Алексей Куликов – Дорога к дому (страница 20)

Грегори, ссутулившись, сидел на плите, опустив голову на грудь, и, казалось, не замечал ожидающих людей. Наконец он поднялся, с трудом разогнув спину, и, посмотрев в лицо молчаливому чину, приглушенным шепотом произнес:

— Раньше или позже? Наверное, лучше раньше — в его словах не было никакого смысла, во всяком случае так казалось Маддису. — Ты сможешь?

Марк смотрел на Кемаля, но вопрос его был обращен не к нему.

— Дай мне отдышаться, и я буду в порядке, — крепнущим, но всё ещё слабым голосом отозвался эфф. — Пусть приступают. К тому времени как они закончат, я уже приду в себя.

— Вы слышали? — в этот раз сомнений, к кому он обращается, не возникло, и подошедшая парочка одновременно кивнула. — Действуйте быстро, отныне время работает против нас. Когда закончите, пришлите кого-нибудь оповестить нас.

Вновь кивнув, Биббер и Кемаль поспешно ретировались. Дождавшись, когда они скроются из поля зрения за стеной деревьев, Маддис дал волю кипевшему в нем гневу.

— И какого беса это было, Марк? С каких пор ты посвящаешь в свои планы кого угодно, кроме меня? Может, я тебе уже не нужен? Может, теперь Биббер станет решать, что делать в твоё отсутствие?

Во время этой тирады Маддис постарался и голосом, и мимикой выразить всё то недовольство, что в нем скопилось, а поскольку природа щедро одарила ваятеля талантами, то из его слов буквально сочилась язвительность вперемешку с ядом.

— Да ладно тебе, дружище, — досадливо передернул плечами Марк, — я всего лишь приказал им свернуть лагерь. Право слово, есть из-за чего переживать и накручивать невесть что!

— Всего лишь свернуть лагерь? — Маддис даже зашипел от негодования. — Я что, по-твоему, идиот? Я…

И тут со стороны поляны, где располагался лагерь их небольшого отряда, раздался пронзительный воющий звук, прерывистый и злой. Звук, который ни с чем нельзя было спутать! А вслед за ним в небеса взметнулись крики боли и недоумения, исторгнутые десятками глоток.

— Пульсары! — взвизгнул Маддис, крутанулся на месте. — Вот к чему привела твоя медлительность! Нас нашли! Коны уже здесь!

Его фигура заискрилась внутренним светом, и вокруг с головокружительной скоростью стали обретать энергетическую составляющую формы многочисленных боевых плетений.

— Расслабься, дружище, — равнодушно прислушиваясь к звукам, доносящимся из-за деревьев, посоветовал Марк. — Это не коны. Как я уже сказал: мои люди просто сворачивают лагерь.

— Что? — развернувшись, Маддис недоверчиво уставился на Марка. Сияние Силы покинуло его, на лице проступило непонимание.

— Когда сюда припожалует поисковая группа Конфедерации, их будет поджидать весьма любопытный сюрприз и совсем не такой, как они ждут. Тот сброд который торчал здесь вместе с тобой, был нужен именно для этого момента, мой друг…

— Но зачем? — спросил Маддис, растерянно моргая и медленно пятясь назад.

— Успокойся, — Марк пренебрежительно взмахнул рукой, словно шум разворачивавшейся бойни был мелким недоразумением и не имел к ним никакого отношения. — Ты ведешь себя глупо.

— Глупо? — ваятель невольно оглянулся на скрытый за деревьями лагерь, откуда продолжали раздаваться крики и резкий посвист пульсаров. — Глупо? Эта бойня… Она бессмысленна… Зачем?.. Это безумие…

Ведьмак не знал, что сказать. От неожиданности и бессмысленности происходящего мысли разбегались и путались, он с трудом верил, что всё это реально. Тем временем из можжевеловых зарослей на краю полянки — казалось, чтоб ещё больше усугубить внутренний разлад ваятеля, — с треском продираясь сквозь кусты, выбрался запыхавшийся человек. Маддис с трудом узнал в этом перепуганном вусмерть бедняге Сагиба, одного из лишь недавно нанятых головорезов, отличавшегося слишком большим самомнением и гонором, а ещё уродливой татуировкой в форме паука на щеке. Теперь, правда, он не выглядел таким уж уверенным в себе. Заприметив главарей, он на мгновение замер, будучи не в силах сразу принять решение: то ли бежать к ним в попытке спастись, то ли — прочь. Он так ничего и не смог решить, поскольку Марк, вскинув в небрежном жесте руку, послал через всю поляну крошечный перламутровый сгусток энергии, сплетенный в мгновенье ока. Этот сгусток насквозь прошил грудь бедолаги Сагиба и с чудовищной силой отбросил его на те самые заросли, из которых тот выбрался.

— Безумие — это залог выживания! — как ни в чем ни бывало заявил на полном серьезе Марк, обращаясь к Маддису. — А мы играем в такую игру, где жизнь, сама по себе значащая немного, может иметь огромное значение при некотором её отсутствии.

— Псих! — панически взвизгнул Маддис, пятясь всё дальше. — Ты псих…

Не смотря на всё потрясение и шок вызванные непониманием происходящего, Приорр всё ж таки с некоторым удовлетворением отметил, что бывший кон использовал плетение — не вязь! Значит, были и у его сил пределы… или же он экономил их для другого…

Снова зашуршали кусты, но на этот раз сквозь них пробирался человек совершенно другого склада: невысокий, плотно сбитый, с полуседой шевелюрой, из-за чего казался пегим и главное — в руках у вновь прибывшего был пульсар! Чад Фрэнтис — лучший следопыт к югу от Картвера, он был одним из «любимчиков» Марка. Его «гвардейцем».

Заприметив Френтиса, Марк недовольно покачал головой и скривился. Следопыт, виновато пожав плечами, подошел к бьющемуся в судорогах телу и, перекинув пульсар за спину, схватил умирающего за ногу. Вновь пожав плечами, он развернулся и потащил тело Сагиба прочь с глаз вожаков.

— Псих, и без всякого сомнения, — согласно кивнул Грегори, провожая глазами Чада. — Но я думал, мы это уже решили.

— Зачем? — в который раз взвизгнул Маддис совершенно не контролируя себя, он ткнул пальцем в сторону тащившего тело следопыта. — Зачем?! И что дальше? Теперь ты примешься за меня? Да? Ну, попробуй!

Он продолжал пятиться, но взгляд его был сосредоточен только на Марке: ваятель всё ждал, когда же сияние проявляемой вязи окутает фигуру бывшего кона, ждал первого удара, внутренне готовясь к нему и формируя в мыслях множество форм и образов грядущих проявлений — как оборонительные, так и атакующие. Он намеревался вступить в бой, хотя понимал: выстоять против Марка — даже в нынешнем измотанном и уставшем состоянии бывшего кона — не удастся, и единственное, что остаётся, — подороже продать свою жизнь. Он пятился, не обращая внимания на насмешливое выражение лица Касселя, наблюдавшего за ним, не глядя по сторонам, не пытаясь найти выхода. Он готовился к последней битве. Всё в себе — всё, что оставалось, нацеливал на неё и потому пропустил первый удар, пришедшийся совсем не с той стороны, с какой он рассчитывал. И это был совсем не тот удар, которого он ожидал.

Камень размером с кулак, влажный и скользкий от росы, попался под подошву сапога Маддиса, заставив того поскользнуться. Не сумев удержать равновесия, ваятель нелепо взмахнул руками и со всего маху шлепнулся на ягодицы. Удар состоялся и был весьма болезненным, хотя и пришелся на место, далекое от наиболее жизненно важных органов.

Кассель громко, заливисто расхохотался — чего от невозмутимого эффа никак нельзя было ожидать: видимо, сказывалось нервное напряжение. Марк тоже не смог себя сдержать и самым глупым образом захихикал. Но этот приступ непонятного веселья на фоне отчаянных воплей гибнущих людей, раздававшихся совсем неподалеку, ещё больше напугал несчастного Маддиса.

— Ну и глупый же у тебя видок, дружище, — продолжая посмеиваться, заявил Марк. — Видел бы ты себя со стороны — помер бы со смеху.

— Помер бы со смеху? — поднявшись вначале на четвереньки, а затем и окончательно выпрямившись, Маддис принялся отряхиваться, но взгляда от бывшего кона не отвел. — Смеху? Ты, проклятый маньяк, там людей не смех убивает, а твои…

— Людей? — ожесточенно переспросил Марк, чье веселье растаяло, как снег в жаркий полдень. — Ты называешь эту погань людьми? Насильники, убийцы, воры, не знающие чести. Позабывшие имена собственных родителей, породивших их себе на позор. Ты их называешь людьми? Они не люди! Даже не нелюди! Они просто сорная трава, сорняки, существующие только для того, чтобы стать удобрением. Ни для чего больше!

— Зачем же тогда ты их нанял?! — визгливо выкрикнул Маддис, всё ещё не пришедший в себя от страха и гнева.

— Ровно для того, о чем я тебе говорил раньше, — куда более спокойно отозвался Марк. — Они нужны для задержки конфедератов, когда те прибудут сюда и начнут искать наш след, а если нам повезет, то они даже сумеют остановить их.

— И как они это сделают, будучи мертвецами? — зло поинтересовался ваятель, тайком потирая пострадавшие ягодицы. Похоже, Маддис стал понемногу оправляться от пережитого шока, во всяком случае, в его голосе больше не слышались визгливые нотки, зато отчетливо проступили повелительные тона. Ваятель требовал ответов, а не просил их!

Тем временем крики стихли, вслед за ними смолкли и пульсары. Через считанные мгновения из рощицы вынырнул человек в темно-зеленой одеже и плаще, покрытом множеством лоскутков всевозможных оттенков серого и коричневого, забавно подрагивающих на ветру, в руках у него был короткоствольный пульсар с усиленным накопителем и со сдвоенным магазином. Маниик Сванд — один из лучших охотников и проводников, человек, родившийся и большую часть жизни проведший в Тартре.