Алексей Махров – Каратели времени (страница 10)
– Я вижу, вижу… – согласился я. – Место прорыва будет под перекрестным огнем. А если сначала произвести артподготовку?
– И много ты с дульнозарядными гаубицами навоюешь? – усмехнулся бывший начальник артиллерии Новой армии Гарик. – После первого залпа они поднимут в воздух всю авиацию и…
– Можешь не продолжать, я понял, – обреченно кивнул я.
– А что, если подобраться незаметно и взять в ножи вот эти посты? – показал на схему Шевчук. – Четыре поста, если быть точным… Тогда противник не сможет перекрыть место прорыва трехслойным пулеметным огнем. Да и вообще, стрельба с оставшихся вышек уже не будет настолько эффективной – далековато!
– Да можно даже и не в ножи… – задумался я. – Просто сбить эти посты пулеметным огнем – вот отсюда и отсюда! – я показал на схеме. – Так даже не четыре, а пять постов можно уничтожить. И потом начнем массированную атаку всеми силами! И хрен они успеют поднять авиацию!
– А как ты начнешь массированную атаку через болото? – усмехнулся Гарик.
– Ну… – растерялся я. – Ну… какие-нибудь… э-э-э… гати замастырить!
– Ага! Ты бы еще предложил асфальтом закатать! – расхохотался Горыныч.
– В предложении Сергея есть здравое зерно! – внезапно поддержал меня Шевчук. – Надо только произвести доразведку этой местности – уточнить, что там за болото. Совсем оно непроходимое или…
– Хорошо! – кивнул я. – Возвращаемся в Москву, переходим в семнадцатый век, поднимаем по тревоге армию и…
– Охренел?! – возмутился Горыныч. – Если уж эти… гамма-миряне… сидят здесь с какой-то непонятной нам целью, то как ты думаешь – они догадались обзавестить какой-нибудь агентурой?
– Ну… – я задумчиво почесал подбородок. – Вполне возможно!
– Вы знаете, ребята, – внезапно подала голос Маша. – Мне почему-то кажется, что мы в этом самом семнадцатом веке далеко не первые!
– Что-что?! – хором переспросили мы с Гариком.
– А то, что вы забыли: события ведь с самого начала пошли не так, как в учебниках истории написано! – решительно сказала Маша. – Помните, Годунов не умер? Из-за этого пришлось воевать! А потом и выступление Василия Шуйского раньше началось!
– Ну, мы все списали именно на эффект нашего там появления! – сказал Горыныч. – И это выглядело логично!
– Да, – кивнула Маша. – Тогда это объяснение выглядело логичным! Но потом на помощь Шуйскому пришло пятидесятитысячное татарское войско, и ни один наш дальний дозор его не заметил! И целый драгунский полк пропал! Как теперь выяснилось – к исчезновению полка приложили ручки гамма-миряне. Так, может, это они… сделали все остальное? Как-то спасли Годунова, помогли Ваське Шуйскому, провели через наши дозоры татар… да, может, они этих татар и наняли!
– Да! – синхронно кивнули мы с Гариком. – Такая версия вполне правдоподобна!
– Значит… что? Они здесь могут сидеть уже давно! – продолжила Маша. – И, соответственно, успели обзавестись не только агентурой, но и парочку своих людей на командные должности протащили!
– Значит, поднимать по тревоге армию нельзя! – сказал я. – Но ведь без помощников нам не обойтись!
– Значит, втихаря отберем самых верных… тысячи две-три… – предложил Гарик.
– Думаешь, такими силами мы прорвемся через пулеметы гамма-мирян? – усомнился я.
– А мы вооружим их современным оружием! – хмыкнул Гарик.
– Но время… время! – сказала Маша. – Сколько времени уйдет на обучение?
– Ну-у-у-у… – задумчиво протянул я. – Пара недель? А, Гарик, как ты считаешь?
– Максимум – месяц! – прикинув что-то в уме, ответил Гарик.
– А как же Мишка? – облила нас ушатом холодной воды Мария. – Он все это время будет по лесам бродить? Долго ли он так протянет, особенно если учитывать то, что его ищут гамма-миряне?
– Черт! – в сердцах выругался я. – Куда ни кинь – везде клин! Проще всего нанести воздушный удар, а затем зачистить территорию! И почему у нас нет пары боевых вертолетиков?
– Умный какой! – усмехнулся Игорь. – Так ты выяснил, где базируются нужные нам машины?
Я кивнул, достал нетбук и стал показывать места расположения авиабаз. За обсуждением плана предстоящих боевых действий мы засиделись далеко за полночь. Расходились по чистеньким и уютным комнаткам второго этажа. Каждая спаленка была оборудована туалетом, душем, кондиционером и обставлена неплохой мебелью. Чудеса! Еще вчера здесь были голые бетонные стены и кучи мусора на полу. Шепча добрым людям благодарственные слова за это великолепное преображение, я быстро разделся и юркнул под одеяло.
Минут через пять раздался тихий стук в дверь. Матюгнувшись, я с огромной неохотой выбрался из теплой кровати и покорно пошел открывать. На пороге, завернувшись в простыню, стояла Мария.
– Ты что, спать собрался? – поинтересовалась Машенька, глядя на мое ошарашенное лицо. Насладившись произведенным эффектом, девушка прошла в комнату и уютно устроилась на кровати. – Ну, так и будешь столбом стоять?
Повторять ей не пришлось. Я закрыл дверь и присоединился к своей возлюбленной. Обнимая в темноте ее горячее тело, я все-таки нашел в себе силы спросить:
– Значит, ты окончательно определилась в наших отношениях?
– Конечно, милый! Я только жалею, что не сделала этого раньше. Эх, сколько времени мы зря потеряли!
Надо было быть полным дураком, чтобы в постели с прекрасной девушкой продолжать умный разговор о наших чувствах. Отмахнувшись от прошлого и не думая о будущем, мы слились в долгом поцелуе.
Пробой реальности № 5
Иван Фролов, семнадцатилетний бродяга, сидел в густой тени покосившейся бетонной стены, пережидая самый жаркий полуденный час. Ноги гудели после длинного и утомительного утреннего перехода. Сил не было даже на то, чтобы поесть. Да, собственно, еды у парня почти не осталось, так, два начинающих плесневеть сухаря и крохотный кусок вяленого мяса. Только минут через десять Иван сумел снять висевшую через плечо кожаную баклажку с водой и, с трудом вынув присохшую пробку, сделал два осторожных глотка. Воды тоже осталось совсем мало – где-то с пол-литра, а достать свежую в этих краях не представлялось возможным. Все местные источники были заражены настолько сильно, что у Ивана, при приближении к ним даже на десять шагов, начинало ощутимо пощипывать кожу.
– Черт меня занес в эту дыру! – обреченно прошептал Фролов и тут же машинально перекрестился. Иван был из очень порядочной, богобоязненной и уважаемой семьи и бродягой стал всего полгода назад, после страшных событий, разделивших его жизнь на «до» и «после».
Случилось это в прошлом году, осенью, после уборки урожая. Родная деревня Ивана была полностью уничтожена ватагой бредунов. Все жители зверски убиты, дома сожжены дотла. Ваню и его младшую сестренку Свету спасло то, что накануне нападения отец послал их в соседний городок для обмена зерна на соль. Глазам вернувшегося после удачной сделки парня (ну, еще бы, четыре мешка ржи удалось махнуть на полпуда соли!) предстало ужасное зрелище: крепкие избы и добротные сараи превратились в пепелища, между которыми лежали изувеченные трупы Ваниных родных и соседей. Мужчин перед смертью жестоко пытали, а женщин многократно изнасиловали. Нападавшие не пощадили ни стариков, ни детей. Особенно поразили Ивана трупы отца и матери. У отца разбойники отрезали гениталии, а у матери распороли пах, от лобка до копчика.
Три дня Иван с сестрой оттаскивали на маленький деревенский погост и зарывали в неглубоких могилах изувеченные тела своих близких. Фролов смутно помнил эти дни – ему все казалось, что это страшный сон и что он должен вскоре проснуться в своей крохотной светелке. Может быть, этот уход в нереальность и спас Ивану психическое здоровье. А вот его сестре повезло меньше. На рассвете четвертого дня Света перерезала себе горло серпом. Ей было всего четырнадцать лет, запаса прочности для подобных испытаний оказалось мало.
Всю свою сознательную жизнь Иван провел в тихом, патриархальном мирке небольшой деревушки в глухом углу местности, в Прежние времена носящей название Владимирской области. Его отец был крестьянином, и дед был крестьянином, и все предки тоже были крестьянами на этой земле. На их образ жизни очень мало повлияло произошедшее пятьдесят лет назад событие, которое получило название «Большая война». Просто теперь они обходились без электричества и промышленных товаров. Но они и раньше мало нуждались в них. Их край оказался задет очень слабо – всего лишь одна боеголовка упала на областной город. А уцелевшие жители быстро разошлись по незагрязненным районам, обошлось без конфликтов с местным населением – край был большой, и пустой земли в нем хватало с избытком.
С детских лет Ваня знал, что он будет жить в этой деревне и выращивать хлеб на окрестных полях. А годам к двадцати обзаведется собственной семьей, и его дети тоже будут жить здесь и работать на тех же полях. Похоронив последнего человека, Иван понял – теперь его жизнь лишена смысла. В отчаянии и тоске Фролов чуть было не последовал примеру Светочки. Выручила его крепкая мужицкая практичность. По нескошенным лугам бродило много бесхозной скотины. Налетчики угнали всех лошадей, лучших коров и свиней, а забракованных животных просто забили. На окраине деревни до сих пор лежали туши с отрезанными окороками. Но вот мелкая живность успела разбежаться и теперь ошивалась поблизости от бывшего человеческого жилья. И Ваня нашел смысл жизни в том, чтобы обиходить этих невинных тварей.