Алексей Лебедев – Варяги: новый взгляд на старую проблему (страница 10)

Учитывая то, что в те далекие времена дорог в нашем современном понимании просто не существовало, а в качестве путей сообщения использовались реки, то именно их Генштаб и обязан был рассматривать в качестве путей передвижения.

К тому же, если уж норманнисты настаивают на том, что именно балтийцы и являются варягами, то придти в Поильменье они могли только лишь на дракарах, а не конными или пешими. Но и движение по территории Поильменья ими так же должно было осуществляться в дракарах: нет смысла считать, что, добравшись до берега, они оставили бы суда и дальше шли пешими. Да и чем бы они перевезли столько лошадей? Тут нельзя не учитывать такого фактора, как безопасность: дракар – это своеобразная крепость, которая могла спасти в случае внезапного нападения врага, а раз так, то от нее балтийцы уж точно отказываться не стали бы и, следовательно, выбор рек, в качестве путей передвижения, следует считать обоснованным.

С Балтийского моря в земли мери можно было добраться тремя путями.

Первый путь мог пролегать по Западной Двине до верховьев, оттуда по волоку в Волгу, а по Волге в земли меря.

Второй путь мог пролегать с Финского залива по реке Неве до Ладожского озера, оттуда по реке Свирь в Онежское озеро, далее в Белое озеро и вниз по реке Шексне до земель мери.

Третий путь мог пролегать с Финского залива, вверх по Нарове, по Чудскому и Псковскому озерам, оттуда по реке Великой до верховий Ловати, Западной Двины и Волги, а оттуда до земель мери было рукой подать.

Как видим, прежде чем добраться до племен, проживавших дальше всех от Балтики, балтийцам пришлось бы проходить еще через чьи-то земли: в первом случае – через земли кривичей, во втором – словен и веси, а в третьем – чюди и кривичей.

Но и это еще не все: разведчикам, для того, чтобы представить такую информацию в Генштаб, следовало самим лично пройти по всем этим путям и маршрутам, выбрав наилучший из них. Сколько, ж, это времени требовалось на все это? Во всяком случае, в этом понятно одно; подготовка к походу должна была начаться задолго до 859 года.

Разработка плана операции. Ни для кого не секрет, что любая деятельность – это набор действий, растянутых во времени. Война не исключение. Любые цели, в том числе и цели военного характера, можно квалифицировать как быстродостижимые, легкодостижимые, труднодостижимые и как цели промежуточного характера.

К быстродостижимым целям следует отнести набег и грабеж. Такие цели достигаются в краткосрочном периоде.

К легкодостижимым целям следует отнести те, которые не требуют значительным материальных и временных затрат. К таким целям, чаще всего, можно отнести набег и грабеж.

К труднодостижимым целям следует отнести завоевания. Такие цели достигаются в долгосрочном периоде и требуют значительных материальных и людских ресурсов, а так же, временных затрат.

К целям промежуточного характера следует отнести военные действия, конечная цель которых состоит в разгроме живой и военной силы противника и последующего признания населением той или иной территории зависимости от врага и уплата такому врагу дани. Такие цели, как правило, достигаются в среднесрочном периоде.

Действия балтийцев по взиманию дани в Поильменье следует относить именно к целям среднесрочного периода77, тем боле, что в качестве мотива названо стремление к изъятию у соседа материальных ценностей.

Исходя из целей среднесрочного периода, на основании полученной информации, Генштаб, проанализировав собранную информацию и сопоставив ее, обязан был выполнить гигантскую по объему работу и разработать план дальнейших действий, который по сложности решения, вряд ли, уступал Плану Барбаросса.

Насколько важно было иметь такой план можно судить по двум примерам.

Первый пример. Наполеон начал войну с Россией в 1812 году в отсутствие плана будущих военных действия, осуществления всей операции по разгрому армии России и без видимого понимания того, как, когда, где и чем закончится война с Россией. В итоге, Наполеону, привыкшему действовать исключительно исходя из обстановки, которая царила на поле боя, удалось завоевать только лишь остров Святой Елены.

Второй пример. Третий Рейх начал войну с Советским Союзом при наличии скудной и недостоверной информации, слабо подготовленного плана действия, в котором не были определены не только конечные цели компании, но даже не были определены стратегические, тактические и промежуточные цели компании, не верно было определено время, которое отводилось на проведение тех или иных тактических операций и многое еще чего. В итоге, война закончилась не на территории Советского Союза, а на территории Германии.

В нашем случае балтийцам план проведения операции так же был необходим: они же собирались захватывать не какой-то отдельный город или населенный пункт, а осуществить полномасштабную операцию по подчинению населения целых пяти стран.

Более того, Генштаб, исходя из собранной информации, выясняя возможности свои и противника, обязан был выяснить и то, какое количество групп потребуется привлекать не только для завоевания, но и для осуществления процесса сбора дани. Подумать предстояло и над тем, как и каким образом, следует обеспечить координацию действий таких групп уже во время взимания самой дани.

Определение численности войска. Разобравшись с географией, демографической ситуацией в регионе вторжения и дорогами, с вопросами ресурсного обеспечения, балтийский Генштаб обязан был определить численность войска, которое потребовалось емудля достижения конечной цели операции. Трудно сказать какое наибольшее количество ратников в те времена собирали норманнские конунги для походов, но, видимо, самым большим войском можно назвать войско численностью в 1500 человек.

Тот факт, что поселения в Поильменье в те времена не могли быть значительными по численности населения, но с учетом масштаба предстоящего мероприятия, балтийский Генштаб обязан был собрать рать не менее чем в пятьсот-шестьсот человек. С учетом вместимости дракара78 в пятьдесят человек, в поход следовало снаряжать не менее двенадцати судов. С учетом численности тактических групп в три дракара, предстояло создать как минимум четыре тактические группы.

Казалось бы, такая численность войска для достижения поставленной цели по завоеванию Поильменья, мала. Но тут не стоит забывать о том, что кто владеет наступательной инициативой, тот владеет и стратегической. Именно нападающий определяет направление, место и время нанесения удара.

Тerra incognita79. Без сомнений, перед тем, как отправиться в столь далекий поход, участники похода обязаны были четко понимать, как им предстоит действовать на чужой территории и с кем именно придется иметь дело. Любой план всегда разрабатывается с учетом обстановки, которая господствует в стане врага. Сведений о том, какой была обстановка на самом деле, в источниках не сохранилось, но варианты того какой она могла быть, предположить можно.

Разработку любих планов боевых действия, следует строить с намерением получения двух самых важных стратегических результатов – выигрыша битвы за Пространство и выигрыша битвы за Время. При этом, следует четко осознавать, что успех операции в значительной степени зависит от выбора стратегии вступления войска в войну. «Если стратегия вступления в войну изначально ошибочна, то ни искусство полководца на поле боя, ни доблесть солдат, ни отдельные одноразовые победы – не смогут дать того решающего эффекта, которого можно было ожидать в противном случае»80.

То есть, Генштаб балтийцев обязан был разработать такой план ведения боевых действий в Поильменье, который учитывал бы вышеприведенные условия. По этой причине, стоит рассмотреть некоторые из таких возможных вариантов.

Вариант первый. В Поильменье обстановка была таковой, что каждый из народов там жил сам по себе и с соседями никаких дружественных, и уж тем более союзнических отношений, не поддерживал.

При этом следует отметить, что совершенно непонятно, что из себя представляли социумы перечисленных племен: были ли это свободные и независимые друг от друга общины или же это было общество, сплоченное в единую организацию с вертикалью власти верховного правителя?

Вариант второй. В Поильменье между племенами могли быть налажены хоть какие-то взаимоотношения, предусматривающие, в случае появления на границах у кого-то из них какой-то внешней угрозы и оказание друг другу военной помощи.

Вариант третий. Существование в Поильменье некоего подобия союза племен, в котором оказание военной помощи союзникам уже было обязательным условием совместного существования. Правда, наличие такого союза сомнительно по той простой причине, что все народы принадлежали к разным языковым группам. Если бы эти группы жили чересполосно, то существование такого союза могло быть вполне допустимо. Вот только, как мы можем судить по карте археологических памятников, каждый из народов Поильменья проживал на своей собственной территории, отделенной от соседей некой незаселенной территорией.

Вариант четвертый. Существование в Поильменье государства. Не пяти государств: Меря, Чюди, Веси, Словен и Кривичей и даже не союза племен, а, именно, государства! Пусть даже такое государство находилось в начале свого пути, в начальной стадии формирования органов управления и системы управления, с несовершенной правовой базой и со слабой регулировочной системой. То есть, в Поильменье могло существовать государство в зародышевом состоянии, но в рамках которого все эти племена были объединены воедино. Возможен ли такой вариант? Да, возможен! Вот только в этом случае придется пренебречь устоявшимся мнением об отсутствии в Поильменье государства по состоянию на 859 год и его возникновении в крае только лишь после 862 года.