Алексей Мельков – Богатыри и жёны (страница 2)

Старуха. Пока нет похоронного письма, ты нашего Аты жена и мать Балеса!

Мать. Ваш сын обманом привёл меня на брачную постель. Так знайте, я вам не овца, чтобы по зову пастуха идти на пастбище и водопой. Я человек и вправе выбирать, как жить и что мне делать!

Слышен приближающийся топот копыт, ржание коня. Приходит Советник.

Советник. Ты стала ещё краше, Ана! Верно говорят, что расставание влюблённым не помеха.

Старуха. Кто ж тут влюблён из нас?

Советник (Старухе). Не суйся в разговор, старуха!

Старуха. Уж не в меня ли, случаем, влюбился наш визирь?

Советник (Старухе). Оглохла, что ли? Когда советник хана говорит: кто без чинов – молчи, иначе засеку! (Матери.) Ай, хороша! Жаль, некому назначить правильную цену за эту красоту.

Мать. Советник, не боишься, что твой шербет услышат уши Неба? Кто по степи пускает без надзора сахарные речи, вдруг может поперхнуться сладким.

Советник. Небеса благоволят мне, а в наших ковылях нет тех, кто бы советнику осмелился перечить.

Старуха. Ты про меня забыл, Советник?

Старик (Старухе). Накликать хочешь новую беду на нашу юрту? Прошу тебя, старуха, замолчи!

Старуха. Хорошо, замолкну. (Себе под нос) Ненадолго.

Советник. Так-то лучше! Ну что, почтенные, отпустите со мною приживалку? Я сделаю её своей второй женой.

Старуха. Да как ты смеешь просить руки моей невестки при живом-то муже? Вот он вернётся и за такую дерзость тебе намылит холку!

Советник. Твой сын, старуха, не вернётся! Смиренно помяни его. Он умер.

Старуха. Мой сын Ата – батыр. Батыр не может умереть!

Советник. Видно, правду говорят, что с бабой спорить бесполезно. Хорошо, тебя спрошу, старик. Отдашь мне женщину, которую вы со старухой называете невесткой?

Старик. Совсем ты не боишься Неба! Отступись, Советник, или закон тебя накажет.

Советник. Старик, ты видимо забыл, как жажда невозможного желания мужчины ставит впереди боязни? Как говорят в заморских странах: будь реалистом, требуй невозможного, старик!

Старуха. Кого спросил-то? Жаждать невозможного – не про моего Бабу.

Советник (матери). Тогда тебе скажу, невестка. Коль за меня пойдёшь, ты будешь среди жён как байбише!

Мать. Я только что остригла пуговицы с рубахи мужа, так много мне обещавшего. Желаешь, чтобы твоя одёжка следующей стала?

Советник. Похоже, правду говорят, что капля дерзости, сорвавшись с языка раба, не хуже яда разъедает берега смирения. Вы этой каплей чашу переполнили терпенья. Молчите все, или я выну меч!

Балес становится перед Советником.

Балес. Я богатырь Балес! Я не боюсь тебя!

Советник. Учитель по владению оружием мне говорил когда-то: «Пред тем, как вынуть меч, представь, как голова твоя слетает с плеч!»

Балес. Мой папа учит: «Сначала сделай, а потом смотри, что получилось!» (Замахивается деревянным мечом на Советника.)

Советник отбирает у Старухи рубаху и бросает её в лицо Балесу. Старуха и Балес падают. Балес плачет.

Старуха. Не плачь, батыр, не плачь.

Советник. Двух батыров за косички схватил, плёткой, скрученной из шкур волов, двум батырам головы рассёк. Не про вас ли наши певцы сложили тот стих? Два батыра повержены, остался третий.

Советник (Старику). Итак, воевода! (Окинув взглядом всю семью.) И войско его! (Разворачивает свиток, читает.) Вот ханский указ! Вы знаете, что не первый год владения наши грабит орда. И чтоб препятствовать этим набегам, каждая юрта, каждый год должна отдавать одного мужчину в войска. Год назад поступил на службу (просматривает свиток) сын пастуха Бабы, воин Ата. Однако орда продолжает набеги. Поэтому вам надлежит в течение трёх дней направить в войска… (просматривает свиток) старика.

Старуха. Как старика? Да мой Баба барана заколоть не в силах. И на коня не сможет без помощи взобраться.

Старик. Что ты несёшь, старуха? Да я… я сарлыка могу скрутить в бараний рог! Иль хоть тебя.

Старуха. Ты для начала подкрепись-ка сытною шурпой… а ночью на постели скрутишь.

Старик. Тьфу на тебя бесстыжая!

Советник (Старику). Не слушай ты старуху. Вас, пастухов, обычно в разведчики берут за то, что запросто любой из степняков подкрасться может незамеченным к врагу. Иль разглядеть за тысячу локтей хоть всадника, хоть эту птицу. (Показывает рукой ввысь.) Ведь зрение у тебя как у орла?

Старик смотрит вверх, щурится, трёт глаза и в конце концов падает на землю от кружения головы.

Старик. Скорей, как у крота, зарывшегося в муравейник. (Стряхивает с себя муравьёв.)

Советник. Ну, если ты не видишь, что делается вдалеке и передвигаться лишний раз не в силах… Ты запросто сумеешь притвориться кочкою в степи. Орда пройдёт, тебя не опознав, и ты сумеешь сосчитать вблизи, как много пешего и конного народа у врага. А хан, когда я доложу про твой успех, предложит пастуху награду. И, не исключено, в придачу даст красавицу взамен старухи!

Балес. Меня в разведчики возьмите! А когда вернусь мне хан подарит… красивую жену.

Советник. Старик, иди ко мне и принеси присягу!

Старик (подходит к Советнику). Присягаю и отрекаюсь от жалкой жизни скотовода!

Советник. Приказываю тебе… (почувствовав несвежий запах, который идёт от Старика) помыться, а завтра врач тебя осмотрит и место старику определит в строю. Итак, с тебя один дирхем. (Протягивает раскрытую ладонь.)

Старик. О, Небо, я снова чувствую себя незаменимым! Советник, славься за то, что продаёшь…, простите господин, подаёшь надежду! (Отдаёт монету Советнику.)

Советник (матери). Старика наверняка убьют при первом же сражении. Старуха вскоре умрёт от голода и горя. Тебя и сына угонит в рабство дикая орда. Ты этого желаешь?

Мать. Судьба, дарованная Небом, не то, что свора псов голодных. Кто встретит на пути своё предназначение, навряд ли палкой отобьётся от него. А мне судьбой назначено быть султаною!

Советник. Ах, как мне нравится, что ты честолюбива! Вот завтра я вернусь, и, если к моему приезду сама себя упросишь стать моей женой, я смилуюсь. Но ты уже не старшей будешь среди жён, а младшей. Уж больно ты строптива. (Уходит.)

За сценой ржание коня и удаляющийся топот копыт.

Старик. Старуха, неси сюда доспехи. Примерю и отправлюсь во дворец, чтоб почести стяжать и новые богатства!

Старуха. Так что ж, бабаю время собираться в войско? (Подаёт Старику кухонный черпак.) Вот острый боевой топор. Держи!

Старик. Хорош топорик. (Крутит в руках черпак.) Такою лёгкой и удобной алебардой я вмиг рассею вражьи войска. А где мой щит? Неси мне щит, невестка.

Мать (подаёт Старику крышку от казана). Вот щит. Он скроет от ненастья и защитит от стрел, мечей… и, вероятно, (облизывает крышку) от голодной смерти.

Старик (принимает крышку от казана). Ох, и тяжелы доспехи стали нынче. Или, я стал… (делает шаг и падает) негоден для войны?

Старуха. Как и для любви. Бросай-ка ты доспехи, забияка. Пойдём приляжем в юрте, и пусть тебе присниться, мой тиран, как ты возлёг на ложе с юною вакханкой. (Матери.) Ну и чего замёрзла? Помоги-ка простофилю старого доставить на лежанку.

Старуха и мать уводят Старика в юрту. Балес точит деревянный меч. Старуха и мать выходят из юрты. Из юрты слышен храп.

Балес (напевает). Никакой ведь нет причины ей тут сохнуть без мужчины. Хана нового найти и … Мама, бабушка, смотрите как блестит мой меч! Я теперь батыр!

Старуха (Балесу). Какой же ты батыр без шлема? Пойди-ка в юрту, и пока наш забияка спит, найди старинный папин шлем.

Балес уходит в юрту.

Старуха. Зачем ты разрешаешь сыну повторять за стариком слова дурацкой песни?

Мать. Немногие разумные слова, что твой старик сказал за эти годы, не грех и повторить.

Балес выползает из юрты. На голове у него большая медная чашка.

Балес. Пока бабайка спит, возьму его доспехи и поспешу в разведку.

Мать. А я отправлюсь во дворец. Туда, где и должно быть султане!

Старуха. Там место султане! А деревенщине смазливой с ребёнком несмышлёным ворота во дворец закрыты.