Алексей Лукьянов – Цунами. Книга 1. Сотрясатели земли (страница 17)

Мезальянц купил билет в соседнее купе и посмотрел на часы. И задумался. Возможно, ехать никуда и не придется. Времени уже за полдень. Скоро прибудут специалисты, которые все вопросы решают силовым путем. И хотя в политике, куда Первый рвется, сила нужна лишь как последний довод, он вряд ли думает об этом. У него одна цель — петух. Что ж, у Мезальянца сейчас тоже одна цель — не допустить, чтобы Первый добился своего. Если для этого потребуется стрелять… что ж, он готов стрелять.

Он не собирался мешать «специалистам». Расчет был простой: либо «специалисты» нейтрализуют братьев, либо наоборот. В любом случае, Мезальянц собирался нейтрализовать победителя. Он надеялся, что победителями окажутся московские гости, иначе достигнуть цели будет гораздо труднее.

Но все оказалось еще более запутанным.

«Волга» с чистильщиками подъехала примерно через час, как близнецы вернулись домой. Иван Иванович решил, что близнецы попали в мышеловку, как что-то произошло. Сначала с водителем поболтала какая-то девчонка, потом она ушла в подъезд, в котором жили Кругловы, и через минуту оттуда выскочил человек, запрыгнул в машину и «волга» умчалась в сторону вокзала.

Похоже, уральская земля отупляюще действует на спецов — что на Мезальянца, что на чистильщиков. Иван Иванович ясно представил себе, что именно сказала чистильщику девчонка. «Они ушли». И как не поверить малышке?

Что ж, посмотрим, что будет дальше.

19

Дальше было немного скучновато — два часа полного бездействия. Потом подъехал милицейский «козел», и Мезальянц понял, что сейчас будет. Менты посадят близнецов в поезд и проследят, чтобы никто не подсел к ним до самого отправления.

Что же… молодцы. Тогда стоит сесть в поезд раньше, чем туда сядет Егор. Или лучше — позже! Уехать в Одинцово, там догнать Круглова и обрадовать своей компанией.

Мезальянц поймал частника, заплатил двойную цену и уже через час ждал поезда на одинцовском вокзале. Поезд пришел по расписанию, но отчего-то в купе близнецов не оказалось.

Полный самых нехороших предчувствий, Мезальянц вышел на перрон — и чуть не спалился. Потому что какой-то мент помогал близнецам пробиваться через толпу. Иван Иванович поспешно спрятался за железным киоском. Мент кое-как взгромоздил Кругловых в вагон, помог занести вещи и через две минуты вышел. Ну вот, теперь все.

Однако появление Ивана Ивановича если и испугало Егора, то виду он не подал. Держался смело, даже дерзко. Из колеи его выбил разве что дневник деда, и то ненадолго.

— Ну, ладно, — сказал он. — И что теперь?

— Ты отдашь мне предметы, и я исчезну. Деньги можешь оставить себе.

— Вы напрасно потратились, — сказал Егор. — Я не отдам вам предметы.

— Тогда мне придется тебя убить, — сказал Иван Иванович. — Я не говорю, что мне это удовольствие доставит, но тут уж никуда не деться: если враг не сдается, его уничтожают.

— Не убьете, — усмехнулся Круглов.

— Почему?

— У вашего пистолета глушителя нет.

— Я могу и голыми руками.

— Не сейчас.

— Почему?

— Не знаю. Интуиция.

Иван Иванович подумал, что свернуть шею Егору было бы наглядным опровержением всей его интуиции. Но ничего не получилось: в купе постучали.

— Не заперто! — громко объявил Егор.

Дверь открылась, вошла круглая, как пончик, проводница.

— Билетики ваши?

Она заслонила собой братьев. Спросила, будет ли Егор брать белье, проверила у него билеты, согласилась, что с таким братом лучше ехать без соседей, предложила чаю, печенья и газет и повернулась к Мезальянцу:

— Вы, кажется, в соседнем купе едете?

— Совершенно верно. Вот, зашел к знакомцу поболтать, — широко улыбнулся Мезальянц. — Вы мне тоже чайку сообразите?

— Вот только билеты проверю, — зарделась проводница.

Вдруг хлопнула дверь в тамбуре, и на весь вагон загалдели два голоса: женский и девчачий.

— Это последний купейный! Если и здесь нет твоего брата — все, вызываю милицию, — говорила женщина.

— Должен быть! — уверенно отвечала девочка.

Иван Иванович заметил, как напрягся Егор. Проводница вышла из купе:

— Чего у тебя, Рая?

— Да вот, девка прямо на ходу в поезд заскочила — за мной, говорит, маньяк гонится! А за ней и впрямь такая рожа лезла — страх!

Наша проводница охнула. Рая же, пока невидимая, продолжала:

— А она говорит, что у нее здесь брат едет, — пауза, — два.

Проводница обернулась на Егора:

— Не ваша девочка?

— Какая девочка?

В дверном проеме возникла та самая девчонка, что обманула чистильщиков.

— Ты что здесь делаешь?! — завопил Круглов.

А его брат вдруг ткнул пальцем в гостью и захохотал:

— Ика! Ика!

— Так, все ясно, — сказала Рая. — И что теперь делать будем? Следующая станция только через три часа, это уже другая область, да еще и стоим три минуты. А?

— Я с Егором поеду! — сказала девчонка.

— А билеты? А документы?

— Егор все купе купил, тут три места свободных.

— А родители знают? — спросил Егор.

— Так меня же по-хи-ти-ли! — последнее слово девочка-заяц произнесла по слогам.

Повисла тишина. Егор молчал. Проводницы молчали. Иван Иванович тоже молчал. Только стучали колеса, да в соседнем купе звенели стаканы — соседи знакомились.

Ситуация и впрямь была сложная. Чужой ребенок, без документов, без родителей… Явная обуза. Особенно Мезальянцу.

— Мне кажется, надо начальнику поезда сообщить, — нарушил тишину Иван Иванович.

Рая сразу погрустнела, хотя и до этого выглядела не особенно веселой. Ее коллега тоже расстроилась.

— Может, не надо? — спросила девочка. — Я буду тихо сидеть…

— Ты что, сопля, обалдела, что ли? — завелся Егор.

— Я не сопля, я Вика!

— Ика! Ика!

— Я сейчас родителям твоим позвоню!

— Не позвонишь, сам говорил, что связь не работает!

Егор вынул мобильный телефон и набрал номер.

— Блин! — чертыхнулся он. — Связи нет. Я на станции позвоню!

— Вот, точно! — сказала Рая. — На станции и позвони. А родители придумают чего-нибудь. Пойдем, Тася.