Алексей Маслов – Китай и китайцы. О чем молчат путеводители (страница 10)

На продажу идет и сама традиция, если иностранцы, да и сами китайцы готовы платить за нее. Яркий тому пример ― легендарный монастырь Шаолиньсы, который сегодня превращен из знаменитой чань-буддийской обители в настоящее коммерческое производство, действует как акционерное общество, его настоятель является генеральным менеджером, при монастыре открыты туристические агентства, идет производство рекламной продукции. И не важно, что настоящие монахи ― носители традиции давно покинули Шаолиньсы ― публика готова платить за саму «марку», чем пользуется предприимчивое руководство монастыря.

Бизнес «на зажигалках»

Каждый раз вот уже в течение многих лет, выходя из старого шанхайского аэропорта Хунцяо к стоянке такси, я наблюдаю одну и ту же картину. Длинная очередь извивается вдоль специально выставленных заграждений, движется она быстро, крикливые дежурные с повязками мастерски распихивают людей по такси, и машины уносят их в городские джунгли устремившегося к небу Шанхая. И здесь же в уголке примостилась пожилая женщина ― вполне типичная на вид китайская старушка, согбенная, с морщинистым, похожим на резиновую маску лицом. Лето ли, зима ли ― она всегда тепло укутана, ведь стоять ей предстоит долго. Она стоит здесь часами, днями, годами. Одна и та же, одетая всегда одинаково. Она приезжает сюда, к аэропортной очереди, на такси рано утром, уезжает поздно ночью. Она занимается бизнесом, и здесь ее «участок». Она хорошо знает, что китайцы, выходя из аэропорта, всегда закуривают ― они самые активные курильщики в мире. В самолете курить нельзя, в маленьком аэропорту ― тоже. Изголодавшиеся по дыму, они, получив багаж, стремительно выбегают на улицу, и тут… Оказывается, что все зажигалки и спички либо отобрала строгая служба безопасности при посадке, либо они лежат где-то на дне упакованного багажа. Прикурить не от чего! Старушка это хорошо знает. Она много раз видела эти руки, лихорадочно хлопающие по карманам в поисках зажигалки, а затем беспомощный мечущийся взгляд ― у кого бы прикурить? Тут подходит она ― у нее всегда наготове десяток дешевых зажигалок. Она покупает их на каких-то развалах в городе и продает здесь процентов на десять ― пятнадцать дороже. Бизнес небольшой, но пассажиров из аэропорта выходят сотни…

Это еще один принцип китайского бизнеса ― обнаружить тот участок, где люди просто вынуждены платить деньги. Пускай прибыль невелика, но она стабильна.

Бей в одну точку

Китайцы в этом плане абсолютно прагматичны и могут даже показаться слишком приземленными ― им нужна непосредственная выгода. На уровне обычных предпринимателей они никогда не планируют на несколько шагов вперед ― средний китаец пытается получить выгоду «здесь и сейчас».

Государство в Китае занимается глобальной стратегией развития страны, а вот рядовые китайцы порою не занимаются даже тактикой, не говоря уже о долговременном планировании.

Конкуренция внутри Китая колоссальна, причем такой она была практически во все эпохи. Китайцы привыкли жить в таких условиях жесткой соревновательности, когда для выживания приходится расталкивать друг друга локтями, придумывать новые способы, красть друг у друга изобретения и инновации. Сложность конкуренции объясняется еще и тем, что общинный уклад не позволял активно соперничать с людьми из своего клана, поэтому острие конкуренции было направлено на чужаков ― представителей других кланов или иностранцев.

Другой стиль ведения бизнеса

Если вы едете на переговоры в Западную Европу или США, вы можете вообще ничего не знать ни об истории этих стран, ни об их самобытной культуре. Некоторые тонкости ведения бизнеса можно объяснить за пару дней, а любое агентство по сопровождению бизнеса может представить детальную и вполне точную информацию. Дальше все зависит от того, насколько точно вы сможете воспользоваться всем этим. Проще говоря, никакой дополнительной культурологической подготовки не требуется.

В отношении Китая все по-другому. Вам действительно требуется знание национальной психологии, истории культуры и особого делового этикета, чтобы ваша деятельность в Китае была хотя бы частично успешной. Само по себе это не гарантирует успех и даже не спасет вас от оглушительного провала, но это даст вам шанс. Вас не должна смущать привычная для вас на первый взгляд форма переговоров ― китайцы прекрасно мимикрируют под привычные вам стандарты и готовы всегда согласиться с тем, что вы хотите увидеть. Не обольщайтесь и не обманывайтесь ― все равно все будет по-другому. Просто постарайтесь адаптироваться к китайской манере ведения дел.

Многим кажется, что в целом ведение деловых переговоров и любой деятельности в Китае не сильно отличается от того, с чем мы встречаемся у нас в стране или на Западе. Это как бы то же самое, но с некоторым китайским колоритом. На эту уловку попадались многие вполне искушенные специалисты ― им казалось, что достаточно просто «нормально начать процесс и договориться». Одни полагали, что главное ― сделать интересное предложение, выгодное обеим сторонам, другие ― что просто надо более доходчиво разъяснить свою позицию, третьи ― что надо проявить больше настойчивости. Как ни странно, все это предполагает, что китайцы ― какие-то не очень понятливые или не очень умные партнеры, с которыми надо просто «хорошенько поработать».

К деловой встрече с Китаем готовьтесь заранее , не поленитесь потратить некоторое время на изучение опыта, прежде всего негативного, тех, кто уже шел перед вами.

Надо всегда исходить из того, что китайцы более искушены в искусстве добиваться своей выгоды, чем вы. И они постараются развернуть ситуацию так, как вы даже не можете предположить, ― и вы этого не заметите. Под маской неторопливости, «упертости», непонятливости, неповоротливости чаще скрывается генетический опыт продвижения своих интересов, опыт, насчитывающий тысячелетия. Они просто ждут, пока вы выложите на стол все свои карты.

Традиции и поверья в деловом общении

Религия и деловые отношения

Принято считать, что Китай ― страна трех основных религий: конфуцианства, даосизма и буддизма. Они настолько тесно переплетены друг с другом, что «чистых» даосов или буддистов вне монашеской среды найти просто невозможно. А современное конфуцианство вообще с большой натяжкой можно отнести к религии, скорее это система традиционных взглядов китайцев на мораль и этику. Строго говоря, это и не религии, а духовные учения, они требуют от человека не столько веры, сколько соблюдения определенных норм поведения и дисциплины.

Китайцы порой мистичны, но не религиозны. Строго говоря, религиозные постулаты китайцы знают плохо и мало ими интересуются, их знания в этой области остаются на уровне обихода, так что не ждите, что китаец вам внезапно раскроет глубины буддийской медитации или даосского учения о бессмертии.

Государство никак не увязывает национальную идею с религией, поэтому китайцы свою религиозную принадлежность не считают чем-то крайне важным. К тому же в Китае не существует религиозных конфессий в том виде, каком мы привыкли это видеть на Западе. Официально подавляющее число китайцев являются атеистами, в реальности же практически каждый так или иначе исповедует сразу несколько типов верований. Самый основной из них ― вера в духов предков, и это является центральной частью народной религиозной традиции. По настоящему в Китае существует лишь этот вид «религии» ― поклонение предкам, кстати, именно так переводится китайское слово «религия» ( цзунцзяо ) ― «учение предков». Средний китаец не привержен никакой конкретной религии, он в равной степени уважает конфуцианство, буддизм, даосизм и массу народных верований, поклоняется всем духам и божествам и не делает различий между различными формами культов. Вера китайца ― синкретична, при этом в ней отсутствует всякий фанатизм и желание поспорить о том, кто обладает «высшей истиной». Вам вряд ли удастся втянуть китайцев в дискуссию по поводу того, что лучше для современного человека, скажем христианство или буддизм, или является ли конфуцианство религией, ― для обычного китайца это не играет никакой роли. Он далек от абстрактных философских рассуждений и относится к любому духовному учению как к еще одному способу проявления кланового родства ― ведь, в конце концов, все обитатели загробного мира некогда являлись чьими-то предками, поэтому он просто продолжает диалог с родовыми духами-защитниками.

Посмотрите внимательно, фигуры каких духов, чьи изображения висят также на стенах их домов, расставлены у китайцев на алтаре. Это многое откроет в понимании устремлений среднего китайца. Это духи, обеспечивающие богатство, известность, хорошую карьеру, процветание бизнеса, большое количество детей, то есть все то, о чем мечтает среднестатистический житель Поднебесной. Практически в любом доме, ресторане, парикмахерской вы встретите небольшие алтари или просто фигурки с изображениями Цао-шэня ― божества богатства, Фу-шэня ― покровителя карьеры, Шоу-сина ― божества долголетия. Практически повсеместно встречается грозный Гуань-ди (), или Гуаньюй (), ― реальный исторический персонаж, генерал III в., позже обожествленный дух войны, одновременно являющийся покровителем торговцев, лавочников, студентов, путешественников, а также борцом со злыми духами. Его фигурки, с гневным лицом и насупленными бровями, застывшие в грозной боевой позе, с алебардой в руках, встречают посетителей общественных заведений.