешего молча и, более того, мысле-молча, не позволяя проклятью прорасти в коммуникацию.
– Жеушо, вообще-то, – спокойно говорю я; и добавляю для корректной полноты фразы: – тётя Клаудо.
Я знаю, что ей от меня нужно, поэтому превентивно в этой моей реплике летит эстетическая концепция, восхваляющая простоту, непостоянство и естественные несовершенства. Я нахожу́ красоту в неоднородности течения времени. Но белёсая тётка, что стоит передо мной анфас – нет. Руки в боки, отёкшие ноги на ширине плеч. Давно она была ряхой. Якорным выражением, моим прозвищем среди друзей, я поймался на диалог. Надо было входить в режим пренебрежения и идти мимо, а теперь придётся использовать саботаж. Она в скуке. Это неприятное состояние возникает, когда невозможно достичь оптимального уровня возбуждения сознания через взаимодействие с окружающей средой. Скука наступает, когда существо отказывается от деятельности, соответствующей его ценностям.
– Одевайся и выходи на уборку прибашенной территории; вы оба-трое с твоим соседом манкируете; это твоя прямая обязанность, в каждую новую селену. – Клаудо указывает пальцем вверх, в небо. В этом же направлении на миг блеснула из её головы бесконечно белым тончайшая струна лжизни.
«Смотри-ка, Джей, – Кузен отметила, – ей скучно бес небес, завидует тебя, спустившегося с выси». – «Что делать, Кузен, что делать. Пусть, тварь разумная, скучает». Забыл сказать: у меня нет карманов, но есть карман. Между лопатками, изнутри камзола, на подкладке. Там у меня хвостатая норушка живёт. По кличке Кузен. Иногда я не прочь перекинуться с ней парой фраз, хотя она, надо признать, немного безграмотная.