Алексей Лосев – Античная литература (страница 1)

А.Ф. Лосев

Античная литература

ВВЕДЕНИЕ

Литература есть отражение народной жизни. Появившись, она в свою очередь воздействует в том или ином направлении на жизнь народа. Следовательно, чтобы понять античную литературу, необходимо знать и понимать жизнь тех народов, которые ее создали. Народы эти — древние греки и древние римляне.

1. География и хронология.

Древние греки занимали юг Балканского полуострова, острова Эгейского моря и побережье Малой Азии. Древние римляне населяли сначала небольшую территорию вокруг Рима, в средней Италии (Лациум), потом овладели всей Италией, странами Средиземноморья, в том числе и Грецией, и, наконец, всеми известными тогда странами в Европе и государствами Передней Азии.

Первые письменные памятники греческой литературы относятся к VIII в. до н.э., первые же письменные памятники римской литературы — к III в. до н.э. Падение Западной Римской империи и вместе с тем конец римской литературы относятся к V в. н.э., к этому же времени относится конец и античной греческой литературы, переходящей в дальнейшем на путь византийской литературы.

Таким образом, от своего зарождения и до средневековой литературы античная литература занимает огромный период времени — около 1200 лет.

Латинское слово antiquus значит «древний». Но когда говорят об античной литературе, то обыкновенно имеют в виду не древнюю литературу вообще (индийскую, персидскую, египетскую), а только древнюю литературу Европы, которая включает в себя литературы древнегреческую и древнеримскую.

2. Общинно-родовая формация.

Древнейшей общественно-исторической формацией является общинно-родовая. Она и определяет собой жизнь греческого народа, создавшего сначала устную, а потом и письменную словесность. Общинно-родовая формация есть доклассовый коллективизм ближайших родственников. Еще нет государства и связанных с ним органов принуждения, нет регулярной торговли. Люди живут сначала небольшими родовыми объединениями и управляются своими родовыми общинами. Отсутствует частная собственность, и вначале нет разделения на богатых и бедных. Земля и в значительной мере орудия производства являются собственностью только родовой общины.

Эта доклассовая общинно-родовая формация в Средиземноморском бассейне переходит в другую общественно-экономическую формацию, а именно рабовладельческую, в течение первой половины первого тысячелетия до н.э. Зародившаяся здесь греческая литература отражает переходный период между двумя формациями.

3. Родовая община и мифология.

В условиях первобытнообщинного способа производства люди живут и организуются на основе стихийно-коллективистских родственных отношений. Для них являются наиболее понятными и близкими именно родственные трудовые отношения. Когда они начинают задумываться о природе и мире, то эти последние представляются им тоже в свете родственных отношений. Однако родственные отношения мыслятся между одушевленными и разумными существами. Следовательно, и вся природа, весь мир мыслится тоже состоящим из одушевленно-разумных существ, образующих собой тоже некоторого рода общину, в данном случае универсальную космическую общину. А это и есть мифология, которая представляет собой не что иное, как результат обобщенного перенесения родственных, то есть одушевленно-разумных и стихийно-коллективистских, отношений на всю природу и весь мир. Солнце, луна, звезды, реки, горы, моря и т. д. оказываются одушевленными и разумными существами, состоящими между собой в тех или иных родственных отношениях.

Итак, мифология возникла как отражение сил, царящих в общинно-родовой формации.

4. Рабовладельческая формация.

Разросшаяся родовая община, основанная на подавлении отдельного индивидуума, с течением времени перестала оправдывать свое существование. Становилось выгодным освобождать членов родовой общины от постоянной опеки родовых организаций, предоставлять им ту или иную свободу труда, основанного на рабовладельческом способе производства, обеспечивать за ними ту или иную частную собственность и разрешать самим пользоваться продуктами труда. Рабовладельческая формация на первых порах оказалась прогрессивной, содействуя большему разделению труда. Рабовладение освободило небольшую общественную прослойку, которая получила теперь возможность специально развивать науки и искусства. Вместе с тем освобождение от родовых авторитетов привело к большому развитию индивидуального мышления, а это способствовало развитию новой идеологии.

5. Рабовладельческая идеология.

Возникшее в связи с ростом производительных сил и соответствующих потребностей рабовладельческое общество уже не могло управляться тем малоподвижным, громоздким и негибким аппаратом родовых организаций, который характерен для древнего общества. Предстояло развить еще не использованную общественно-экономическую силу, а именно частную инициативу, частную собственность, частный труд и свободу. Но это означало освободить также и мышление каждого отдельного человека от родовой опеки и предоставить эту возможность самому изыскивать средства для жизни. В этих условиях мифология не могла удовлетворить потребности общественного сознания. Вместо нее стали возникать попытки научного исследования природы и попытки технически применить результаты этого исследования для удовлетворения жизненных потребностей. Итак, переход к изучению природы, освобожденной от богов и демонов, то есть попытки формулировать (пусть примитивно) те или иные законы природы, — вот что явилось новой ступенью в мировоззрении человека, пришедшей на смену древней мифологии.

Для рабовладельческого сознания природа продолжает мыслиться как живое, одушевленное существо (в этом еще нет разницы с мифологией), но ею управляют не боги и демоны, созданные примитивным мышлением, а некие наукообразные законы. Это и есть развившаяся как раз в VI-V вв. до н.э. в Греции философия природы, или натурфилософия. Природа оказалась теперь состоящей уже не из демонических сил, но из обыкновенных материальных стихий (земля, вода, воздух, огонь), стихий живых и уже не антропоморфных, а управляемых теми или другими отвлеченными законами (таковы пифагорейские числа, логос — слово Гераклита, мышление — воздух Диогена Аполлонийского и т. д.). Так возникла ранняя рабовладельческая идеология, с первых же шагов вступившая в непримиримую борьбу с прежней мифологией.

Однако мифология не исчезла. В народных массах в той или другой форме она продолжала существовать в течение всей античности. Но ведущей формой общественного сознания стали наука и философия, а в тех случаях, когда выставлялись на первый план прежние мифологические образы, они переосмысливались, становились художественными образами, вплоть до простого аллегорического их понимания. Вместе с тем получал некоторое освобождение и внутренний мир личности, который ранее был всецело подчинен служению родовой общине, нивелировался ею. Духовные запросы человека начинали дифференцироваться, и он стал испытывать нужды, несовместимые или малосовместимые с нуждами других людей. Возникает борьба между личностью и общественными установлениями. Само общество тоже начинает развиваться, подобно тому как развивалась и отдельная личность. Это приводило к возникновению государства, резко отличного от старинных родовых институтов, и притом государства классового, поскольку социально-экономическим базисом теперь был рабский труд, а производственные отношения — отношениями между рабовладельцами и рабами.

Новая общественно-историческая формация и ее идеология возникают в Греции в первой половине I тысячелетия до н.э. В это же время возникает и греческая литература, неизменно отражающая новую социально-историческую эпоху.

6. Художественная значимость античной литературы.

Корни античной литературы уходят в глубину мифологического развития. Прекрасное в мифе и литературе оказывается чрезвычайно активным началом. Если в архаической мифологии красота наделена притягательной и губительной силой, то классические олимпийские боги, борясь с чудовищами, сами являются носителями созидающей красоты, которая становится принципом космической, а значит, и человеческой жизни. Античная мифология и литература полны драматичесих сюжетов о борьбе богов и героев со злом, уродством, несправедливостью за установление упорядоченной, прекрасной, основанной на гармонии и благородном труде жизни. Чтобы понять эту идею, достаточно обратиться к эпической поэзии и великим трагикам. Недаром в античной литературе рождается понятие о единстве внешней и внутренней красоты, физической и духовной. Поэтому античность так ценит красоту мысли, мудрости, поэтического вдохновения и ничуть не меньше красоту подвига, пусть и сопряженного с гибелью героя.

Именно здесь рождается представление о бессмертной славе, которую будут воспевать потомки, вспоминая героев давних времен. Сами произведения античной литературы являются как бы живой материализацией этой славы, оставшейся на века.

Прекрасны боги искусств, музы и Аполлон, которые вдохновляют поэтов, певцов и музыкантов. Тому, кто обладает этой высшей красотой, свойствен и пророческий дар: знание не только прошлого, но и будущего. Вся античная литература пронизана преклонением и восхищением перед красотой вдохновения, обладавшей поистине колдовской силой. Орфей заставлял своей игрой на лире двигаться скалы и деревья, он очаровал даже богов царства смерти. Амфион, играя на лире, двигал огромные камни, которые сами складывались в мощные стены.