Алексей Марков – Та самая хулиномика: Еще забористее. Издатая версия (страница 18)

Есть мнение, что брокеры «охотятся» за стопами своих клиентов, буду рад это обсудить – правда, пока мне об этом рассказывали только не вполне здравомыслящие персонажи.

6.15. Трейдинг

Последние несколько мыслей о дилерах. Как это – торговать от своего имени? Сейчас это называется «трейдинг». Трейдер – тот, кто торгует регулярно, чаще всего каждый день, и у него обычно есть свой портфель акций. Ну, или нет.

Чтобы торговать каждый день, нужна определенная сила воли и выдержка. А также стальные яйца.

ТРЕЙДИНГ – НЕ ПАССИВНОЕ УПРАВЛЕНИЕ ПОРТФЕЛЕМ, КОГДА ВЫ КУПИЛИ ВСЕ НУЖНЫЕ АКЦИИОДИН РАЗ В ГОД И СМОТРИТЕ, ЧТО ПРОИСХОДИТ.

Казалось бы, надо всего лишь покупать дешевле, а продавать дороже. В реальности все оборачивается, как правило, полным провалом.

По большому счету (хотя по сложности понимания это мысль из следующего уровня книги), главное, о чем действительно стоит заботиться трейдеру – это выживание счета на длительном сроке. Питер Бернстейн, один из мудрейших экономистов на Уолл Стрит, говорил[23], что это единственный путь к богатству. Еще раз: выживание – единственный путь к богатству. Максимизировать доходы нужно лишь тогда, тогда возможные потери не могут зарыть ваше будущее в землю (и если это будущее у вас вообще есть).

Наиболее рискованный момент – когда вы правы. Это самая опасная часть инвестирования, потому что на удачных решениях люди склонны зацикливаться. Если вы были правы достаточно долго, вам даже не придет в голову сокращать плюсовые позиции. Вам будет казаться, что и с диверсификацией у вас все в порядке. Но на самом деле с диверсификацией у вас все в порядке только тогда, когда что-то в вашем портфеле вам не нравится. Потому что следующая удачная неожиданность произойдет (сюрприз!) в неожиданном месте. Хорошо бы иметь небольшую часть этого заранее.

Напомню также про игроманию. Если человек торгует каждый день, у него появляется сходство с игроманом, который каждый день ходит в казино. Нет, если вам нравится ходить в казино, то это ок. Но если нет – пожалуй, трейдерство – не совсем для вас.

Трейдеры – те, кто играет. А брокеры, биржи, депозитарии – это казино. Если вы готовы расстаться с накопленным капиталом, готовы стойко переносить многомесячные просадки счета, терпеть убытки и не выбрасываться при этом из окна – добро пожаловать на биржу. Когда вы сольете все деньги (а я гарантирую это), пришлите мне открытку.

Глава 7

Недвига

Сначала расскажу об истории ипотеки, а потом перейдем к современной ситуации. В конце я раскрою вам секрет, как купить квартиру при доходе в 70 тысяч рублей. Хотя ладно, раскрою прямо сейчас: никак.

Когда мы говорим о финансировании недвижимости, чаще всего имеются в виду сделки, в которых недвижимость является залогом. Рассмотрим эту тему в хронологическом разрезе.

Начну с американского расового слова «mortgage», что означает «ипотека». Оно из латыни, mortuus vadium, а это, в свою очередь, означает «смертельный залог». Неясно, при чем тут смерть, но она есть. Оксфордский словарь английского языка говорит, что слово появилось аж в 1283 году. Явно немолодое.

Но можно заглянуть даже и поглубже. В Йеле была такая историчка, Валери Хансен, она изучала старинные документы о торговле. Валери глубоко порылась в пыльном кладе китайском династии Тан[24] и нашла там займы на финансирование торговли шелками.

Купцы ездили туда-сюда от Сунь-у-Куна к Али-Бабе, возили на верблюдах шелк и специи, и им нужно было на что-то делать закупки. А Валери набралась ума и каким-то образом прочитала древние китайские бумаги, вот эти иероглифы йыхние. У китайцев никаких ипотек еще не было. Но среди китайских документов нашлись еще и арабские, на согдийском языке. Это примерно между Ираном, таджиками и узбеками. Язык-то уже мертвенький, но некоторые бумаги на нем подозрительно похожи на ипотечные займы.

То есть кто-то занимал деньги на закупку шелка и закладывал под это дело свое жилье! Можно еще было рабов заложить. И там даже были пункты, что заложенных рабов надо хорошо содержать, чтоб те не померли. А то взял под них кредит и гоняешь их до смерти по рисовым полям. Так не годится. Надо чтоб ты их здоровыми держал, иначе обман. Так вот, тем ипотекам, выходит, больше тысячи лет.

7.1. Первые права на собственность

Но широко известным термин стал только в конце 18-го века. Шиллер прочекал старые американские газеты и нашел в номере «Хартфордских Курантов»[25] из 1778 года заметку, а точнее, рекламное объявление. Оно показывает, в каком состоянии был ипотечный рынок в те времена.

Заказал объявление чел по имени Элиша Корнуэлл. Он пишет, что продал свою ферму, а вместо денег ему дали расписку в 800 фунтов стерлингов от другого фермера. Тот обещал, конечно, заплатить, мол, бля буду, я ж ковбой. Но не заплатил, а взял и сам заложил эту ферму второй раз, причем не за 800, а уже за 880 фунтов (с прибылью!). Вы уже догадываетесь, что деньги первому хозяину он так и не отдал. А третий хозяин опять ее продал – причем уже за 1000 фунтов, и тоже не наликом, а под залог. Мистер Корнуэлл был очень расстроен и даже приуныл. Ему же не заплатили в самый первый раз, то есть нового хозяина-то у фермы даже и не могло появиться. Как они могли ее заложить еще два раза? Вот он и подумал: «Напишу-ка я об этом вопиющем случае в газету». Ну и там приписка: «Ферма моя, этот гаденыш мне не заплатил, будь он проклят».

Видно, что ипотека была развита не очень. Бедняге потребовалось давать объявление в газету, чтобы объяснить, что произошло. Не существовало достоверного способа проверить право на собственность. Сраный ковбой, который купил ферму у мистера Корнуэлла, на самом-то деле ее не выкупил, но никто об этом не знал. Поэтому он мог обманывать других парней своим длинным лассо.

Вот почему ипотечных кредитов было немного. Закон был непонятный, организации не могли четко обозначить права на собственность. Как можно выдать кредит, если ты не знаешь, реальный ли перед тобой владелец фермы или там у него еще куча каких-то бешеных ковбоев, которые считают, что это их корова и они ее доят?

И аж до конца 19-го века американское правительство не могло по-человечески обеспечивать право собственности – по крайней мере, обеспечивать достаточно для образования цивилизованного рынка внутри страны. Не говоря уже о международном рынке. И в 1872 году в Германии[26] государство придумало закон Грундбуха (не подумайте, что еврей) – это, по-нашему, всего лишь «Книга о Земле», где было написано, кто, где и чем владеет. К концу 19-го века этот закон уже работал по всей территории Рейха. В США ничего подобного еще не было.

На протяжении 20-го века многие страны приняли эту тему, и права на собственность стали достаточно прозрачными для того, чтобы брать ее в залог. Поэтому реально ипотека начала развиваться буквально 100 лет назад. Есть такой перуанский экономист – Эрнандо де Сото, – он написал книгу «Загадка капитала». Она о развивающихся странах. Эрнандо толкает тезис о том, что проблема признания права на собственность – та самая, что и в американской газетенке 18-го века, – ключевая и играет огромную роль и по сей день. Вообще Эрнандо де Сото (ему уже под 80) дичайше клеймит бюрократизм, за что мне очень нравится. По его мнению, теневая экономика – это следствие неэффективного госуправления, сраной бюрократии, неправильных налогов и негодной регистрации прав на собственность. И я с ним полностью согласен. Он даже под Арабскую весну подвел экономическое обоснование и рассказал новым арабским правительствам о том, что первым делом надо делать честные открытые реестры собственности. Блокчейн в помощь!

Во многих странах мира (если не в большинстве!) до сих пор трудно определить, кто чем владеет. И это проблема. Там нельзя взять нормальную ипотеку и рынок не развивается.

Можно приехать в какой-нибудь африканский городок и спросить – а чье это здание? Кто-то ответит: «Это дом семьи Порошенко, они владеют им уже тысячу лет». Но если вам нужны точные данные, нельзя довериться чьим-то словам. Ведь другой человек может сказать что-то совершенно иное.

Даже сейчас видно, что не везде законы достаточно хороши.

ВО МНОГИХ СТРАНАХПРОСТО НЕВОЗМОЖНОДОКАЗАТЬ, ЧТО БАНКСТАЛ СОБСТВЕННИКОМДОМА, ЕСЛИ ЕГО ХОЗЯИНПЕРЕСТАЛ ПЛАТИТЬ ПОКРЕДИТУ.

Это нельзя доказать даже в суде! Или можно, но на это потребуется 10 лет, и еще столько же, чтобы неплательщика выселили. Короче, либо ишак помрет, либо падишах.

Кажется, что жестоко выселять кого-то из дома, если он не платит по кредиту. Но надо и с другой стороны смотреть. Если таких не выгонять, никто не будет давать ипотечные займы! Какой смысл давать кредит, если тебе его не вернут и дом не отдадут тоже? В этом же весь цимес: если заемщик не платит, кредитор получает заложенный дом.

В целом, процесс, конечно, идет, права собственности развиваются, а кредиторы все чаще могут получить объект недвижимости в случае банкротства заемщика. Этим и объясняется тот рост ипотечного рынка, который случился в конце 20-го – начале 21-го века.

Но пора рассмотреть конкретные институты. Начнем с коммерческой недвиги, а потом перейдем к жилым домам. Говорить будем в основном о США, потому что там рынок самый большой в мире, и традиции стандартизированной ипотеки тоже самые долгие. Там куча законов и регуляторов. Другие страны просто перенимали американский опыт.