2. Понятие и логика. Ноэтическая логика должна быть учением о понятии (215); формальная логика есть наука о понятии (и об его различных модификациях) (218); начните говорить (в сфере инобытия. – В.П.) не о понятиях, но об именах, т.е. о существах, и – вы получите вместо чисто ноэтических антиномий – мифологические антиномии, т.е. вместо ноэтической логики – мифологическую (217); классификация понятий в ноэтической логике; классификация понятий с определенным мифолого-логическим содержанием в мифологической логике (216).
3. Свойства понятий. Не важно, что логос сам по себе есть диалектическое понятие и требует совмещения противоречий. В этом смысле ведь любое понятие, которым оперируют люди, диалектично – со всеми вытекающими отсюда выводами. Диалектичность самого понятия еще ничего не говорит о том, что и предмет, к которому оно относится, или сфера, в которой оно применяется, также диалектичны (142); для феноменолого-диалектической мысли важна разность диалектического происхождения понятий (80); понятие, полученное диалектически, несет на себе смысл всех вообще различений, входящих в данный диалектический ход мысли (92); понятие ноэматической энергии богаче понятия ноэмы (92).
4. Состав понятия. Можно иметь сущее и – не знать, какие его отличительные свойства. В логосе это отражается как признак понятия. Мы получаем сумму признаков, которые ничем не связаны между собою (144). Только в формальной логике и может идти речь о разнице между «объемом» понятия и «содержанием» его; она возникает благодаря тому, что эйдос мыслится в модусе оформления и осмысления меона и дан как объем понятия, причем совершенно делается понятным, что с увеличением этого объема, т.е. с уменьшением меонизированности эйдоса, «содержание», т.е. количество меональных моментов, уменьшается, а чем меньше объем, т.е. чем в большую тьму погружается эйдос, тем богаче «содержание» понятия, т.е. тем больше меоном захваченных элементов эйдоса (133 – 134); с точки зрения эйдоса, эйдос «живое существо» богаче эйдоса «человек», ибо в эйдосе «живое существо» содержится, кроме эйдоса «человек», и все другие виды живых существ (133).
5. Действия с понятиями. а) Определение понятия и его диалектический смысл в логике меонизма. Если аналог эйдоса в логосе даст в аспекте «сущего» (или единичности) – «понятие», а в аспекте подвижного покоя – «суждение», то в аспекте самотождественного различия он даст – совокупность признаков понятия, или определение понятия… Определение есть логос эйдоса, взятого как некое самотождественное различие. Можно легко увидеть в результате всех этих операций, сколь близки между собою «понятие», «суждение» и «определение», в чем они различествуют и в чем тождественны (144). Что такое эйдос? Бесполезно было бы добиваться точного определения этого понятия у современных феноменологов, несмотря на то, что именно они выдвинули и воскресили это старое понятие античной и средневековой философии (125); пусть мы желаем дать еще более детальное определение. И в этом случае необходимо искать первую наиболее существенную подробность понятия энергии; таково определение, которое в максимальной мере совмещает в себе краткость и правильность. Если мы хотим чего-нибудь более развитого, то, вдумываясь в это новое определение и ища первую, наиболее существенную подробность в нем, мы должны выделить, прежде всего, погруженность смысла в меон, выраженность в меоне, или, что то же, по-ятие его меоном, т.е. понятие, понимание меоном (173).
б) Конструирование понятий. Мы уже получили понятие символического момента имени. Там мы получили это понятие диалектически, так как там шла речь о диалектике вне-интеллигентной сферы имени (126); конструируем понятие силлогизма (216). Логос эйдоса есть конструирование эйдоса в понятии (201).
в) Другие операции. Мы получили понятие энергии сущности вещи в слове. С двух сторон это понятие должно быть четко отграничено, со стороны самой объективной вещи и со стороны субъективно-психологического факта слова (185); понятие идеального коррелята все же еще недостаточно оформлено и проанализировано всеми нашими сопоставлениями его с понятием ноэмы. Наоборот, оно только открывает особую сферу в слове, терминологически и аналитически нами закрепленную (77 – 78); понятия, которыми оперируют прикладная и практическая психология и языкознание, должны быть определены, критически взвешены и построены теоретической их частью (54).
6. Виды понятий. Логос есть «формально»-логическое понятие (132); понятие, полученное диалектически (92); все наше рассуждение ведется в отвлеченных философских понятиях, подчиненных «логическим законам», в то время как мы сами же, оперируя такими понятиями, постулируем необходимость выхождения сущности за сферу этих «логических законов» (122). Есть выражение эйдоса и есть выражение логоса, или выражение «фигурного», «конкретного» смысла, и отвлеченного смысла, абстрактного понятия (210). Со всей точностью предстоит это центральное понятие, характеризующее подлинную природу слова (т.е. энергии сущности вещи. – В.П.), в противовес обычной неразберихе, какая царит в исследованиях о форме, «внутренней форме», «значении», «представлении» и т.д. в слове (185). Входя в более подробное наблюдение того, как данный автор оперирует с понятием факта, вы находите, что это совершенно обывательское и наивное понятие (182).
7. Понятие и наука. Мифология есть первая и основная – первая если не по простоте, то по сложности – наука о бытии, вскрывающая в понятиях бытие с его наиболее интимной и живой стороны (205); грамматика оперирует с логическими, т.е. понятийными отвлеченно-смысловыми категориями, но, конечно, не просто с логическими как таковыми (ибо тогда это была бы логика), но с логически-выражающими категориями. Таковы категории падежа, вида (211).
8. Имя, слово и понятие. Имя, слово вещи есть разумеваемая вещь, в разуме явленная вещь, вещь как разум и понятие, как сознание и, следовательно, – разум, понятие и сознание как вещь (77); энноэтический момент слова (понятие) (153).
9. Примеры понятий. Выясняется понятие субъекта. Это – физико-физиолого-психологическая среда воплощения осмысленной вещи, когда она начинает функционировать здесь в полноте своих энергий (191); универсальное понятие энергии сущности (108); понятие напряженности бытия (232); может показаться странным, почему мы привлекаем момент алогического становления для выяснения понятия умозаключения; тут окажется полезной некая логическая и феноменологическая параллель. Одним способом содержится в понятии круга момент радиуса и совершенно другим способом содержится тут полукруг (148).
1. Слово рождается наверху лестницы существ, входящих в живое бытие (172). Из бездны алогического рождается миф, из непрерывной иррациональности музыки – строжайше оформленное число (163); вечно нарождающиеся и вечно тающие его (т.е. символа. – В.П.) смысловые энергии… Имя сущности есть стихия и сила, порождающая эти лики сущности (128); чем сильнее проявлена эта тайна (т.е. апофатическая сущность. – В.П.), тем символичнее рождающийся «образ» (123).
2. Она (т.е. диалектика. – В.П.) обязана объяснить смысл во всех его смысловых связях, во всей его смысловой, структурной взаимосвязанности и самопорождаемости. Надо одну категорию объяснить другой категорией, так, чтобы видно было, как одна категория порождает другую и все вместе – друг друга, не натуралистически, конечно, порождает, но – эйдетически, категориально, оставаясь в сфере смысла же (40 – 41).
3. Выражение, или энергия сущности, есть смысловая картина, рождающаяся в силу осмысления материи тем или другим предметом (182); предмет в своем качестве предметности рождается только с момента меонального определения эйдоса (148). Число есть, прежде всего, эйдос. Это – число как законченный эйдос. Но в своей глубочайшей сущности число – ранее эйдоса, первее его, порождает его, а не порождается им, хотя это и нисколько не мешает тому, чтобы мы само порождение рассматривали как эйдос (160).
4. Одно – меональная вещь – только и получает извне осмысление и сама не рождает смысла и выражения (80). Этот сверх-интеллигентный момент интеллигенции, порождая все прочее, только в демиургийном моменте доходит до своего полного развертывания и выражения (121); органическая энергема в чистом виде только рождает субъекта чистого раздражения; в чистом виде она (т.е. физическая энергема. – В.П.) рождает физическую вещь (178); аноэтическая энергема, рождающая из себя «психическое» (131). Так модифицируется каждая из энергем, вступая во взаимообщение при порождении единосовокупного человеческого субъекта и человеческого слова (179); логос эйдоса порождает четыре ряда логических конструкций, лежащих в основе четырех разных научных дисциплин (202); математика и математическое естествознание как порождение субъективных интуиций (224).
Психологическое изучение языка обязано рассматривать язык как длительный, сплошно-текучий и непостоянный, своенравный процесс (190).
1. Сущее есть как бы только задание, возможность, потенция (125); мы имеем сущее как потенцию, когда говорим о чистой возможности становления сущности, отвлекаясь от самой сущности (161). В энергии дана и сама сущность. Позволительно в энергии выделить момент специально сущности и взять одно чистое становление; и тогда мы получим ту же энергию, но – без выполненности ее, без осуществленности. Получится голое как становления, но не сама становящаяся сущность. Это значит, что вместо энергии мы получим только потенцию сущности (158). «Принцип», или «потенция», есть только момент в эйдосе вообще (231). Логос абсолютной меонизации содержится в сущности потенциально. В актуальной форме он проявится только тогда, когда наступает второе определение, определение в инобытии (155). Без него (т.е. эйдетически-сущностного логоса. – В.П.) не был бы и логос меонизированной сущности. Он есть актуальность смыслового самоохвата сущности и потенциальность для второго определение сущности, для охвата ее абсолютным меоном и рождения новых сущностей – сущностей инобытия (159).
