Алексей Логвинченко – Реноме. Репутация дороже всего (страница 3)

– У тебя четкий рисунок треугольника на ладони, так что вскоре ты будешь очень богат.

Не знаю почему, но эти необоснованные, необъективные и ничем не подкрепленные слова волшебным образом погладили мою шаткую неуверенность в себе и своем будущем, придав мне немного веры и сил. Это удивительно, но иногда панацея кроется именно в плацебо…

День за днем проходили в стабильной суете. Основную часть времени я тратил на учебу, а оставшуюся проводил с Денисом. В первых числах июня мы в очередной раз собрались у меня дома, чтобы поиграть в шахматы и обсудить мой предстоящий на днях выпускной бал.

В какой-то момент разговор прервался. Я, воспользовавшись паузой, повернулся к компьютеру и стал искать подходящую музыку для фона. Денис в это время без заднего умысла инспектировал взглядом мою комнату. Его взор остановился на настенной полке, где среди книг томился довольно потертый блокнот со множеством торчащих из него закладок. Видимо, это и привлекло к нему внимание среди десятка прочих бумажных обложек. Денис достал с полки блокнот формата А5 и, ухватившись за одну из закладок, открыл его примерно посередине. На немного смятых и слегка пожелтевших от времени страницах виднелся аккуратно выведенный рукописный текст. Денис прочитал небольшой отрывок и восхищенно произнес:

– Это ты написал?

Я обернулся и увидел его с раскрытым блокнотом в руках, после чего тут же подскочил с места и выхватил свои записи.

– Нет, это не мое. Не важно. Забудь.

– Я же видел, что это твой подчерк. Очень складно написано. Что это?

– Ерунда. Балуюсь, когда нечего делать.

– Скажи правду, хорошо ведь получается. Ты книгу пишешь?

– Скорее просто небольшой рассказ. И исключительно для себя.

– Почему? – Поинтересовался Денис.

– Потому что я пишу о себе и о том, что происходит в моей жизни. Я не готов впускать в свой мир незнакомых мне людей.

– А знакомых?

– Никого.

– А мне вот кажется, что писателем быть очень круто. Так что зря ты выстраиваешь вокруг себя нерушимые стены и никого не подпускаешь к своей работе. Мне было бы интересно прочитать содержимое этого блокнота. Может, смогу чем-нибудь помочь, дать дельный совет.

– А я что, просил твоей помощи? Я вообще просил брать этот чертов блокнот с полки? – Завелся я.

И тут Остапа понесло. Не знаю, почему я так сорвался в тот момент. Накопленная усталость как-то разом навалила и получилось то, что получилось. Тогда Денис понял, что этот вечер уже не спасти и, чтобы не накалять обстановку еще сильнее, стал собираться.

– Ладно, я пойду. Позже поговорим.

Стоило ему выйти за пределы квартиры, как я тут же поместил свое тело в пределы кровати. Моим единственным желанием было поскорее уснуть и отпустить всю эту ситуацию. Но этой мечте не суждено было сбыться, ведь сон в ту ночь не навещал меня еще долго. Я все думал, на что же я так агрессивно среагировал. Да, Денис взял без спроса мой блокнот, но ничего смертельного ведь не произошло. Мы с ним очень сблизились за последние месяцы и мне бы не хотелось терять эту дружбу на ровном месте. Но гребаная гордость не позволяла мне прямо в этот миг взять телефон, позвонить Денису и разрешить случившийся инцидент. Чувство собственного достоинства часто мешает человеку быть счастливым. Всегда действовать в своих интересах – значит быть сильным, но одиноким.

Утреннее пробуждение, сопровождающееся чашечкой ароматного кофе, определенно точно стабилизировало мое эмоциональное состояние. Сегодня должно состояться знаковое для меня событие – школьный выпускной бал. Итоговая черта длинного и важного отрезка в моей жизни, своеобразный памятный узелок на нити, олицетворяющей жизнь. И да, я все-таки принял решение подойти к Милане и заговорить с ней. Один черт мы больше не будем учиться вместе и где-либо пересекаться, так что терять было нечего. Тем более я все равно переезжаю на другой конец города.

Забывать о своих страхах – это совершенно удивительная способность человека, осознавшего, что ему больше нечего терять. Подобные случаи, как правило, заканчиваются историями немыслимых побед, достойных экранизации. Или тюремным сроком.

Будучи не в силах больше ожидать, в полдень я уже принялся готовиться к предстоящему мероприятию. Прошла по привычному маршруту короткая стрелка настенных часов, вернувшись в исходное положение. И вот я уже стою в коридоре, одетый в черный костюм, и начищаю туфли. Бессмысленно скрывать, что костюм сидел на мне плохо и выглядел я полным дураком.

– Ну, красавец, жених!!! – С искренней улыбкой до ушей сказала мама, взглянув на меня под тусклым моргающим коридорным освещением.

– …

Я открыл дверь и пошел в школу. Волновался страшно, с каждым пройденным шагом моя уверенность куда-то улетучивалась. Прорисовав в голове сотни вариантов развития событий в диалоге с Миланой, я не подобрал ни одного оптимального. Ну, что же, значит буду импровизировать на месте. Конечно, потом я осознаю, что это решение было максимально идиотским, ведь импровизатор я еще тот… Но сейчас я воспринял эту мысль как показатель собственной смелости. А в момент принятия решения бывает довольно трудно отличить смелость от глупости.

Вечерние платья в пол, боа, туфли, костюмы, галстуки и бабочки. Кто-то передает через окно слитый в бутылки от газировки алкоголь, кто-то позаботился заранее и пронес его уже в себе. Из актового зала доносится танцевальная музыка. Всеобщее приподнятое настроение, хотя местами уже встречаются плачущие девочки, которые невозможно скучают по школе, не успев еще даже ее покинуть. Непривычная атмосфера в столь привычном месте. Смех, радость, пляски, безвкусная музыка, сопли и слюни. Винегрет под названием выпускной школьный бал. В этом котле нужно было вариться до раннего утра, так как школу на ночь закроют, оставив нас тусоваться внутри.

Когда все участники данного события собрались в актовом зале, началась как бы официальная программа мероприятия, включающая в себя множество унизительных низкосортных конкурсов. Я в это время выцепил глазами Милану. Красотка, ничего не скажешь. Ее и без того высокий рост был дополнен каблуками, а длинные густые волосы светлого оттенка до безумия красиво переливались на свету. Если выражать данное зрелище в виде звуков, я бы сравнил это с игрой на арфе. Мила обладала таким чистым и идеальным лицом, будто сошла с картины какого-то именитого художника. По сравнению с другими присутствующими в зале, она выглядела действительно взрослой и зрелой. Было в ней что-то столь притягательное, что не поддается никакому описанию. Наверняка имелись в ней и минусы, но влюбленный взгляд всегда вносит свои корректировки. Человек видит лишь то, что он желает видеть.

И все было бы как никогда чудесно, только вот терлись вокруг этой красотки все подряд, так что я никак не мог подобрать нужного момента, чтобы подойти к ней. Мне бы как-нибудь поймать ее одну, чтобы поговорить спокойно, без лишних ушей… Но представленная ситуация диктовала мне занять выжидательную позицию.

Чтобы не стоять одному, как аутсайдер, нужно было найти собеседника, который хоть как-то поможет скрасить ожидание. В углу актового зала я увидел одиноко сидящего на стуле парня. Он учился в параллельном классе, мы иногда здоровались, встречаясь в школьных коридорах. Стоит отметить, что весьма странный был паренек, но выбора у меня было не очень много. Не помню даже, как мы вообще познакомились с ним, хотя сейчас все это не важно. Подойдя к нему, я бросил несколько приветственных слов, обозначив тем самым начало тухловатого диалога. Но это было всяко лучше, чем стоять одному посреди зала, пялиться на Милану и ждать подходящего момента, который мог и вовсе не настать.

Не обремененные интеллектуальной составляющей конкурсы закончились поздней ночью, после чего началась непосредственно сама школьная дискотека. Свет приглушили, а музыка заполонила все пространство. Танцевало довольно много людей, и среди этих эпилептиков я в какой-то момент потерял из виду Милану. Оставив своего унылого прозябающего друга наедине с самим собой, я отправился на ее поиски. Обойдя по кругу весь зал, Милану мне найти не удалось. Это стало для меня хорошей новостью, ведь это означало, что она куда-то вышла, и это мой шанс поймать ее в темных коридорах ночной школы. Мой организм начал вырабатывать адреналин, я почувствовал прилив сил.

Выйдя из зала, припарковался недалеко от женского туалета. Ситуация, конечно, не то что бы сильно романтичная, но все же. Однако прошло минут пятнадцать, а Милана так и не появилась. Тогда я направился к охраннику, сидящему на входе. Возможно, он видел ее и поможет отыскать. Стоило мне в двух словах описать охраннику внешний вид Миланы, как он тут же уверенным голосом отрапортовал, что видел, как та поднималась по лестнице на второй этаж. Внешность у Милы была и впрямь запоминающейся.

Видимо, она устала стоять столько времени на каблуках и пошла в наш класс, чтобы немного посидеть и отдохнуть от громкой музыки. Это отлично, потому что лучше и укромнее места для разговора даже представить сложно. Не зря я выжидал момент.

В припрыжку я преодолел ступеньки на второй этаж, оказавшись прямо у порога нужного мне кабинета. За закрытой дверью издавались какие-то едва слышные неразборчивые звуки. Значит, Милана и правда там. Я аккуратно приоткрыл дверь и просунул голову в кабинет. Боялся, что она может разговаривать по телефону, а я ей помешаю. Или испугается из-за того, что я неожиданно зайду. Но, как оказалось, я боялся совершенно не того, чего следовало. Расскажу вам по секрету, что я там увидел. Свет внутри был выключен. Едва освещал помещение лишь уличный фонарь, безустанно выполняющий свой долг подле окон кабинета. Я заглянул внутрь и разглядел в сумраке Милану, которая полушепотом признавалась в любви какому-то перцу, имевшего ее прямо на одной из парт. Они меня не заметили, поэтому я тут же аккуратно закрыл дверь обратно и спустился на первый этаж.