Алексей Миронов – Комплекс полноценности (страница 23)
Попытавшихся проникнуть на фуршет под видом штатных работниц «Гласа» пестрых цыганок Герман быстро прогнал, поскольку считал их методы работы и предсказаний судьбы ненаучными.
Увидев официального представителя «Гласа», Антон решил допросить хотя бы его на предмет качества связи аппаратов российско-израильской компании. Герман с радостью согласился, выпил зажатую в руке рюмку водки и дал интервью по всем правилам. После этого Тутулин, покосившись на уставленный бутылками стол, который с космической скоростью опустошали гости, предложил продолжить деловое общение за рюмкой шнапса. Антон согласился. И зря – пришлось добрых сорок минут слушать про гороскопы.
Как выяснилось после пятой рюмки, писать гороскопы можно и без специального образования. Вот, например, он, то есть Герман, образования вообще не имеет, учился в школе с двойки на единицу, со службы выгнали почему-то, но зато гороскопы какие пишет. Ого-го, закачаешься! Герман даже предложил Антону бросить к черту свой скучный деловой «ПД» и перейти к ним в «Глас», на вакансию редактора нового картографического приложения «Как найти дорогу домой в тумане с помощью звезд». Антон вежливо отказал, сославшись на неудачную фазу Луны, которая не позволяла ему именно сегодня принять столь ответственное решение. Пораженный космическими знаниями собеседника Герман вдохновенно замолчал, но потом все-таки предложил Антону подумать на досуге. Перед уходом Антон поднял тост «За удачную фазу», на том и расстались.
Неожиданный телепатический вызов Забубенного заставил Антона отвлечься от нахлынувших воспоминаний: «Внимание, „Драндулёт-1“ вышел на исходную позицию на пустыре! Инопланетные учредители с нами. Ждем просто директора».
– Сейчас буду! – ответил Антон вслух и, закрыв входную дверь, стал спускаться по лестнице.
Глава восьмая
Кони педальные
Когда Антон вышел во двор, то обнаружил, что скоро рассвет. Видно, нахлынувшие воспоминания захватили его настолько, что он грезил почти всю ночь. «Странно, а что же Забубенный? – подумал Гризов, заворачивая за угол. – Обещал в самую глухую темень испытания проводить, а скоро уже машин на дорогах будет не протолкнуться».
Когда он вышел на пустырь, то в ночном полумраке увидел то, что никак не ожидал увидеть, хотя от Забубенного можно было ожидать всего. Ну джип, ну болид «Формулы-1», ну «Супер-Нива» с реактивным двигателем! Но, распространяя вокруг себя тусклое зеленоватое сияние, словно скрещенный с бегемотом светлячок, на середине пустыря стоял гибрид боевой машины пехоты и Су-35. На башне этого чудища сидел главный конструктор, сияя ярче своего детища.
Гризов осторожно приблизился и медленно обошел вокруг загадочный агрегат.
– Чего смотришь, залезай внутрь! – приветствовал его как никогда улыбчивый Григорий.
После его слов в левом борту, сразу за коротким крылом, открылся прямоугольный люк. Откинутая крышка из-за ступенек на внутренней стороне походила на трап самолета. Сам технический директор выглядел сейчас, как лихой спецназовец на броне БТРа, который только что вернулся с боевого задания на передке. Ему не хватало разве что камуфляжа и автомата Калашникова.
– А чего он светится-то? – удивился Антон.
Забубенный гордо посмотрел вниз на просто директора.
– Все вопросы – к Васе! Это он подсунул мне какой-то живой двигатель, который без симбиоза с корпусом работать не может. Вот теперь у них как раз самый разгар симбиоза, видать. Вася сказал, будет светиться еще дня два. Потом перестанет. Да ты не боись, его ведь, как Васину «тарелку», только мы с тобой и видим. Для остальных здесь – пустое место.
Антон осторожно, бочком, протиснулся в узкую щель люка. Внутри «Драндулёт-1» выглядел довольно просторно, но неожиданный армейский аскетизм Забубенного был виден и здесь невооруженным глазом. Основной объем летательного аппарата средней дальности занимали четыре широких кожаных кресла. На вид они были очень удобные, но едва Гризов уселся в крайнее правое переднее, как тут же ощутил себя в тисках испанской инквизиции. Его плечи и ноги подались вперед, а спина выгнулась колесом, так что он стал похож на вдохнувшего прыгуна с вышки. Если бы не умный армаранский ремень безопасности, которым он тут же был пригвожден к креслу, то Гризов, вероятно, выпадал бы из него на каждом повороте.
При посадке позади себя Антон заметил инопланетянина Васю в уже привычном виде мерцающего хирурга, который бодро поздоровался с ним:
– Приветствую тебя, потомок Великого Тукана, на борту нашего нового корабля! Сегодня великий день! Сегодня мы начнем борьбу с вирусом X!
– Да, да, – согласился Антон, безуспешно пытаясь найти общий язык с креслом.
Скоро на пилотское кресло уселся сам главный конструктор, за которым с тихим чавканьем захлопнулся входной люк. Чавканье говорило о хорошей герметичности, но Гризов не помнил о том, чтобы новой машине ставились конкретные задачи по подводному плаванью.
Неожиданно взгляд Антона приковала к себе панель приборов, которая располагалась прямо перед ним. Панель больше походила на широкую серую доску, прикрепленную к полу с помощью двух опор по бокам. Вся штука состояла в том, что приборов на ней никаких не было. Гризов непонимающе уставился на Забубенного.
– Это, так сказать, виртуальная панель, – начал оправдываться технический директор. – Я слово такое вычитал в книжках. Виртуальная, значит – воображаемая, как я понимаю. Честно говоря, я еще не придумал, какие приборы на ней разместить. Знаю, что в машине должна быть панель приборов, а какие приборы сюда пихать, не знаю. Топлива нам не надо – двигатель у нас вечный, армаранский. Поэтому ни датчиков топлива, ни нагрева и охлаждения двигателя нам не требуется. Ограничения скорости соблюдать незачем, все равно никто не увидит и не догонит. Значит, и спидометра не надо. Управления закрылками и хвостом – дело автопилота.
– А руль? – неуверенно спросил Антон,
– А, это есть. – кивнул Григорий. – Только это не руль. Руль нам тоже не нужен.
И Забубенный опустил правую руку вниз, обняв ладонью теплую обтекаемую ручку джойстика, который находился гам, где обычно торчит рычаг переключения передач.
– Все самолеты управляются джойстиком. Это я тоже в книжке вычитал, – прокомментировал свой выбор Григорий. – Гораздо удобнее, чем руль, Современные технологии!
– А если нам по дороге ездить придется, ты тоже джойстиком рулить будешь? – уточнил на всякий случай журналист.
– Ага! Все трактора управляются джойстиком, – гнул свое Григорий.
– Ну ладно, – согласился Антон. – Заводи свою межгалактическую разработку среднего радиуса действия. Кстати, а четвертое кресло ты для кого заготовил, для попутчиков?
– Для секретарши. Ей же надо будет где-то сидеть.
– А, – понимающе кивнул Гризов. – Идея-фикс. Значит, будем обзаводиться секретаршей. Раздувание штатов. Ладно, без секретарши в нашем деле все равно не обойтись, поехали.
У Григория нашелся-таки портативный пульт управления, который неожиданно выдвинулся из левого подлокотника кресла, – сказывалось общение с более продвинутыми космическими родственниками. Пульт представлял собой прозрачную каплю, аналогичную той, которую Антон видел у Васи в «тарелке». На пульте было всего две кнопки – «Вкл» и «Выкл». Григорий нажал «Вкл» – и машина неожиданно ожила. Нет, она не задрожала всем корпусом, не взревел мотор, не запахло соляркой, – она как бы проснулась.
Перед Антоном и пилотом драндулёта открылись два небольших «застекленных» люка, и в полумраке стал виден угол родного дома. С невысокого потолка кабины на уровень глаз пилотов – Антон тоже оказался пилотом, только вторым – тотчас бесшумно опустились несколько каплевидных армаранских приборов и засветились красно-желто-зелеными огоньками. Гризов опознал в них более мощные анализаторы сущности, определители намерений и мыслей, генератор «Видимо-Невидимо», модуляторы формы и температуры и еще парочку новых. Ткнув в них поочередно пальцем. Антон услышал ответ портативного анализатора сущности:
Антон перевел удивленный взгляд на Забубенного, который проводил непонятные манипуляции с бортовым анализатором сущности, и спросил:
– Ты уже и главный механик Земли по совместительству?
Григорий скромно потупил глаза. Мол, не удержался от соблазна.
– А эхолот тебе с торпедными аппаратами зачем? Это же вроде драндулёт, а не драндоплыв.
Григорий смущенно заулыбался:
– Сюрприз. Первая продукция русско-армаранской компании. Ты же сам сказал, что кар должен ездить, летать и плавать. Вот тебе пожалуйста! Да по нашим дорогам что драндулёт, что драндоплыв – все едино. Нужна амфибия. С помощью Васиных технологий мы такую модель забабахали, – сейчас увидишь.
– А прерыватель агрессивности где?
– Оружие сбоку, на крыше. Я установил самую крупную модификацию, бьет на десять километров. Теперь он слегка на огнемет смахивает.
Антон помолчал.
– Слушай, главный механик Земли, а кувалду ты не забыл? Главный механик не может быть без кувалды.