Алексей Линьков – Пустота (страница 6)

– Ты ищешь оправдания, пытаешься обвинить других в своих несчастьях. Человек сам строит свою судьбу, только сам. А твоя задача в жизни видеть свет, а не тьму. Блуждая во тьме, ты придешь во тьму, а ты попробуй идти к свету, свет же идёт к тебе через тысячи лет, уважай это –Кто- то отвернулся от меня, а потом и вовсе исчез. Я остался лежать на траве и смотреть на звёзды, я так и не понял, с кем разговаривал, даже не понял женщина это или мужчина. Звёзды постепенно начали гаснуть, их становилось на небе всё меньше и меньше, пока не осталась одна звезда, которая через какое-то время так же исчезла, и меня поглотила абсолютная тьма.

Я очнулся от странного шума, долго не мог разобрать, что это такое. На какое-то время он исчез, но потом появился с новой силой. Так продолжалось бесконечно долго. Меня начало всего трясти от страха, я начал плакать в голос, звать на помощь, но всё было бесполезно. На помощь никто не приходил, а странный шум приближался. Наконец я понял, что это за шум, это вода, мощный поток воды. От страха я обмочился, слёзы не переставали лить ручьём. Ногами я почувствовал, что-то сырое, вначале я подумал, что это была моя моча, но потом понял, что на полу, неизвестно откуда, появилась вода.

Вода постепенно заполняла комнату, она была обжигающе холодной, ноги сразу начало сводить. Вода поднялась до колен, потом до гениталий. Меня трясло так, что казалось, трясется вся комната. Холод обжигал, я чувствовал, как горят ноги, тело меня больше не слушалось. Страх был непреодолим, слезы не переставали течь. «Поммооомгите» – попытался крикнуть я, но голос сразу сорвался. Вода уже поднялась до шеи, я начал понимать, что умру и понимал неизбежность происходящего. Начал пытаться глубоко дышать, пока не набрал воздух последний раз, я полностью погрузился под воду. На какое-то время хватило воздуха в лёгких, но потом вода начала заполнять их, я начал задыхаться, последнее что увидел, это яркую вспышку света, напоминающую яркую звезду. Я умер.

5. Адам.

Готовься выбраться из тьмы,

По коридорам вечности,

Из снов своих

Вернуться к бесконечности

Адама всего трясло от страха, он до конца не мог понять, что говорит ему женщина в белом халате и мужчина в форме милиционера. «Они умерли… нам жаль… это трагедия… так бывает… ты не бойся …там хорошо… приют… у тебя нет родственников… приемные родители найдутся» – доносились до сознания мальчика обрывки фраз.

Он сидел в больнице уже несколько часов, вокруг суетились люди, было много женщин и мужчин в белых халатах и милицейской форме. Просидев до самого утра в подъезде у своей квартиры, он уже чувствовал – что-то случилось. Потом в подъезд зашли женщина и мужчина, они были чем-то сильно расстроены.

– Ты из этой квартиры мальчик? – Спросили они.

–Да.

– Тебя как зовут?

– Адам.

– Не бойся Адам, поехали с нами, мы из милиции.–Женщина достала какое-то удостоверение и показала мальчику, но он не понял, что там написано.

– Я хочу дождаться папу и маму.–Рыдая, ответил Адам.

– Нам жаль, но они не придут.–Сказал мужчина и схватил его за руку, повел из подъезда. Адам кричал, сопротивлялся, но было бесполезно, мужчина был достаточно крепким. Из соседней квартиры вышел сосед, хотел что-то сказать, но увидев эту картину, передумал и зашёл обратно.

Так Адам оказался в больнице.

Он не мог до конца понять происходящего и всё ждал, когда его заберут папа, мама или бабушка, но они не приходили. Время тянулось. Наконец женщина в белом халате отвела его в комнату, там стояли два мужчины, также одетые в белые халаты. В комнате находились две кушетки, на них что-то лежало, накрытое белыми простынями.

– Адам, ты должен нам сказать, узнаешь ли ты этих людей. – Он подвел мальчика к одной из кушеток и снял простынь. Под простынёй лежало изуродованное тело. У тела не было глаз, ушей, нос был вдавлен в череп, также отсутствовала часть лба.

– Адам ты знаешь кто это? –Спросил мужчина. Мальчика вырвало прямо на белый халат, он пошатнулся и потерял сознание.

Очнулся в белой комнате, накрытый белым одеялом, рядом никого не было, только тихо играло радио. На столике стоял холодный, черный чай, лежало печенье и несколько конфет. Адам посмотрел в окно. Через неплотные шторы ярко светило солнце, перед глазами стоял образ изуродованного тела. «Мама! Папа!» – Адам снова заплакал, уткнулся в подушку и долго рыдал.

Так прошёл день, потом наступила ночь, иногда кто-то заходил в палату и что-то спрашивал, иногда приносили еду. Прошло три дня. Каких-нибудь близких родственников не нашли и мальчика привезли в детский приют.

Девушка, которая везла его в приют, всю дорогу успокаивала: «Это хорошее место, не бойся, будь сильным, скоро обязательно найдутся новые родители». Адам молчал, а водитель начал улыбаться и чуть не засмеялся от этих слов. Девушка грустно посмотрела в окно. Дорога заняла где-то около часа, в основном всю дорогу все молчали, только иногда водитель что-то говорил девушке, при этом косился на мальчика и называл его «дохляком». «Этот дохляк там не продержится», «Такие дохляки там ненадолго», «Такого дохляка быстро сплавят» – Адам до конца не понимал значения того, что говорил водитель, а потом и вовсе перестал слушать.

Приют был достаточно старым. Обшарпанные стены, старые, в каких-то местах, побитые окна. Вокруг приюта возвышались огромные сосны, которые своими могучими ветвями закрывали весь солнечный свет. Где-то, от старости, на некоторых соснах уже не было иголок. На окнах не было штор, поэтому было хорошо видно, как из них смотрят детские лица. Больше всего Адаму запомнилось одно лицо. Это было лицо мальчика, очень смуглое лицо с необычайно озлобленным взглядом.Мальчик улыбался, смотря на Адама, но это не была улыбка радости или приветствия.Когда это лицо улыбалось, казалось, что само зло смотрит на него.

В приюте Адама встретила женщина, лет пятидесяти. Одета она была в чёрное платье, с седым пучком волос на голове и очень толстых очках. Девушка, которая провожала Адама, ничего мальчику не сказала, а лишь передала какие-то бумаги женщине и уехала.

– Так, кто тут у нас? – Женщина посадила Адама на стул в своем большом и очень старом кабинете. В кабинете висели огромные часы с циферблатом из арабских цифр. Также на стенах висело много икон с различными образами. Стол казался настолько большим и массивным, что создавалась впечатление, что он создан не для людей.

– Ты что глухой?! – Неожиданно закричала женщина.

–Я,я…– Адам растерялся и не смог сразу ответить.

– Ты видимо ещё и тупой! Ты! Ты! С кем ещё я могу разговаривать? Мы тут с тобой вдвоём! Или ты ещё и слепой! Слепые нам не нужны!– Женщина неожиданно перешла на крик, казалось, что чем дольше она кричала, тем мрачнее становился образ на иконе, за её спиной.

– Я…я… – Адам не мог вымолвить ни слова, он начал плакать, слёзы по щекам текли ручьём.

– Ах ты мелкая сука! – Женщина встала со своего стула, взяла со стола длинную, железную линейку, подошла к мальчику и со всей силы ударила линейкой по спине. Адам от неожиданности перестал плакать и хотел потрогать место удара, тогда женщина ударила ещё раз, потом ещё раз. Адам закричал, попытался руками закрыться от ударов. Женщина плюнула в мальчика, потом вышла в коридор и крикнула: «Маааша!Забирай засранца!».

– Мелкий ублюдок! Называй меня «директор», если узнаю, что плохо себя ведешь, то убью! – Сказала директор, потом взяла Адама за волосы и выставила в коридор.

Адам упал на пол и закричал. Директор за ним с силой так захлопнула дверь, что слышал весь приют. К мальчику подошла девушка и подняла его за руки.

– Всё, хватит, успокойся, если директор спрашивает, то надо отвечать на вопросы, она этого не любит, когда молчат. – Сказала девушка, смотря Адаму прямо в глаза, – Ты успокойся, сейчас поешь и я отведу тебя в твою комнату, там такие же ребята, как и ты, – она на секунду замолчала, – поешь и помоешься, от тебя воняет. И хватит кричать, это тебе точно не поможет, а будет только хуже.

Адама привели на кухню, там стояли несколько поваров, они что-то варили в больших кастрюлях, от чего всё помещение было заполнено плотным белым дымом.

– Садись. – В приказном тоне сказала девушка, указывая на старенькую табуретку у старого стола. Мальчик сел, вытирая слёзы. В железной миске ему подали непонятную жидкость и кусок хлеба со стаканом воды.

– Ешь быстрее.

Адам взял ложку и попытался попробовать то, что находилось в миске, но не смог и выплюнул, было очень горячо.

– Как хочешь! У тебя нет ни папы, ни мамы здесь! Никто уговаривать не собирается тебя.

–Горячо. – Прошептал Адам, но девушка его не услышала. В это время она о чем-то разговаривала с одним из поваров, при этом играючи положила ему руку на плечо и слегка поглаживала.

Адам съел хлеб и выпил воды. После этого девушка повела Адама в душ, там она сказала ему раздеться. Мальчик, сильно стесняясь и плача, неторопливо снял свою грязную одежду, на которой ещё осталась засохшая кровь. Девушка, смотря на мальчика с отвращением, дала ему кусок мыла и толкнула под ледяную воду. Адам весь трясся от холода и от страха, попытался себя намылить, но выходило плохо, мыло постоянно падало из рук.

Девушка кинула на пол новую одежду. Это были старые штаны и очень старая рубашка, новые серые кеды, носки с дыркой на пятке, и белые, с коричневыми пятнами, трусы.