Алексей Мельников – Судный день (страница 5)

Учи и учись, неся в мир свет Традиций!

Гражданская война

Явление гражданской войны означает буквально «войну граждан», и понятие это весьма обобщённое. Вероятность её развития не зависит от формы государственного правления, ведь она может вспыхнуть как в республике, так и в монархии. Именно гражданскую войну чаще всего называют в узком смысле братоубийственной: она расщепляет семьи, у человека обостряется чувство принадлежности к чему-то иному, и брат буквально идёт против брата.

Это не есть война в её обычном понимании. Если обыкновенную войну ещё можно рассматривать как природную борьбу за выживание, то война гражданская – это непостижимая социально-общественная аномалия, которая возможна только среди «людей разумных». Как правило, она возникает на пустом месте – именно по прихоти разума, по надуманной причине, без явной опасности, когда никто никому, в сущности, не угрожает. По большому счёту, «гражданские воины» просто придумывают себе друзей и врагов. Но, к сожалению, кровь льётся настоящая, и люди погибают по-настоящему…

В истоках любой гражданской войны лежит не что иное, как идеологические разногласия внутри нации, которая просто забыла о Традициях. Их подменяют ложные идеи и ценности – возникшие на месте, намеренно принесённые извне или даже случайно подслушанные и неосознанно воспринятые. Причиной разногласий могут служить разные политические, экономические, социальные и собственно идеологические взгляды, а также размышления обо всём и ни о чём – во всей их противоречивости.

Идеальное государство, личная и политическая свобода, социальная справедливость, правильное хозяйство – все эти теории порождают научные дискуссии, которые выливаются в научные же споры. Те, в свою очередь, постепенно выходят за академические рамки, адаптируются для широких масс и становятся научно-популярной темой, а потом и вовсе теряют элитарный признак научности и расщепляются на политические дебаты и бытовые семейные споры. Научно-популярное в итоге становится просто популярным или вовсе вырождается в популизм…

Популизм опасен тем, что способен беспросветно затмить Традиции. А за красивым фасадом может стоять какая угодно доктрина, вплоть до самой нечеловеческой. Над обществом без традиционной защиты нависнет угроза порабощения, раскола и гражданской войны. Если опасные идеи подомнут под себя всю политическую сферу, подчинят себе СМИ, религию и образование, то запустится перманентная обработка слабого и беззащитного общественного сознания. Население подвергнется усиленной идеологической бомбардировке с диаметрально противоположных позиций. Глашатаи примитивных популистских идей в действительности будут «глушатаями» для традиционного самосознания.

Между тем правящая элита и подпольные контрэлиты7 всегда имели, имеют и будут иметь в своих аппаратах просвещённых теоретиков, вооружённых первоисточниками всех популизмов – своими собственными идеями, чьими-то старыми наработками или древними рукописями, которые ещё даже не до конца расшифрованы. Но они не захотят объединять свои умы для общественно полезного творчества или решения глобальных проблем человечества. Они будут думать лишь о захвате и о сохранении власти, а также о претворении в жизнь своих корыстных идей. Элита будет вести борьбу методами силы и принуждения, а контрэлиты мобилизуют интеллект, красноречие и убеждение, которые позволят им переманить на свою сторону доверчивые народные массы, получить силовой перевес и спровоцировать революцию. И люди, сами того не заметив, окажутся готовы убивать друг друга за ту или иную идею. Потеряв Традиции и позабыв семью, народ схватится в братоубийственной гражданской войне, и победа ложной идеи приблизит всеобщее поражение.

Идеи, выработанные чьими-то разумами, смертельно опасны одной лишь своей множественностью, неодинаковостью и противоречивостью. А если они заведомо противны Традициям, то их содержание несёт в себе отдельную угрозу настоящему и будущему. Любая однажды написанная рукопись рано или поздно найдёт в историческом процессе своего сочувствующего проводника и претворителя. Преступная и античеловечная теория неизбежно встретит латентного маньяка или озлобленного мизантропа, который лишь под её влиянием осмелится посягнуть на неприкосновенное и будет оправдывать ею же свои злодеяния. И даже если некая идея сама по себе абсолютно чиста и благородна, её, к сожалению, обязательно встретит личность, которая истолкует всё в корне неверно. Какая угодно идея будет многократно извращена реальностью (если она изначально – не само извращение), а обосновывающая её теория запомнится обществу кровавой практикой. Лишь Традиции – добры, правдивы и неисказимы. Благодаря им горит семейный очаг, а страны спокойно живут своей размеренной жизнью: крутятся республиканские механизмы и продолжаются монархические династии.

В развитых странах борьба идей может казаться даже цивилизованной: элиты с контрэлитами заседают в одном зале, всё предельно прозрачно, в подполье не зреют заговоры, а в политическом процессе правомерно появляются новые фигуры и новые партии, не признающие революцию, а признающие лишь эволюцию. Но опасность народных волнений сохраняется в любой идеологически неоднородной среде. Пока дебаты и дискуссии идут своим естественным чередом, электорат без Традиций и духовных скреп спорит и ссорится. Вездесущая политическая реклама и агитация лишь запутывают избирателей. Когда наступит «день тишины», люди будут вынуждены молчать и силой подавлять желание доказать свою правоту. В конце концов, независимо от результатов выборов, произойдёт взрыв в головах, и люди сцепятся в братоубийственной драке – ведь «проигравшие» захотят реванша… А такой исход мало чем отличается от гражданской войны.

Гражданин ли, подданный ли – держись ближних и сохраняй традиционную бдительность!

Обыкновенная война

Давно известно, что человек тянется к себе подобным. Люди вступают в брак и создают семью, а государства объединяются в конфедерации и даже в федерации. Осознав своё сродство, мы сближаемся – ради собственного выживания и ради общей безопасности. Это закономерный процесс, который, к сожалению, периодически прерывается враждой и войной.

Первоначально война являла собой естественную борьбу за выживание: были битвы за личную и семейную безопасность, за плодородную землю и изобильный лес, за полноводные реки и за каплю воды. Но чем разумнее становился человек, тем безумнее становилось человечество. В головах рождались первые идеи и ложные ценности, а поводов для войны становилось всё больше, и они становились всё извращённее. Теперь, отбросив Традиции, люди жаждут власти, влияния и денег. Ради вожделенных территорий, желанных выходов к морю, новых рынков сбыта и золотых жил на линию огня идут даже те, кому противна сама мысль о войне.

Но и в мирное время, когда нет видимых предпосылок для войны, глубокая разница в национальных идеях способна свести на нет все достигнутые соглашения.

Правители враждующих стран будут насаждать среди своих народов опасные политизированные идеи, внушая страшный образ «внешнего врага» и призывая остановить его любой ценой: неожиданным наступлением, превентивным ударом или даже массовым поражением. Внешняя политика сведётся к планированию боевых действий, а нападение станет приоритетнее обороны. «Вражеское общество» будет отождествляться с «вражеским государством», и все их выходцы, – от простых жителей до высокопоставленных представителей, – автоматически превратятся во «врагов», «интервентов» и «шпионов». Рано или поздно кто-то скажет, что «лучшая защита – это нападение» и «лучше начать войну на чужой территории, чем ждать, пока она придёт в дом». И тогда прольётся кровь…

Мирных жителей оторвут от семей, вооружат и обмундируют, чтобы отправить на фронт – одерживать чужую победу. И цена её, – в любом случае, – братоубийство. Но кто усомнится в правоте руководства, того обвинят в государственной измене, объявят дезертиром и предадут трибуналу.

Мировые лидеры! Помните о Традициях и откажитесь от насилия!

Мировая война

К сожалению, никто не застрахован от форс-мажорных обстоятельств и иных неблагоприятных общественных состояний. Международные заговоры, стихийные бедствия, войны, эпидемии и техногенные катастрофы порождают экономический кризис в национальных и мировых масштабах. Неокрепшие умы впадут в отчаяние и разуверятся в Традициях. А кризис веры и Традиций усугубит хаос и панику, чем сможет воспользоваться кто угодно для каких угодно целей. Играя на социальных проблемах и людских чувствах, некий политический манипулятор сможет внедрить любую идею, вплоть до заведомо ложного обвинения целых страт – сословий, классов, этносов, конфессий и социальных групп. А деморализованный и дезориентированный народ в это поверит и воспримет насаждаемую идею как спасение.

Популизм и прокламации приведут «нового человека» к власти, и не важно, будет ли это революцией или эволюцией. Воспользовавшись общим горем и разобщённостью, всенародно избранный или самопровозглашённый вождь найдёт верных соратников, построит аппарат ручного управления и запустит мощную военную машину. Опьянённый достигнутым и жаждущий большего, новый правитель вряд ли удовлетворится властью на своей собственной земле. Он пойдёт наращивать территории и сферу своего влияния, а ради новых побед не побрезгует и массовыми братоубийствами – внутренними и внешними «чистками», опустошающими вторжениями и бессмысленными жертвами. И главным его оружием станет идеология, противная забытым Традициям.