Алексей Мошков – Метахак (страница 13)
— Завтра изможденный долгой дорогой Бро собирается отсыпаться, — сообщил нибел.
— Кое-кто пообещал нам помощь в приобретении дракона! — напомнил Лекс.
— Обязательный Бро свое слово держит. Вот отдохнем как следует, пойдем в Драконьи стойла и купим подходящего.
— Нам нужен еще и погонщик, — напомнил Фэнгол. — Вы и впрямь готовы, уважаемый Бро, пойти с нами к Великой Грибнице?
— Отважный Бро слов на ветер не бросает, — проговорил нибел, с трудом справляясь с зевком.
— Ладно, об этом потом! — отмахнулся наемник. — Сейчас есть другая забота…
— Что делать с нашей королевой? — проницательно догадался чародей.
— Вот именно, — вздохнул Лекс. — Здесь ее оставить нельзя, взять с собой тем более… Я надеялся, что в городке отыщутся ее сородичи, но хозяин уверяет, что они здесь редкие гости.
— Заплатить хозяину, — сонно пробормотал Бро, — чтобы заботился о ней до нашего возхр… хр-р-р.
Нибел уткнулся носом в столешницу и захрапел.
— Возвращения… — с усмешкой отозвался наемник, хотя Бро его уже не слышал. — Если я целым и невредимым прорвусь в Заперевалье, обратно тем же путем не пойду ни за какие деньги.
— Да, это было бы неразумно, — подхватил Фэнгол.
— Ничего мы сейчас не придумаем, — сказал Лекс. — Пора по комнатам, отсыпаться, подобно нашему словоохотливому другу…
Стойла, где держали предназначенных на продажу драконов, были сердцем Драконьего рынка. Раз в несколько дней здесь устраивался аукцион, на который выставляли лучшие экземпляры. Аукцион был главным зрелищем и развлечением для горожан и приезжающих. Сюда стекались толпы народа. Рассаживались по скамьям амфитеатра целыми семьями, громко болели за покупателей, которые виртуознее других торговались с аукционистом, бочками поглощая красное пиво, не забывая и про другие хмельные напитки, грызли орехи и цукаты, орали, свистели или, затаив дыхание, ждали результата торгов.
Наемник Лекс и его спутники уселись в почетном первом ряду, куда по правилам допускали только потенциальных приобретателей. Прямо перед ними были широкие ворота, откуда выводили на специальный помост драконов. Сами стойла располагались в обширном подземелье — целой сети естественных пещер, которые были расширены и благоустроены. Для проветривания в потолке пещер были пробиты особые шахты, откуда время от времени вырывались клубы дыма и доносился приглушенный рев. Трибуны были отгорожены от помоста высокими, наклоненными внутрь столбами с тяжелыми коваными решетками между ними.
В особой башне размещался аукционист, который расхваливал товар, называл суммы и возвещал о продаже очередного огнедышащего чудища через огромные медные рупоры, искусно выполненные в виде морских рыб. Участникам аукциона выдали черные дощечки, на которых мелом можно было писать предлагаемую сумму. Все было готово к зрелищу. Пронзительно запели трубы глашатаев, призывающие зрителей к тишине, и над амфитеатром разнесся усиленный медными рупорами голос главного аукциониста Драконьего рынка, нибела Кро из клана Меднозвонцев.
— Итак, мы начинаем! Лот первый! Дракон по кличке Лютый! Свиреп с врагами и кроток с хозяином! Предъявите лот!
С душераздирающим скрипом отворились ворота, и четверо громадных спорков вывели на помост черного как смоль четырехлапого змея с недоразвитыми, как у всех драконов, нетопырьими крылышками на спине.
— Стартовая цена — три бруска вольфрама! — возвестил Кро. — Кто больше?
Над первым рядом взметнулась черная дощечка.
— Пять брусков!.. Пять брусков раз, пять брусков два… Семь брусков! Семь брусков раз… Десять брусков!..
— Может, возьмем? — спросил Лекс у своего спутника нибела. — Недорого просят…
— В том-то и дело, что недорого, — усмехнулся Бро. — Тот, кто купит этого Лютого, наплачется с ним. На редкость ленивая и прожорливая тварь…
Тем временем ленивую и прожорливую тварь продали за тринадцать брусков. Спорки увели проданного дракона и привели следующего. Этого звали Вертким. И не напрасно: служители аукциона едва удерживали его на цепях. Он весь был как живая ртуть. Верткого продавали недолго, конечная цена чуть-чуть отличалась от стартовой. Третьим оказался изящный дракон, покрытый зеленоватой, с изумрудной искорками чешуей. Этот вел себя на редкость благонравно. Уселся посреди помоста, повел головой, выдохнул аккуратный язычок пламени и звонко щелкнул кончиком длинного хвоста. Амфитеатр взорвался аплодисментами и приветственными криками.
— Лот третий! — возгласил главный аукционист. — Дракон по кличке Чистоплюй! Воспитан, послушен, исполнителен! Стартовая цена тридцать золотых! Кто больше?
— Вот этого надо брать! — шепнул наемнику нибел.
— Не слишком ли много достоинств? Да и дорого просят…
— Проницательный Бро плохого не посоветует!
Лекс вздохнул, вывел мелом число 31 и поднял дощечку над головой.
— Тридцать один! — возвестил Кро. — Кто больше!
Одна за другой стали подниматься таблички.
— Тридцать четыре… тридцать шесть… тридцать восемь… — тараторил аукционист.
— Что же ты не торгуешься?! — шипел Бро. — Торгуйся! Уведут!
— Не уведут, — бормотал Лекс, чувствуя, как жар азарта охватывает его.
Через несколько минут сумма взлетела до пятидесяти золотых и продолжала расти. Нибел уже махнул на наемника рукой, решив, что тот совсем отказался от борьбы. Наконец, когда Кро проорал на весь амфитеатр: «Пятьдесят пять раз… пятьдесят пять два… пятьдесят пять…» — наемник написал на дощечке единицу и условный знак платины и поднял высоко над головой.
— Вот это торг! — с искренним восхищением завопил главный аукционист. — Один брусок платины раз, один брусок платины два, один брусок платины три! Продано!
Толпа на трибунах вскочила, заулюлюкала, засвистела.
— Вот ты молодец! — заорал Бро, хлопнув Лекса по плечу.
Фэнгол уважительно кивнул, а Рия неожиданно обняла наемника и поцеловала. Лексу было приятно, что друзья им восхищаются. Особенно его растрогал поцелуй дриады, которая ему нравилась с каждой минутой все больше. И все-таки его не оставляло ощущение, что он пошел на поводу у болтуна нибела и собственного азарта. А это не могло кончиться добром.
Уровень седьмой
Приобрести дракона мало, нужно было нанять погонщика, который бы им управлял. А вот с этим возникли проблемы. Мало того что погонщики дорого просили за свои услуги, — на это Лекс еще мог бы пойти — проблема заключалась в том, что как только нанимаемые узнавали о том, что наниматель намерен пересечь Великую Грибницу, у них сразу пропадала охота с ним торговаться и вообще разговаривать. Никто и никогда еще не углублялся в земли спорков далее, чем на несколько миль. Одно дело совершить набег, вырвать из пут Грибницы двух-трех гигантов, чтобы потом продать в качестве рабов на невольничьем базаре, другое — день за днем продираться сквозь непроходимые заросли Спор, кишащие самыми хищными тварями Междумирья.
Да и с каждым годом Великая Грибница захватывала все больше земель, разрастаясь на них, словно злокачественная опухоль. Несколько дней наемник бродил по Драконьему рынку, толкуя с погонщиками, а вечерами возвращался в «Опыря и ложку», поднимался к себе в «Гладиолус», валился на широкую постель и засыпал. Не удавалось ему обнаружить и сородичей Рии, и он уже склонялся к мысли оставить девушку в гостинице, шедро заплатить Мра, чтобы присматривал за нею и при первой же возможности передал в руки других дриад. Лекс и сам себе не хотел признаться, что, будь его воля, он ни за что бы не расстался с Рией.
Спутники наемника, похоже, не разделяли его тревог. Чародей не вылезал из своей комнаты, колдуя над травами, склянками и записями. Нибел часами пропадал в Драконьих стойлах. Дриада тоскливо бродила по гостинице, пела печальные песни, а иногда помогала Фэнголу, рассказывая о колдовских свойствах растений, в которых ее соплеменники разбирались лучше других рас. Узнав о том, как проводит дни Рия, Лекс еще сильнее встревожился: идея оставить ее в гостинице уже не представлялась ему подходящей. Нужно было придумать что-нибудь другое…
Наконец настал день, когда нужно было принимать решение. Пора было отправляться в путь, иначе носитель железного кольца, который нанял Лекса для поиска беглой принцессы, мог счесть его клятвопреступником со всеми вытекающими отсюда последствиями. Наемник велел хозяину гостиницы накрыть роскошный стол и собрал за ним всех своих спутников. Не подозревая, что назревает серьезный разговор, чародей, нибел и дриада по достоинству оценили старания гостиничных поваров, которые сделали все, чтобы удовлетворить вкусы каждого гостя. Красное пиво лилось рекой, явства поглощались с завидным аппетитом.
— Это наш последний пир в этом пристанище, — заговорил Лекс о том, что его терзало. — На днях мы с уважаемым Фэнголом отправляемся дальше. Нужно решить с тобой, Бро, и с вами, Рия…
— С мужественным Бро решать нечего, — отозвался нибел. — Без него вы не продвинетесь через Грибницу и на милю.
— Это почему? — спросил наемник. — Дракон у нас есть, а погонщика я завтра-послезавтра найду…
— Так и незачем искать! — откликнулся упрямый нибел. — Старательный Бро не напрасно пропадал в стойлах столько времени. Теперь Чистоплюй слушается его, как родную маму…
— Да кто тебе разрешал?! — возмутился Лекс. — Как его теперь другой погонщик укротит?!