Алексей Кукушкин – Курсант-адмирал (страница 26)
Через минуту Георгий Авенирович, не отрываясь от подзорной трубы говорит: «Ну и кораблики у японцев, "Асама" господа с черными шарами, «Не могу управляться», выкатился из строя с описывает циркуляцию влево. Вероятно "Николай I" её вдарил, ай да молодцы! Хоть и одна башня с 12-дюймовками, а свое дело знают, коли жив останусь всю башню напою, честное слово. Но и наши Овод с Залесским постарались, сперва "Ниссин" сходу свое получил, теперь видно, что только 6-дюймовками отстреливается, и то не всеми, а еще "Идзумо" – выкатился из строя, третья труба не дымит, да крениться чуток, где уж тут о победе думать?»
Бурлаков в шкуре стершего артиллериста внимательно наблюдал за "Идзумо". Корабль неприятеля разворачивался, то ли машинами, то ли руль стал ворочаться, и пытался занять свое место в строю, и злобно поплевывал свои снаряды в сторону "Осляби". Пятнадцать узлов тот еще мог давать, а большего Того было и не надо.
"Сам погибай, а товарища выручай", – вертелось у него в голове, и с этой мыслью, он вновь нажал рычаг огонь, получив информацию, что башни готовы.
Расчёты только этого и ждали, и в носовую проекцию подранка полетели 12-дм снаряды. По стечению обстоятельств один настиг жертву. Удар пришелся в кормовой каземат правого борта 6-дюймового орудия, воспламенились заряды и снаряды, приготовленные к стрельбе, и крейсер потряс мощный взрыв, часть бронеплит отлетела в море, а вслед за взрывом заполыхал пожар.
Японский крейсер «Идзумо», вид изнутри. «Идзумо» – первый броненосный крейсер класса «Идзумо» Императорского флота Японии.
6-дюймовые фугасы, попали в кормовой каземат, но броня опять справилась, и один все-таки уничтожил палубную 6-дюймовку. Прямое попадание фугаса, особенно русского, опасно, не только взрывом, но и крупными осколками, запросто разрубающими тела и черепа, в чем и убедились японские моряки.
В 14 часов и 12 минут. Вновь раздался залп русского броненосца по "Идзумо", но Сергей Александрович предполагал, что тот встанет в кильватер за впередиидущим крейсером, но видимо повреждения были настолько серьезны, что тот предпочел зализывать раны, вне огневого контакта с русским вторым броненосным отрядом, и отправился в след за "Асамой", под прикрытие своих боевых товарищей.
«Без серьезной причины самураи так никогда не поступают, это равносильно потере лица, знать серьезно мы им вмазали», – подумал Бурлаков/Малечкин, и на душе посветлело.
Он видел, как в этот раз, снаряды с недолетом легли по горящему "Идзумо". В настоящий момент он перестраивался, и Бурлаков приказал: «Перенести огонь по броненосному крейсеру "Касуга"».
Броненосный крейсер «Касуга» Водоизмещение 8170 тонн. Размеры: 111,73 х 18,71 х 7,32 метра. Бронирование: главный пояс 3 – 6 дм, верхний пояс 6-дм, батарея 6-дм, переборка каземата: 2-дм, башни: 6-дм, барбеты: 4 – 6-дм, палуба: 1 и 1 1/2-дм, боевая рубка: 6-дм. 2 вертикальные паровые машины тройного расширения (8 цилиндрических паровых котлов), 13500 л.с., 2 трехлопастных винта. Скорость 20 узлов максимальная (фактически не более 18). Дальность плавания 5500 миль. Экипаж: 26 офицеров и 524 матроса. Вооружение: 2х1 10-дм и 1×2 8-дм орудий, 14×1 6-дм орудий, 10×1 12-фунтовых орудий, 6×1 47-мм орудий, 4×1 7,62-мм пулемёта Максима, 4 × 457-мм ТА.
Крейсер был грозный противник даже для броненосцев. Его 10-дюймовое орудие Армстронга, лишь немногим уступало по бронепробитию 12-дюймовым орудиям русских кораблей. Но по точности превосходило на порядок. Вероятно, им и были достигнуты попадания в "Ослябю" который мощно горел, но вел второй боевой отряд или к победе, или в бессмертие.
В 14 часов 14 минут, поглядел на часы Малечкина Бурлаков, обе орудийные башни рявкнули бронебойными, а 6-дюймовки и не прекращали стрелять фугасами, лишь немного сбавили темп до двух-трех выстрелов в минуту. Вячеслав Блинов приказал кондукторам точнее целиться, не бросать снаряды напрасно в море. Бронебойный снаряд упал недалеко от броненосного крейсера, и пройдя по пологой траектории вспорол борт под броневым поясом, вскрыл его, как обычный транспорт и взорвался в кормовом котельном отделении. Часть кочегаров погибла на месте, часть обварилась, а часть успела выпрыгнуть, но кочегарка вышла из строя. Из двадцати четырех 6-дм фугасов цель нашли три. Два ударили в район основания кормовой башни, под мамеринец. Один разбился о бронепояс, второй ударил чуть выше, в небронированный борт, но серьезных повреждений не нанес. Третий фугас упал вводу под нос корабля, и вода поглотила энергию фугаса, до корпуса долетели лишь круглые осколки и просто постучались в него.
На "Сисое Великом" этого ничего не разглядели, хотя и дальность была в 26 кабельтовых.
Ивков сказал Малечкину: «Сергей Александрович, залп хороший, но попаданий не видно».
«Вы правы Георгий Авенирович, но мы сейчас еще вмажем, постараемся, видите, как мы предыдущих осадили, если бы "Идзумо" и "Ниссин" лупили по "Ослябе" и сейчас, ему было-бы гораздо труднее», – ответил Бурлаков.
Через две минуты курсант решил претворить свои слова в дело. Малечкин старательно прицеливается по "Касуге", но краем глаза увидел, что японские броненосцы стреляют уже не только главным и средним калибром, но ввели в дело и 12-фунтовые пушки, коих на четырех броненосцах было множество, а каждая, как он помнил, давала до пятнадцати выстрелов в минуту, и пусть 6-кг снаряды не смогут пробить броню, но их будет выпущено великое множество, и свой процент попаданий, а на такой дальности это минимум 3 процента, они достигнут, а это значит что и "Князь Суворов" и еще более "Ослябя" находятся в большей опасности. Отвлекшийся старший артиллерист дело плохое, и залп "Сисоя" в этот миг лишь распугал рыбу у борта японского итальянца.
В 14 часов 18 минут Сергей Александрович решил реабилитироваться, вспомнил святого Николая Чудотворца, и с просьбой о помощи скомандовал залп.
На этот раз залп лег по носу "Касуги". Один снаряд прямым попаданием уничтожил 12-фунтовое орудие, и вызвал пожар заготовленных к нему снарядов, нос японского крейсера задымился. 6-дюймовые снаряды этого залпа попали в главный бронепояс не причинив вреда.
Время 14.20 и Семен Федорович Овод сидел на своем посту в носовой башне, и видел, что старший артиллерийский офицер постоянно, немного запаздывает с отдачей приказа, и дальномер похоже не врет, и курс верный, но по своему разумению Семен решил, что необходимо производить выстрел бы чуть раньше, и на свой страх и риск, в тот момент, когда снаряд и заряд были на своих местах, совместив целик и прицел, дал залп не дожидаясь команды старшего офицера.
Вторая башня выстрелила пятью секундами позднее, на лице Малечкина появилось сначала недоумение, а затем негодование.
Бронебойные снаряды покинули стволы орудий носовой башни с разницей в миллисекунды, обусловливаемой в разной скорости сгорания порохового заряда, летели по одной траектории. Но опять же, из за разницы в весе на несколько грамм, их траектории не совсем совпадали. Если первый пролетел между двух дымовых труб, то второй врезался как молот в кормовую башню 8-дюймовых орудий и разбил ее к чертям, полностью выведя ее из строя вместе с расчетом.
Снаряды кормовой башни упали где-то рядом, но в "Касугу" не попали. Шестидюймовые разорвались на броне, и повреждений опять не принесли. Все-таки, забронирован гарибальдиец был хорошо, хотя схема бронирования была заимствована еще с Лиссы91, но к современным условиям подходил как нельзя кстати.
Картина Ф. Колларца «Битва при Лиссе»
Капитан броненосца «Сисой Великий», Мануил Васильевич, стоя в боевой рубке поглядел на свои часы. Они показывали 14 часов и 21 минуту. Еще он прекрасно наблюдал, как профессионально действуют его артиллеристы, и не мог поверить, что всего один аэростат, болтающийся с противоположного от неприятеля борта и отчаянно моргая фонарем, так может помочь действию канониров. Мысли текли как волны, одна нахлестывая другую: «Сперва в начале боя, на развороте, добились нескольких попаданий по "Ниссину", затем пострадал "Идзумо", от огня орудий не самого сильного здесь броненосца. Ему пришлось совсем не сладко, и сам вице-адмирал Камимура92 – палач нашего "Рюрика", вертится как уж на сковородке, на горящем крейсере, который сперва на нас выпал, а потом убрался в свою пещеру, за строй броненосных крейсеров. Самураи так никогда не поступают, видеть сэппуку93 сделает после боя. Сейчас подчиненные Малечкина вот и кормовую башню на "Касуге" снесли, видать не зря учебными так много стреляли, свое дело знают. В конце строя 2-го боевого отряда флота Микадо, броненосный крейсер "Асама" получив от кого-то подарочек, тоже выкатился из строя и чиниться. В итоге два крейсера вне линии, а два тише стреляют. Боюсь сглазить, но прекрасный результат», – сказал Озеров капитану 2-го ранга Ивкову.
Через минуту капитан 1-го ранга Като видел ненавистный броненосец "Сисой Великий", грозной скалой маячивший на горизонте, исправно и точно посылающий свои снаряды в строй кораблей Микадо. Уже два его боевых товарища капитан 1-го ранга Идзити на "Идзумо" и капитан 1-го ранга Ясиро на "Асаме" вышли из строя для устранения повреждений, вызванных в первую очередь 12-дюймовыми снарядами русских кораблей. Да и подчиненный ему броненосный крейсер "Касуга", двумя минутами ранее лишился кормовой башни, вместе с тридцатью воинами страны Восходящего солнца. До этого были как малоболезненные удары в бронепояс корабля фугасами, так и мощный удар наковальней в носовую скулу, и уничтоженное там 12-фунтовое орудие. В данный момент, видя, как в направлении его корабля летят русские чемоданы, даже у самурая, коим Като являлся по праву рождения, замирает сердце.