Алексей Однолько – Татьяна, Сага о праве на различия 3 (страница 1)
Алексей Однолько
Татьяна, Сага о праве на различия 3
2045 год, январь
Москва, Дом народных советов
Пролог: Наследие и бремя
Снег тихо падал на Красную площадь, покрывая белоснежным покрывалом памятник «Возрождение». Михаил Земцов стоял у окна своего кабинета в Доме народных советов и смотрел на место, где когда-то его мать Татьяна Королёва произнесла свою первую речь как президент. Сейчас ему было тридцать два года, и на его плечи легло бремя, которое казалось непосильным.
Прошло больше двух лет с тех пор, как Татьяна ушла из жизни, оставив после себя процветающую Российскую Конфедерацию и мир, который впервые за десятилетия знал, что такое настоящий покой. Но мир, как выяснилось, приносил с собой новые, неожиданные вызовы.
За окном жизнь кипела. По улицам ехали автомобили на биоэнергетическом топливе, люди спешили по своим делам, дети играли в скверах. Это была картина благополучия, о которой мечтали выжившие в пустошах двадцать лет назад. Но Михаил знал: под этой идиллической поверхностью назревали проблемы, которые могли разрушить всё, что построила его мать.
За неделю до этого
Секретное заседание Совета безопасности
– Михаил Алексеевич, – сказала Елена Петрова, теперь уже немолодая, но всё ещё острая умом, – мы стоим перед выбором, который определит судьбу не только нашей страны, но и всего мира.
Вокруг стола собрались те, кто помогал Татьяне строить новый мир: Дмитрий Северов, поседевший, но всё ещё полный энергии учёный; генерал Тарасов, ставший министром обороны; Мария Волкова, руководившая внешней разведкой. Все они смотрели на молодого лидера с надеждой и тревогой.
– Доклады поступают со всех континентов, – продолжала Петрова. – Внешне мир процветает, но внутри накапливается напряжение. Молодёжь не помнит ужасов войны и не ценит мир. Элиты начинают считать, что демократия слишком медленная для решения глобальных проблем. А самое главное…
Она сделала паузу, оглядев присутствующих.
– Появились силы, которые считают, что человечество развивается в неправильном направлении. Они называют себя «Новым порядком» и имеют сторонников в Азии, Европе и даже в Америке.
Михаил откинулся в кресле. За последние месяцы он слышал обрывки информации об этом движении, но полная картина была страшнее, чем он думал.
– Что они предлагают? – спросил он, хотя боялся услышать ответ.
– Технократию, – ответил Северов. – Правление учёных и инженеров. Они утверждают, что только научный подход может решить проблемы климата, перенаселения и ресурсов. Демократия, по их мнению, – это роскошь, которую человечество больше не может себе позволить.
– И их поддерживают? – уточнил Михаил.
– К сожалению, да, – кивнула Волкова. – Особенно среди молодёжи. Они видят проблемы: изменение климата, которое мы пока не можем полностью остановить, растущее неравенство между развитыми и отстающими регионами, медленность демократических процедур. «Новый порядок» обещает быстрые решения.
Тарасов постучал пальцами по столу.
– У них есть лидер? – спросил он.
– Да, – ответила Волкова. – Доктор Александр Немцов, бывший российский учёный, эмигрировавший в Китай ещё до войны. Сейчас он руководит Международным институтом прогрессивных технологий в Сингапуре. Официально – просто исследователь. Неофициально – идеолог движения за «научное управление человечеством».
Михаил встал и подошёл к окну. За стеклом виднелся памятник его матери – женщине, которая доказала, что демократия может быть эффективной даже в самых тяжёлых условиях.
– Какие у нас варианты? – спросил он, не оборачиваясь.
– Три, – ответила Петрова. – Первый: игнорировать угрозу и надеяться, что движение само себя дискредитирует. Второй: активно противодействовать через дипломатию и пропаганду. Третий…
Она замолчала.
– Третий? – настойчиво спросил Михаил.
– Принять их вызов. Доказать, что демократия может решать проблемы XXI века лучше, чем технократия. Но для этого нам придётся изменить многое в том, как мы управляем страной и миром.
Михаил повернулся к собравшимся. В его глазах была та же решимость, которую когда-то видели в глазах его матери.
– Тогда мы примем вызов, – сказал он. – Но делать это будем не так, как они ожидают.
Глава 1: Тени будущего
Февраль 2045 года
Москва
Михаил Земцов проснулся в пять утра, как всегда. Привычка, выработанная ещё в детстве под влиянием матери, помогала ему начинать каждый день с ясной головой. За окном его квартиры в центре Москвы уже виднелись огни ранних пешеходов и первых трамваев на биоэнергетическом топливе.
После смерти Татьяны он мог бы переехать в президентскую резиденцию, но предпочёл остаться в обычной квартире. «Лидер должен жить среди людей, а не над ними», – говорила мать. Эти слова стали для него законом.
Завтрак был простым: каша, чай, фрукты из вертикальных ферм Подмосковья. Пока он ел, помощник Виктор Семёнов – сын того самого Петра Семёнова, который когда-то был правой рукой Татьяны – докладывал о делах дня.
– Сегодня у вас встреча с делегацией Африканского союза в десять утра, – говорил Виктор, просматривая планшет. – Они хотят обсудить программу технологической помощи. В два часа – видеоконференция с президентами Европейской федерации и Американского союза по поводу климатического саммита. А вечером…
– Вечером что? – спросил Михаил, заметив, что помощник запнулся.
– Неофициальная встреча с профессором Анной Шуваловой из Московского университета. Она просила конфиденциальную беседу.
Михаил поднял брови. Шувалова была одним из ведущих политологов страны, специалистом по международным отношениям и… бывшей ученицей доктора Немцова.
– Интересно, – пробормотал он. – А что по поводу демонстраций в Петербурге?
– Мирные, – ответил Виктор. – Около пяти тысяч человек, в основном студенты. Требуют «более решительных действий правительства в борьбе с изменением климата». Никаких инцидентов, полиция не вмешивалась.
Михаил кивнул, но его беспокоило не отсутствие инцидентов, а сами лозунги. За последние месяцы подобные демонстрации проходили по всему миру: в Берлине, Нью-Йорке, Токио, Сиднее. Везде молодёжь требовала «более эффективного управления» и критиковала «медлительность демократии».
10:00
Дом народных советов, зал переговоров
Делегация Африканского союза состояла из пяти человек во главе с министром технологий Кваме Асанте. Это был высокий, статный мужчина лет пятидесяти, с умными глазами и осторожными манерами дипломата.
– Господин президент, – начал Асанте, – мы благодарны Российской Конфедерации за помощь в восстановлении наших стран после климатических катастроф. Ваши биоэнергетические технологии спасли миллионы жизней.
– Это наш долг, – ответил Михаил. – Моя мать всегда говорила: «Мир един, и беда одних – беда всех».
– Однако, – продолжал Асанте, и в его голосе появились нотки беспокойства, – в последнее время мы наблюдаем… тревожные тенденции.
– Какие именно?
– В наших университетах, в СМИ, среди молодёжи растёт популярность идей так называемого «Нового порядка». Утверждается, что традиционные демократии слишком медленны для решения глобальных проблем. Предлагается передать власть «научным советам» и «комитетам экспертов».
Михаил обменялся взглядами со своими советниками. Проблема оказалась ещё масштабнее, чем они думали.
– И каково ваше мнение об этих идеях? – спросил он.
Асанте помедлил с ответом.
– С одной стороны, они кажутся логичными. В самом деле, почему решения о климате должны принимать политики, а не климатологи? Почему экономическую политику определяют избранники народа, а не экономисты?
– А с другой стороны? – подсказал Михаил.
– С другой стороны, мы помним, к чему приводят попытки «научного управления» обществом. В XX веке было достаточно экспериментов такого рода.
Михаил кивнул. Это был ключевой вопрос: как совместить необходимость быстрых, научно обоснованных решений с демократическими принципами?
– У нас есть предложение, – сказал он наконец. – Мы хотим создать новую модель управления. Назовём её «научной демократией».
– Что вы имеете в виду?