Алексей Миронов – Комплекс полноценности (страница 36)
Популярность певиц на Западе принимала порой странные формы. Та же Мэрайя Кэри, однажды после радиоинтервью на ВВС, отправилась пописать в туалет. Работники радиостанции дождались, пока она выйдет, и отодрали стульчак от унитаза. А вскоре объявили, что «Стульчак Мэрайи» будет продан на благотворительном аукционе за триста тысяч долларов. «И где вас таких только делают», – подумал тогда Гризов. Он долго не мог поверить, что людям в развитых экономически и недоразвитых в смысле культуры странах настолько скучно жить, что они всерьез интересуются такой ерундой. Впрочем, ничего личного у них, как известно, никогда не было. Только бизнес.
Глядя на бой быков в «Останкино», Антон неожиданно ощутил в происходящем что-то близкое, родное, животное. Что-то зашевелилось в нем, захотелось самому ринуться в драку и набить морду кому-нибудь просто потому, что она не нравится.
Гризов вскочил со своего места.
– Ну, Григорий, пора кончать этот шоу-бизнес.
– Вас понял, – отозвался Забубенный.
– Стирай всех, кроме «Барбарисок», – Антон прислушался к сообщению анализатора. – Дуры малолетние, конечно, но у них есть шанс одуматься.
Сделав несколько шагов, Григорий встал в проходе между дерущимися и охраной. Не торопясь, словно всю жизнь этим занимался, достал из сумки гигантский фотоаппарат, на деле являвшийся переносным «Прерывателем импульсов агрессивности», поскольку насчет радиуса действия «УХЛЫ» были сомнения. Немного поколдовал над ним с помощью «Генератора формы». Теперь мощный прерыватель оказался похожим на ручной пулемет средней дальности с двенадцатью воронеными стволами и свисающей до пола лентой. Все как полагается в таких случаях. Григорий медленно навел пулемет на клубок дерущихся тел.
– Внимание, – громко предупредил Забубенный, – сейчас вы будете стерты, если не остановитесь. Не пытайтесь перезагружаться.
Ему никто не ответил. Драка продолжалась. И только продюсер, выхватив смартфон, в ужасе попытался кому-то позвонить.
– Покайтесь, грешники! – добавил Григорий уже тише. – Ну, я вас предупредил.
То, что произошло в следующее мгновение, больше всего изумило самого Забубенного. Никого огня и грохота не случилось. Не удалось ему в полной мере ощутить себя матросом Железняком среди озадаченного правительства. Григорий водил бешено вращающимися стволами пулемета от стены к стене, но людей не разрывало в клочья, не текли реки крови, не отлетали оторванные руки и ноги. Лишь десяток папарацци вместе с продюсером выпорхнули наружу через разбитое в драке окно. Все остальные в конференц-зале тихо превращались в дым и расплывались по помещению.
Когда все закончилось, Антон прошел мимо ошеломленных «Барбарисок», застывших в своих разорванных нарядах, словно эротические пособия для садомазохистов, и с грохотом открыл несколько здоровенных окон. В задымленное помещение ворвался свежий ветер, мгновенно разогнав остатки дыма по углам.
– Ну, девочки, – сказал Антон, глядя на изумленные лица излеченных от вируса, – нам пора. Извините за беспокойство. Дальше вы уж сами разберетесь, что делать. Пойдем, Григорий, а то ещё придется на лифте спускаться.
Пилоты взяли сумки и сквозь стену направились к выходу.
– Теперь куда? – уточнил Забубенный, когда боевой драндулёт отчалил от Останкинской телебашни и бесшумно повис в воздушном пространстве, словно корабль-призрак.
– Запрос пять тысяч девятьсот девяносто девять. Загородная вилла директора швейной фабрики «Красная нить». Тюменская область, поселок какие-то Кошуки. Там директор с женой и тремя мертвыми любовниками и еще тридцать охранников. Вернее, теперь двадцать семь, так как трое охранников тоже оказались любовниками. Ну, охранники и любовники нас не интересуют. Это дело семейное. А вот сам хозяин дома и собаки, которые покусали девочку, очень даже.
За какие-то пятнадцать минут драндулёт преодолел расстояние от Москвы до Тюмени и летел над квадратом, в котором находилась дача директора швейной фабрики «Красная нить». Когда внизу на берегу озера показался искомый объект, то Антон не поверил своим глазам. Он решил, что шарообразная армаранская карта ошиблась и увела корабль с курса. Но инопланетяне не ошибаются. Гризов и представить себе не мог, что дача скромного директора швейной фабрики сможет напомнить ему неприступную крепость Ля-Рошель в лучшие времена для гугенотов.
Антон обратился к «Анализатору сущности» и просмотрел прошлое директора. Дача находилась на берегу озера, добрых два гектара этого берега были нагло отгорожены крепостной стеной высотой три метра и толщиной в пять кирпичей. По документам сооружение числилось небольшим домиком в садоводстве, а приусадебный участок шестью сотками. По верху стены вилась колючая проволока под напряжением. Сам дом состоял из семи башен с узкими окнами-бойницами, из которых торчали длинные стволы настоящих пулеметов. Архитектурный ансамбль продолжали ангар-спальня и две террасы, одна над другой, с видом на озеро. Из-под нижней террасы был прорыт тридцатиметровый канал, по которому прямо из спальни хозяин мог выехать на водном мотоцикле в это самое озеро. На крыше ангара-спальни стоял купленный по случаю в соседней воинской части вертолет Ми-8 с полным боекомплектом.
«Драндулёт-1» сделал круг над постройками, пока инопланетные анализаторы прощупывали внутренние помещения. По периметру дачи вдоль всех стен расхаживали пятнадцать охранников с автоматами Калашникова. Еще девять охранников, все бывшие каратисты, прогуливались по внутренним помещениям. А у дверей неусыпно бдели двое новичков. Эти вообще были ниндзями и охраняли двери в опочивальню только с утра.
Так случилось, что хозяин, неожиданно вернувшись из командировки, никого не застал у дверей, зато обнаружил шестерых охранников в спальне у своей жены. И сильно рассердился. А когда он сердился, то стрелял без предупреждения. Всех шестерых охранников он положил прямо на месте из автомата Калашникова, заменив их временно ниндзями. В данный момент окровавленные тела любовников валялись на полу спальни. Жена нервно курила. Муж сидел, обхватив вороненый ствол автомата, и размышлял. А у его ног лежали три ротвейлера, два добермана, два мастино неаполитано.
Диспозиция была понятна. Антон мягко нажал на кнопку бортового «Прерывателя импульсов агрессивности», и охранники, в мозгу которых накрепко была вбита команда хозяина «Мочить всех, кто не наши», замкнули свою агрессивность на себя.
Во дворе дома мгновенно вспыхнула перестрелка. Охранники бегали по периметру, переползали с места на место, прячась за контейнерами и тремя стоявшими во дворе «мерседесами», но все было напрасно. Один за другим они все быстро погибли.
Очень скоро остались только двое ниндзей у дверей спальни, но и до них дошел приказ «Прерывателя импульсов агрессивности» закольцевать свой гнев. Ни секунды не сомневаясь, оба сделали харакири штык-ножами от автомата Калашникова.
Сам хозяин был избирательно освобожден от блокады гнева. Он с изумлением наблюдал через окно-бойницу за тем, как его охрана расстреливала сама себя, и волосы у него медленно вставали дыбом. Сначала он решил, что на дом напала соседняя группировка с целью захватить комбинат «Красная пить», а его отправить в расход. Однако внешнего врага нигде не было видно. Охрана лупила очередями друг в друга, словно заправские зомби. А когда на глазах директора во двор без звука опустилось какое-то крылатое обтекаемое чудище, одним махом расплющившее все три «мерседеса», хозяин решил, что «крыша» у него окончательно съехала и надо ждать появления инопланетян или белочки. А, может быть, всех вместе.
Но, к его растущему ужасу, из откинутого люка вышли не зеленые инопланетяне с антеннами на голове, которых он уже готов был увидеть, а всего лишь два земных мужика. Причем даже без оружия.
Иван Пантырин, больше известный в узких кругах по кличке Пантон, присел на стул, высунул дуло автомата в бойницу и передернул затвор. Он привык стрелять во всех незнакомых. Так было надежнее.
«Не надо, – отозвался у него в мозгу чей-то неведомый голос, – не поможет». Но он уже жал на курок. Последовал взрыв, которым ему оторвало кисти рук. Выронив обломки автомата, Пантон грохнулся навзничь, заливая паркет кровью. Жена по-прежнему нервно курила. Привыкшие к такому шуму собаки спокойно лежали, облизываясь.
Спустя некоторое время незваные гости, поднявшись по резной лестнице из красного дерева, сотворенной настоящим мастером своего дела, появились в спальне и подошли к Пантону.
– Денег дам! – хрипел Пантон, корчившийся на полу. – Много!
– Нам не надо, – ответил за двоих Григорий.
– Всем надо, – хрипел Пантон, – договоримся, только не кончайте!
– Не пресмыкайся, падаль. Умри мужиком, – сказал Антон и бросил перед ним фотографию изуродованной собаками девочки. – Узнаешь? Твои питомцы поразвлеклись?
Пантон завыл.
– Вы что, ее родственники? Да я денег дам много!!! Сколько хочешь!
– Да слышали мы уже про деньги, не глухие, – повторил Григорий. – Вот ведь неизлечимый! Ты бы перед смертью что-нибудь новое сказал. Например, все люди – братья!