Алексей Курилко – В поисках Золотого тельца (страница 22)
- Срочно сваливаем. Бери Танелюка за шиворот и тащи к машине. Жду вас у входа через минуту.
Спустя минуту они вышли из дома. Седой шёл шаркающей походкой. Его качало из стороны в сторону. Крошкин поддерживал его за руку.
За ними вышел Владимир Владимирович и направился прямо ко мне. У меня всё сжалось внутри и снаружи. Я почувствовал, как всё лицо покрывается потом.
Не к месту вернулась та мысль: «Чёрт, ты прикончил этого ублюдка! Тебе капец».
А главное, до сих пор не понимаю, почему я так поступил. Серьёзно. Я не герой, и мне плевать на Веру. Более того, она мне не нравится. Так какого хрена я схватился за ту чёртову бутылку? Ведь она сама виновата. В таком наряде можно спровоцировать даже мёртвого импотента. А Никита здоровый мужик…
Владимир Владимирович подошёл ко мне вплотную.
- Уже покидаете нас? – спросил он.
- Да, нам пора, - забормотал я. – Мама нашего водителя очень волнуется, когда он возвращается после двенадцати.
- Ясно, - сказал Володя и зевнул.
На душе у меня полегчало. Вряд ли человек будет зевать перед убийством. Значит, он ни о чём ещё не знает.
Мои охламоны уселись в машину.
- Всего доброго, Владимир Владимирович. Береги себя.
- И ты.
Мы пожали друг другу руки.
- Мне понравилось, как ты работал.
- Спасибо, - ответил я. – Надеюсь, мы останемся друзьями.
- Конечно. Ты мне понравился. Ты настоящий.
- Приятно слышать. Счастливо.
Я сел в машину и, захлопнув дверь, приказал:
- Самый полный вперёд!
Мы мчались полтора часа без остановки. В полнейшем молчании. Никто не донимал меня вопросами, а я ничего не желал объяснять.
Когда до Киева оставалось рукой подать, я пошарил в бардачке. Сердце замерло.
- Седой, а где пакет?
- Какой пакет? – спросил он сонным голосом.
- Тот, который я дал тебе в доме… Целлофановый… С деньгами…
- Ты сказал отнести его в машину…
- Я помню, - говорю, - и что?
Седой начал заикаться.
- Я думал, в ту, на к-которой я п-приехал…
- Что-о?!
Танелюк что-то забубнил, но я его уже не слышал.
Я достал мобильный и попытался связаться с Верой. Но связи не было.
Я тяжело вздохнул и сказал:
- Тамерлан, дружище, разворачивай свою колымагу – мы попытаемся их догнать.
Я вовсе не верил в то, что это возможно, но ничего лучшего мне в голову не пришло.
В общем, приключения продолжались… Мать их так!
Конечно, я сам виноват. Каким же надо быть идиотом, чтобы доверить деньги другому идиоту, да ко всему ещё и пьяному?
Часть третья
Глава 1
За последующие полтора часа я звонил Вере раз десять, хотя это и не имело ни малейшего смысла. Робот женским голосом неизменно повторял на двух языках, что абонент временно недоступен. Причём последние три раза, как мне показалось, робот стал говорить с едва уловимым раздражением. Видимо, даже у компьютерной системы в наше неспокойное время сдают нервы.
- А Лёни этого у тебя есть телефон?
- Ты уже спрашивал, - ответил мне Шура. – Нету.
Впереди в свете фар нарисовался женский силуэт. Метров за десять я её узнал.
- Притормози.
Мы остановились. Я открыл окошко со своей стороны:
- Вы почему покинули праздник, Анастасия? И где ваш автомобиль?
- То мамина машина, - ответила Заречная, ничуть не удивляясь нашей неожиданной встрече. – Куда держите путь?
- Точно не знаем.
- О, - радостно воскликнула она, - нам по пути. Можно с вами?
Я обернулся: Танелюк спал, Крошкин глупо улыбался.
- Да, - говорю, - у нас есть одно свободное место.
Когда она уселась и «дочь Антилопы гну» набрала максимальную для своего старого организма скорость, я без тени волнения, как можно небрежней поинтересовался:
- Ну, что там было, когда мы уехали?
- Не имею понятия. Я ушла почти сразу после вас. И, наверное, часа два на этих каблуках шкандыбала до трассы.
- Не страшно?
- Чего?
- Ну как же… Ночь, безлюдно… А вы в вечернем платье…
- Я думаю, больше меня боялись. Вы первые, кто остановился. Я их понимаю. Ночь, безлюдно, а тут я в вечернем платье… Явно ненормальная…
- Что же мы будем делать? – спросил Крошкин.
- Ехать всё время по Одесской трассе, никуда не сворачивая. Наш золотой телец лежит в бардачке их машины, и даже если они заметят, то вряд ли решат возвращаться. Куда именно они собирались, не в курсе?
- По-моему, в Судак. У неё там бабушка…
- Ну что ж, - говорю, - в Судак так в Судак. Полный вперёд.
Тут включил своё привычное бурчание Бурмака:
- Полный вперёд - это, конечно, хорошо, но у меня бензина осталось на двадцать километров.
- Ладно, - сказал я, - заверни на первую же заправку. Кстати, и нам заправиться не помешает. Да и сигареты на исходе.