Алексей Ниров – Контактер. Книга 2. Виляя хвостом (страница 15)

– Понятно. И поэтому тебя к нам прислали?

– Да. Как только мне передали информацию о проколах на теле Краснова, я сопоставил данные и выехал сюда. А эту информацию я получил только потому, что второй регион, который я курирую – это ваш.

– Н-да, интересно. И что же ты думаешь?

– Возможно, если раскрыть преступление у вас, то станет более понятным то, что произошло в Нижегородской области. Или хотя бы получить какие-то дополнительные сведения по совершённому преступлению здесь, которые смогут объяснить факт убийства в указанном мной регионе.

– Ну, и что ты сейчас думаешь, когда полностью обладаешь информацией по преступлению, совершенному у нас?

– У вас ещё хуже. Вообще ничего нет. Там хотя бы убийца известен. Но он к вашему региону никакого отношения не имеет. Здесь нижегородский убийца никогда не был. Ни друзей, ни знакомых у него в вашем городе нет. Кроме увлечения спортом, у вашего погибшего Краснова ничего общего с тем убийцей-сотрудником тоже нет. И они друг друга не знали. Так что мой приезд сюда пока ни на одно из этих преступлений каких-либо ответов не дал. Вот.

– Печально, – заметил Артём. – И что же ты будешь делать?

– В данный момент я однозначно понял, что мне безотлагательно необходимо принять ещё сто грамм живительной влаги. Будешь?

– Я? Больше нет. За рулем же. А ты – пожалуйста.

– Ну, как хочешь. Может завтра, утром какая-нибудь светлая мысль в голову придёт. А сегодня уже ни о чём думать не хочется.

Выпив ещё рюмку прозрачной жидкости, Кузнецов сделал глубокий вдох и медленно выдохнул. После чего заметил:

– Ещё бы огурчик! Такой маленький, крепенький, маринованный огурчик. И совсем было бы хорошо.

Усмехнувшись чему-то, видимо из своих воспоминаний, он продолжил, меняя тему разговора:

– Огурчик! Примерчик! У меня преподаватель был, который на семинарских занятиях всегда требовал привести пример, чтобы подтвердить то, что студент правильно понял теорию. Только он всегда говорил: «Примерчик». Мы его за глаза подкалывали и говорили: «Огурчик».

– Прикольно, – удивившись, ответил Артём. – У меня в институте тоже был преподаватель по уголовному праву, который всегда говорил: «Примерчик».

– А как преподавателя звали?

– Николаев Сергей Викторович. Полковник. С большим практическим опытом, поэтому всегда очень доходчиво объяснял теоретические тонкости на конкретных примерах. И от нас того же требовал.

– А в каком институте ты учился? – с подозрительным видом спросил «гость из столицы».

Услышав ответ Артёма, он удивленно посмотрел на него и заметил:

– Вот это номер! Я тоже его заканчивал! А когда ты там учился?

Долгов назвал свои годы учебы в ведомственном учебном заведении.

– Получается, что ты поступил туда в тот год, когда я закончил обучение, – отметил приезжий оперативник. – А кто начальником курса был? «Тухлый»? Сан Саныч? И у меня тоже.

– А почему ты там учился? В Москве же есть свой институт.

– Да я сам не из Москвы. Я из Костромы. Там после распределения и работал. Это уже потом меня жизнь в Москву закинула. Как говорится, пути Господни неисповедимы.

– У меня во взводе тоже трое ребят из Костромы учились по направлениям. Только у них характерное оканье сильно заметно было, которого у тебя нет.

– Избавился. Жизнь заставила.

– Понятно. Вот так неожиданно встречаешь человека, который учился в одном с тобой институте! Жаль, что повод у этой встречи не очень веселый.

Рассчитавшись, они вышли из кафе. Пройдя немного по тенистой аллее, расположенной возле гостиницы, они присели на скамейку в тихом уголке.

Оба милиционера вспомнили преподавателей, которые учили их каждый в своё время, отмечая их смешные привычки и манеры. Кандидатов, доцентов и других научных работников ВУЗа, которые пользовались у курсантов заслуженным уважением и почётом. А также других работников института, которые, наоборот, были нелюбимы и не вызывали к себе позитивных чувств. Строевых офицеров, отвечавших за поддержание порядка на курсах и соблюдение дисциплины курсантами. Оперативники рассказывали друг другу смешные истории, которые приключались с ними в период обучения с участием общих знакомых.

Так в непринужденной, расслабленной и весёлой беседе пролетел целый час. Час, который позволил им отвлечься от настоящих проблем, разгрузив их эмоционально и, отчасти, интеллектуально.

– Да, – отметил, улыбаясь, Артём, – хорошо было учиться и не знать всех проблем, которые появляются в процессе работы. К тому же, некоторые вещи приходится переосмысливать, сталкиваясь с практическими аспектами деятельности. Уж слишком, иногда, они отличаются от того, что в теории преподают. Да и в этом бешеном ритме работы – можно с ума сойти. Те сотрудники, которые ещё с советских времён служат, отмечают, что раньше такого «трэша» не было, как сейчас.

– Точно – «трэш», – согласился с собеседником Андрей, – не каждая психика такие эмоциональные нагрузки выдержит. К нам недавно сотрудник собственной безопасности приезжал из региона, из Кировской области, на курсы повышения квалификации. Вот он рассказал, что у них в одном районном отделе внутренних дел, который обслуживает большую территорию, из-за сверхнапряжённого режима работы сотрудники уже с ума сходят. Месяц назад один оперативник уголовного розыска застрелился из табельного оружия. Пошёл во время дежурства, вечером домой поужинать. Он живёт недалеко от отдела. А через четыре часа его нашли с табельным оружием в руках и сквозным ранением в голове. Экспертиза показала, что от пули, выпущенной из его же пистолета, это ранение и было получено. Он всю обойму в воздух выпустил, а последний патрон себе в голову. Крыша поехала! Свидетелей и следов – никаких. А ещё через некоторое время в том же отделе второй оперативник резко с ума сошёл. Его уволили в связи с обнаружением психического заболевания, не позволяющим проходить дальнейшую службу в органах внутренних дел. Тот сотрудник собственной безопасности, который проходил курсы повышения в Москве, рассказал, что выезжал к этому бывшему оперативнику в психиатрическую больницу. А у того реально «голова поехала». Рассказывал, что его какие-то «черти» мучили и выспрашивали его про какого-то волшебника или чародея. Вот. Там райотдел небольшой, и таких случаев у них никогда раньше не было. А тут – бах! И двоих оперативников за неделю нет. И тоже молодые мужики. Чуть моложе меня. А всё из-за нервной работы и неумения снимать эмоциональное напряжение.

Долгов обдумывал услышанное, смотря куда-то вдаль.

– Ты случайно не знаешь, где этот райотдел в Кировской области находится? – спросил он.

– А тебе это зачем?

– Да я как-то по рабочим делам в прошлом году в Кировской области был. Поэтому и спрашиваю.

– Точно не помню. Но, кажется, километрах в восьмидесяти от самого Кирова. Там здание самого отдела какое-то нелепое. Такая «одноэтажная помпезность» в местном райцентре – это так его описал тот сотрудник из собственной безопасности из Кирова, который туда выезжал.

– Понятно.

– Ну, ладно. Уже поздно. А день сегодня был насыщенным и напряженным. И, скорее всего, будет таким же завтра. Поэтому пойду я спать. А ты?

– Я ещё немного здесь в тишине посижу, подышу свежим воздухом и тоже поеду спать.

– Тогда, до завтра.

– Счастливо, – пожелал Артём уходящему в гостиницу сотруднику эс-бэ, провожая взглядом его удаляющуюся фигуру.

Долгов в одиночестве сидел на скамейке, под ветвями густой и высокой берёзы. Он неспеша пытался осмыслить всё то, что услышал от Андрея, сопоставляя с тем, что знал сам. Усталая голова оперативника медленно «переваривала» всю имеющуюся у него информацию. В какой-то момент он подумал, что сам сходит с ума из-за того, что предположения, которые выдавал его мозг, казались не очень реальными. Но спустя ещё какое-то время работы его «серого вещества», он решил проверить свои догадки, встал со скамейки и направился к гостинице.

– К вам недавно заселился Кузнецов Андрей Юрьевич, – сказал милиционер девушке с бейджиком на груди, стоявшей за стойкой администратора гостиницы, показывая ей своё служебное удостоверение, – мне срочно необходимо увидеть его. Вы его вызовите сюда, или мне к нему в номер пройти?

– Можете пройти к нему сами, – ответила она, рассмотрев его документы, и добавила, – номер триста девять.

– Спасибо большое, – поблагодарил её мужчина и направился в сторону лестницы.

Он быстро поднялся на третий этаж, нашёл дверь и номер с нужными цифрами и быстро постучал в неё.

Когда дверь открылась, и Кузнецов увидел стоящего снаружи Долгова, то он слегка удивился:

– Я думал, что ты уже спать уехал. Случилось что-то?

– Нет, слав богу. Но, нужна твоя помощь. Одевайся. Возьми блокнот или ежедневник, и едем в отдел. Пока доберёмся до него, буду тебе диктовать.

– Зачем? Что ты придумал?

– Одевайся и поехали. Быстрее всё сделаем – раньше тебя обратно привезу. Так надо. Поверь. Потом всё объясню, как будет информация.

6

Артём открыл дверь и вошёл в кабинет Сорокина. Тот сидел, как обычно, за своим рабочим столом и читал какой-то документ.

– Приветствую, Петрович, – поздоровался оперативник. – Вызывал?

Начальник бросил быстрый взгляд на часы, которые показывали двадцать пять минут девятого утра.

– Да, вызывал, – сказал он. – Присаживайся. Ты сегодня ночевал дома?