Алексей Миронов – Вторжение в Китай (страница 24)

– Ребята, говорит «Ястреб один»: у нас провожатые. Встречаем гостей. «Четвертому» отдельная задача – вернуться на базу и причесать, чтоб ни одна ракета с нее больше не взлетела. Петруха, ждем тебя в этом квадрате.

Петруха посмотрел на приборы. С запрятанной среди сопок авиабазы приближалось четыре самолета-истребителя. Четыре на четыре. Он был пятым. Его участие в воздушной схватке могло решить дело, но у командира звена было свое мнение. А Петруха Фокин, старший лейтенант ВВС, снова был в строю.

– Понял тебя, «Первый», – нехотя ответил Петруха, разворачивая самолет. – Приступаю к выполнению боевой задачи.

Су-35 немного отклонился от обратного курса и направился к базе облетом. Поднимавшиеся китайские пилоты, конечно, видели его на своих радарах, но атаковать почему-то не стали. Никто не бросился наперерез одинокому истребителю, отделившемуся от звена. Зато его соплеменников без внимания не оставили. Из-под крыльев китайских самолетов сорвались ракеты класса «воздух-воздух» и устремились на встречу «сушкам». Те открыли ответный огонь. Завертелась свистопляска воздушного боя.

Пронесшись чуть в стороне, Петруха разглядел атакующих китайцев. Из четырех самолетов два истребителя походили на Миг-29 российского производства. А два других вытянутых силуэта с треугольными крыльями напомнили ему французский «Мираж 2000-С». Этот самолет долгое время стоял на вооружении Франции как основной ударный истребитель.

Узрев французские «Миражи» из астрала, Гризов поневоле отметил, что Китай высасывал технологии не только из России, но также из Франции, Германии и других стран, от которых можно было получить хоть что-то ценное. Дружба эта была полезной только для самого Китая, как ни уверяли себя в обратном его партнеры.

Поднебесная дружила с окружающим миром в полном соответствии со своей древней философией: Китай – центр мира, все остальные – варвары. Освоив новые технологии, эта страна быстро прощалась со своими вчерашними друзьями. Поэтому долго дружить с Китаем было невозможно. «Китай тебя просто не видит, – подумал Гризов. – В лучшем случае – смотрит сквозь тебя на далекие горизонты. И, надо сказать, Китай прав. России надо делать то же самое, только быстрее и лучше. Слишком уж долго она раздумывает и бездействует, упуская возможности».

Но старлея сейчас не беспокоили размышления о судьбе отечества. Даже о своей судьбе ему думать было некогда. Надо было атаковать. И он зашел на вираж со стороны солнца, блеснув плоскостями. Устремившись туда, где посреди сопок пряталась авиабаза «Красный рассвет», так долго служившая тюрьмой для пилотов.

В ту же секунду радар истребителя зафиксировал старт ракет из двух разных точек. Китайцы оборонялись. Компьютер Су-35 записал координаты ракетных установок и дал ответ. Ракеты китайской ПВО не успели преодолеть и половины расстояния, а Су-35 уничтожил их ответным залпом. Затем, ворвавшись в воздушное пространство над базой, Петруха сбросил бомбу с лазерным наведением прямо на первую ракетную установку. Не успел взрыв разметать ее в клочья, а Су-35 устремился ко второй, в которой шла перезарядка. Не теряя ни секунды, истребитель нырнул к самой земле, прошелся над сопкой, едва не чиркнув по ней брюхом, выпустил ракету по второй цели и резко взмыл вверх. Прогремел взрыв. На месте сопки с установкой ПВО теперь зияла огромная воронка. Из развороченной земли торчали куски искореженного железа.

Фокин выровнял истребитель и осмотрелся: откуда еще ждать атаки? Электронно-оптический комплекс засек опасность на дальнем краю базы, – оттуда по нему стреляла скорострельная автоматическая пушка. Трассеры зенитного огня прошивали небо совсем рядом. Кроме того, по взлетному полю на старт выкатывались еще десять китайских «Миражей».

Петруха чуть не выронил штурвал из рук от досады. Черт побери, он словно забыл, что это авиабаза! Значит, на ней не только ПВО, но и самолеты имеются. И немало. Когда китайские истребители взлетят, расклад будет ясен, даже если за штурвалами не окажется асов. Возьмут количеством. А ведь первый бой еще не закончился.

Фокин проверил боезапас. Остались только неуправляемые ракеты и бомбы. Отлично. Не обращая внимания на зенитный огонь, машина старшего лейтенанта ВВС России спикировала вниз и рассеяла веером ракеты над взлетной полосой авиабазы «Красный рассвет». Удар был удивительно точен. Из четырех пущенных ракет три нашли свои цели-самолеты, а последняя превратила в руины здание, над которым крутилась тарелка радара. Взрывной волной остальные самолеты повалило на бок, ломая крылья. У двух китайских «Миражей» оторвало хвосты. Не взлетел никто.

– Вот так! – крикнул Петруха. – Вас, гадов, надо бить на взлете!

Старлей еще раз с удовольствием прошелся на бреющем полете вдоль полосы, заваленной обломками самолетов, причесав их из скорострельной пушки. Напоследок сбросил бомбу на здание казармы. Авиабазы «Красный рассвет» больше не существовало. Сгинули вместе с ней и культурный следователь Чан Пай, и старый маньяк Фэй с учениками. Немного беспокоила Петруху мысль о том, что не успел сбежать русско-китайский разведчик Пак. Но, вспомнив о том, что тот натворил еще до начала воздушного боя одними иглами, Петруха успокоился. Такой матерый волк просто не мог сгинуть под бомбежкой. Наверняка жив, курилка.

Успокоившись, старлей сделал вираж и сбросил еще одну бомбу на последний, стоявший поодаль ангар. На всякий случай. Вдруг там еще осталась парочка неучтенных истребителей. Но после попадания бомбы в ангар раздался такой мощный взрыв и поднялось облако такого черного дыма, что Петруха решил, будто ненароком уничтожил склад ГСМ. Впрочем, может, так оно и было. Кто же теперь разберет.

Из всего охранения авиабазы уцелела только одна упорная зенитка, которая за время налета несколько раз едва не зацепила его своими снарядами. Петруха сверился с показаниями компьютера: ни бомб, ни ракет уже не было, но зато имелась зачетная тридцатимиллиметровая пушечка ГШ-30.

– Дуэль так дуэль, – решил Петруха, укрывшись за дымовой завесой, благо над разрушенной авиабазой дым сейчас стоял столбом.

Истребитель вновь клюнул носом и прижался к самой земле, уйдя с радаров.

Зенитка была смонтирована в кузове грузовика «Урал», что стоял в стороне от места основных событий. Спрятавшись между сопками, китайские зенитчики вращали турель и вели яростный огонь по верткому истребителю, который в одиночку смог раздолбать всю оборону авиабазы. Но зацепить его никак не удавалось. Неожиданно Су-35 исчез с радара. После секундного затишья рев его двигателей вдруг раздался прямо над зенитчиками. Старлей поймал в перекрестье лазерного прицела грузовик и открыл огонь. Снаряды из пушки в одну секунду размолотили «Урал» вдребезги вместе с расчетом. А взрыв боеприпасов рассеял остатки зенитчиков по окрестным сопкам. Всё. Точка поставлена. Можно подниматься.

Су-35 резко взмыл вверх, пронзив облака. Все это время Петруха слышал по радио переговоры «Ястребов» и по общему тону понял, что дела у ребят обстояли неплохо. Бой четыре на четыре они выиграли со счетом четыре ноль. Противник был уничтожен полностью, без потерь со стороны русских пилотов. Но на всякий случай, еще не набрав нужной высоты, старший лейтенант вышел в эфир и сообщил:

– «Ястреб один», здесь «четвертый».

– Слышу тебя, – радостно отозвался «Ястреб один». – Как дела, Петруха?

– Отлично, объект причесал. Больше никто не огрызается.

– Понял. У нас тоже без потерь. Идем в сторону дома. Следуй за нами.

В этот момент в разрывах облаков Петруха невооруженным глазом разглядел далеко внизу огромный белый купол. Вокруг него были рассыпаны такие же купола поменьше. Без всякой маскировки.

«Это еще что за ерунда?» – подумал любопытный от природы старлей.

– Скоро буду, – выдал в эфир Фокин. – Вижу прямо по курсу интересный объект на земле. Срисую координаты.

– Только быстро, – разрешил «Ястреб один», – в бой не вступать.

– Я аккуратно, – успокоил командира звена Петруха, – комар носа не подточит.

И его Су-35 снизился, вынырнув из плотных облаков. То, что увидел старший лейтенант в следующее мгновение, явно не предназначалось для открытого просмотра. Огромный белый купол между зеленых сопок был похож на пузырь необъятных размеров, а рассыпанные вокруг него купола поменьше довершали сходство с поверхностью воды во время дождя. Но странными куполами дело не ограничивалось. Сквозь бескрайний лес протянулась гигантская бетонная полоса, очень напоминавшая взлетно-посадочную. Петруха даже рассмотрел на ней самолеты. Их было всего пять штук. Зато все размером с футбольное поле. И какой-то странной формы, словно серебристые киты с короткими плавниками.

– Гражданский аэродром в лесу? – спросил сам себя озадаченный Фокин, но, рассмотрев повнимательнее самолеты, допустил другой вариант. – Космодром? Это про него, что ли, меня Чан Пай спрашивал?

Первой мыслью бравого летчика было, что он рехнулся от долгого плена в китайских застенках.

– Мистика какая-то, – пробормотал старлей. – Минуту назад здесь ничего не было и в помине. Я же не сводил глаз с радара.

Но первое впечатление не отпускало. Очень уж эти самолеты походили на космические челноки типа «Шаттл» или «Буран». Только размером побольше и крылья у них были толстые, словно там было спрятано оружие. Кроме того, в дальнем конце гигантской взлетной полосы Петруха узрел стартовый стол, на котором стояла готовая к запуску в космос грузовая ракета. Не русская, не американская, местная – китайского производства. Ярко-красный флаг с желтыми звездочками был хорошо различим на обтекаемом носу. И эта ракета была колоссальной. Таких больших Фокин ни разу в жизни не видел. Если бы Петруха мог прочесть намалёванные на борту иероглифы, то узнал бы, что она называется «Чанчжэн-99».